Ольга Левонович – Моя прекрасная жизнь (страница 1)

Моя прекрасная жизнь

Три ветви

Когда задумала написать свою автобиографию, поняла, что слова «Я родилась 16 августа 1963 года в селе Горки Шурышкарского района Тюменской области, в семье сельских учителей» говорит о многом, и в то же время ни о чём. Почему именно в этом селе, и какими были родители? Скажут, да кому это интересно? Думаю, что интересно, если правдиво.

Зачем я взялась за сей труд? Кто же, если не я, напишет о нашей семье? Потом, захотелось максимально назвать имена предков, чтобы мои родные могли знать, за кого молиться. Ну и, главное, хочется заглянуть в себя саму. Проверить, на что отзывается душа, а на что – никак.

Наше дело – не судить. Наше дело – любить. Попробуй, душа, взглянуть очами любви на прошлое своего рода.

В документально-художественной книге «Родные люди» я рассказала о трёх ветках нашего рода. В ней биографии, докладные записки, справки, допросы, прочие документы.

В этой книге решила повторить рассказ о родных, не официально, а в виде свободного рассказа. Итак, на сегодняшний день есть некоторые сведения о предках со стороны папы и мамы.

Родственники со стороны папы по линии бабушки — это барнаульские купцы-старообрядцы Шумихины. По линии деда, папиного отца, это Храповы, барнаульские лесничие и священники. Со стороны мамы — вятские крестьяне Сатюковы.

Шумихины

Вглядимся в облик этих людей. Купеческий, старообрядческий род. Строгие, умные лица, нарядная, но закрытая одежда. Давайте почитаем имена.

Стоят: Волкова Александра Васильевна; Тимофеев Власий Яковлевич; Волкова Клавдия Иосифовна; Шумихин Иван Степанович (мой прадед): Волкова Харитина Иосифовна, жена Шумихина (моя прабабушка).

Сидят: Волков Исидор Иосифович; Волков Стахей Киприянович; Волкова Матрена Афанасьевна; Волков Киприян Афанасьевич; Волкова Степанида Ларионовна; Волкова Агриппина Евстигнеевна (моя прапрабабушка). Фотография 1903-1905 годов.

Суровые люди, которые вынесли немало испытаний, но остались твёрдыми в вере, сохранили чувство собственного достоинства. Всё это помогло выжить им и их предкам в буквально нечеловеческих условиях. Бабушка моя, Шумихина Елена Ивановна, живя на Севере в годы войны, не сделала ни одного аборта, родила всех детей, которых Бог послал. Среди них — мой отец. Род не прервался и, дай Бог, будет жить и дальше.

На фото: Волкова Агриппина Евстигнеевна (моя прапрабабушка).

Шумихин Стефан (Степан) Никифорович, прапрадед мой, мещанин и старообрядческий священник, переселился в Барнаул в 1872 году из села Порезовского Порезовской волости Глазовского уезда Вятской губернии.

Проживал он в Барнаульском округе, Белоярской области, в деревне Полковниковой. В вопросах веры примыкал к старообрядцам белокриницкого направления. В те годы государство преследовало старообрядцев, как раскольников, судило их.

Было государственное расследование по поводу совершенного Стефаном Никифоровичем браковенчания раскольника с православной. Дело тянулось долго. На требование властей о высылке обвиняемого из Полковниковой для допроса в город Барнаул, крестьяне этой деревни не раз отвечали: «Шумихина дома нет, и где находится — неизвестно». Но когда Стефан Никифорович был всё-таки отыскан и наконец допрошен, он наотрез отказался от всякой сопричастности в этому делу.

Как пишет И.В. Куприянова, кандидат исторических наук, доцент Алтайского государственного института культуры, в начале 1900-х годов, «у барнаульских белокриничан имелось две моленных, устроенных в домах священников: неокружника Стефана Шумихина и окружника Антония Пучкина. Со временем Стефан Шумихин постепенно отошёл от священнодействий и стал чуждаться своей паствы, его моленная пришла в упадок и была обращена им в жилую комнату с кроватями, хотя следы культового помещения, библиотека и два десятка старых икон на стене, сохранялись в течение долгого времени».

Надо сказать, что старообрядцы столетиями, сохраняя свой уклад, выстраивали незримые границы, делили мир на своих и чужих. Иначе было не выжить.

Староверы известны своей принципиальностью, честным ведением дел (многие купцы-старообрядцы составляли элиту дореволюционной России) и крепкими семейными устоями.

Сын Стефана Никифоровича, Иван Степанович Шумихин, мой прадед, родился седьмого января 1870 г. в Вятской губернии. Оттуда в два года был привезён в Барнаул. Как и отец, стал крестьянином в 1890 году. Семья занималась разведением скота, хлебопашеством. Имелось хозяйство: четыре лошади, четыре дойных коровы, какое-то количество овец. Были посевы, по пятнадцать десятин, уборку проводили взаимообразно с другими крестьянами, то есть в долг, с возвратом, с отдачей. Имели молотилку. На этой машине работал по людям сам Стефан Никифорович, молотил зерно за плату. Батраков Шумихины не держали, трудились сами.

Иван Степанович до двадцати лет проживал с отцом. После отделился, стал жить в сельской местности самостоятельно. Из хозяйства ему достались одна лошадь и одна корова, более отец ничего не оставил.

Со временем Иван Степанович перебрался на жительство в Барнаул, где сначала работал два года возчиком, по частным наймам. Потом пять лет служил продавцом у частного торговца Серова, после этого сам десять лет торговал в Бакалейной лавочной. В интернете есть информация том, что Шумихин Иван Степанович был купцом, торговавшим по свидетельству 2-й гильдии галантерейными и разными мелочными товарами (1898).

Кроме того, Иван Степанович был активным членом Барнаульской старообрядческой общины. Его избрали в церковный Совет общины, он жертвовал сотни рублей на строительство Старообрядческой Крестовоздвиженской церкви в Барнауле.

Служил Иван Степанович в страховом обществе, работал в управе, был служащим Продкомиссии по покупке скота. Занимался посевом хлеба. Сеяли на городских землях, по одной десятине, уборку производили сами. Служил сторожем в «Уралмеде».

В конце 1923 года, уже в возрасте 53 лет, Иван Степанович, физически чувствуя себя себя ослабленным, стал искать промысел с облегчённым трудом.

Тогда он вместе с компаньонами занялся свечным производством. Воск закупался в Барнауле. В Артели он проработал шесть лет. Восковые свечи производились самими артельщиками, без применения наёмной силы, без механических двигателей, самым простым ручным способом. Книги, в которых был учёт доходов, сдавались в финотдел.

В обращении во Всероссийский Центральный исполнительный комитет по поводу лишения избирательного права в 1931 году, Иван Степанович, которому был 61 год, писал, что здоровье его отягощено органическим пороком сердца и артериосклерозом в такой степени, что кроме лёгкого труда никакой другой ему не доступен.

После ликвидации свечного производства Иван Степанович плотничал в городе Барнауле, трудился на хозкомбинате, на резке дров, вплоть до 1933года.

Необыкновенно трудолюбивый, Иван Степанович брался за любую работу, чтобы прокормить огромную семью. Он и его помощники перегоняли табуны скота для продажи, заготавливали много овощей, торговали мёдом.

Когда пришла революция, мыла не хватало. Чтобы его варить, несколько человек собрались в группу. В тесто для мыла добавляли сало, соду. Потом делали колобки, высушивали. Домовладелец без дома

Иван Степанович всю жизнь строил огромный двухэтажный дом, чтобы жить самим, и сдавать часть комнат.

В мае 1917 года в Барнауле был сильнейший пожар, сгорело много домов. Его дочь Елена, бабушка моя, вспоминала, как запрягли лошадь в телегу, посадили всех детей, увезли за город, в деревню, где обитала родня отца. Жили там достаточно долго.

Вернулись – дом не сгорел, отстояли. Укрывали стены, двери, накладывали мокрые домотканные ковры. Краска на доме облупилась, пошла пузырями, образовались подпалины.

После пожара тем, у кого сгорели дома, дали от государства большие ссуды, а тем, у кого дома уцелели, не дали ничего. И в семье очень жалели, что не получили ссуды, говорили: «лучше бы дом сгорел!».

После революции в доме Шумихиных жил комиссар и прочие красноармейцы, которые скандалили и дрались друг с другом. У семьи был позолочённый-посеребрённый сервиз, ложки-вилки, всё пришлось сдать государству. Практически семью, как и прочих зажиточных людей, которые трудились не покладая рук, нагло, по-бандитски ограбили. Предложили Ивану Степановичу: напиши расписку, что отказываешься от дома. Так домовладелец стал дворником.

То есть имущества на февраль 1933 никакого не имел. Ютился с семьёй на квартире, вернее во флигеле, во дворе бывшего дома. Семья бедствовала.

А семья Ивана Степановича была большой. Женился он на Харитине Иосифовне Волковой (род. 05.10.1876 г.), дочери купца и старообрядца Иосифа Афанасьевича Волкова.

Харитина Иосифовна была домохозяйкой. Управляла домом. Детей было много. Мария, Александра, Елена (бабушка моя, р. 18.06.1905 г., по другим сведениям 26.06.1905; умерла 12.12.1987 г.), Виталий, Анна, Антонина, Анфиса.

По словам родственников, две сестры умели в подростковом возрасте, одну из них звали Физой (Анфисой). Был брат, Виктор (скорее всего он в списке под именем Виталий). Виктор ездил с отцом на Алтай, скупали там скот, перегоняли в город Барнаул. Однажды Виктор провалился под лёд, заболел, умер.