Ольга Куранова – Нулевой Архетип (страница 32)

Было что-то жуткое, совершенно нездешнее в ее взгляде, в ее голосе, что напоминало, насколько Эрика ненормальна, что под ее улыбками и ее образами скрывается настоящее, глубинное безумие, которое Кейн никогда не смогла бы понять.

С другой стороны, Реннар – при всей его рассудительности – пугал ее намного больше.

– Обломишься, – сказал схематик, и нити из его руки устремились к Эрике. Она отбила их играючи, заслонившись осколком какой-то схемы, и что-то срезонировало с ними, вспышкой прошлось по ее миражам, растворившись в черноте за пределами «Алой девы». Что-то взорвалось вдалеке, и Кейн только в тот момент до конца осознала, что все схемы за бортом вплоть до «Сильверны» были вмурованы в спирит Эрики. Сплавленные воедино, связанные миражами, они резонировали друг с другом и со всем, что происходило вокруг.

«Обычно так и начинаются выбросы», – мелькнуло в сознании Кейн.

– Нам нужно уходить, – сказала она Атресу, хотя он уже и сам это понял, был бы на полпути к Эрике, если бы не ее щит.

Нити схематика обтекали их или разбивались о поверхность защиты, и Кейн мимоходом порадовалась, что Реннар все же не использовал Жертву – должно быть, он тоже понимал, насколько нестабилен спирит вокруг.

Жаль, этого не понимал схематик с «Алой девы», потому что он упрямо пытался пробраться к ним.

– Прекратите! Это опасно! – крикнула ему Кейн, впрочем, без особой надежды, что это сработает.

Снова вспыхнула какая-то из схем.

– Лучше вы поторопитесь, – рассмеялась Эрика, и ее голос, усиленный миражом отразился от стен. Схемы закручивались вокруг нее как темный, плотный водоворот.

Кейн чувствовала, как извивается спирит вокруг них, уплотняется, будто притягиваясь к Эрике, и понимала, что выброс уже зарождался, как первые порывы ветра за секунды до смерча. Какофонией звучали архетипы и осколки схем.

Кейн торопилась, проклиная себя за то, что додумалась лететь под Грандвейв в платье, и спирит давил на защиту, мешая идти вперед – Эрика уже не могла его полностью контролировать.

Схематика тоже не подпускало близко, хотя он рвался следом.

А потом Реннар все-таки приложил нож к ладони и надавил.

Мир взорвался грохотом, вспыхнул вокруг ослепительной волной, которая едва не смела Кейн вместе с ее щитом, нулевой архетип рванулся сквозь Мираж с изнанки, и только его волна позволила Кейн выжить.

На короткий застывший миг все стихло, и в этой неестественной тишине четко и жестко прозвучали слова схематика:

– Не уйдешь.

Нити захлестнули Кейн сзади, дернули на себя, мимо Атреса и Дейна. Совсем рядом Кейн услышала поток миража, какофонию других схем и тихий, безопасный островок защиты, где находилась сама Эрика.

Всего на секунду замешкался Дейн.

Атрес успел.

Кейн нет.

Спирит взорвался вокруг нее, разлетелись на ошметки стены, в живот и под ребра врезались нити, и она закричала, уже не в состоянии сражаться с потоком – архетипы и спирит текли вокруг, сдавливали со всех сторон, волокли за собой осколки схем, как мусор, и она не помнила ничего – ни одного способа защититься, закрыться от утягивающей ее все глубже лавины.

Больше не было ни верха, ни низа, только бушующий океан выброса, в котором терялись отдельные отголоски спирита – Эрики и Реннара, Атреса и другого схематика.

А потом Кейн поняла, что падает. Словно сместился фокус ее восприятия, и картинка вдруг сложилась – эта буря, эта мешанина спирита и образов, эта какофония – это выброс, и она смотрела на него снизу, пока ветер свистел в ушах, перекрывая грохот сталкивающихся между собой архетипов.

Кейн повернула голову и увидела шпили Древнего Города, вздыбившуюся, иссеченную трещинами землю внизу. Здания глядели на нее черными провалами окон, красное яблоко превратилось в крохотную далекую точку, и Кейн не помнила ни одной схемы, которая могла бы ее спасти.

Ни одной.

Она зажмурилась.

Кто-то прижал ее к себе, крепко, до боли, и едва знакомый голос проорал:

– Щит! Дура, используй щит!

Кейн открыла глаза.

Схематик держал ее в объятьях, пытался уцепиться своими нитями хоть за что-нибудь и затормозить падение. Нити рвались, не выдерживали, и земля была все ближе.

Защитная схема развернулась за спиной в последний момент, уцепилась за какой-то обломок спирита сбоку и плеснула миражом вверх и наружу, замедляя падение.

Медленнее, еще медленнее, пока Кейн не поняла, что все закончилось.

Они со схематиком висели, вцепившись друг в друга в полуметре от земли, а наверху, над их головами, бушевал выброс.

– Не дури, – сказал схематик, как только они встали на землю. Он все еще держал Кейн за талию, опутывал нитями, и отпускать, скорее всего, не собирался.

– Уберите руки, – как могла спокойно ответила она, приготовившись в любой момент использовать спирит.

– И что? Поскачешь прочь, не разбирая дороги? – он криво усмехнулся и отстранился, оставив несколько нитей на ее талии. – Выброс, – он кивнул вверх, на бушующий спирит у них над головами, – это только половина неприятностей. Сейчас из него еще и посыплется. Надо убраться куда-нибудь, куда не прилетит.

Его предложение было разумным, после выброса осколки схем, «перекипев» в аномалии, действительно могли вылетать наружу. И свойства таких осколков порой оказывались непредсказуемыми. Кейн только не нравилась идея прятаться вместе со схематиком, который неоднократно угрожал ей кулаками.

Выброс наверху продолжал набирать силу, и в потоках клубящегося спирита не было видно ни «Алую деву», ни «Сильверну».

– Только пока все не успокоится, – предупредила Кейн и направилась к ближайшему зданию.

Схематик дернул ее назад нитями:

– Ты вообще ни хрена не знаешь про Города? – с сомнением спросил он. – Не туда.

– Тогда ведите, – Кейн не стала спорить, чтобы не тратить время и не устраивать спирит-поединка на улице под бушующим выбросом.

– Тогда следуй, – передразнил он и пошел вперед.

Схематик двигался уверенно, словно уже был в этой части Города раньше. По пути им почти не попадалось схем, и спирит выброса над головой гудел все тревожнее.

Здание, возле которого они, наконец, остановились, потрепанным темным обелиском уходило вверх, и Кейн только тогда оценила, насколько огромным все было под Сонмом.

Она застыла, пытаясь услышать, есть ли схемы внутри и насколько они опасны, но грохот выброса над головой почти заглушал остальной спирит.

Возможно, схематик слышал спирит лучше нее, или же был уверен в своей способности защититься, но он шел, не глядя по сторонам, и нырнул в покосившийся пролом так, словно это была обычная дверь. Кейн помедлила несколько секунд на пороге, потому что все здание не внушало ей доверия – не только из-за спирита, но еще и потому, что совсем не выглядело надежным.

– Заходи, – окликнул ее схематик. – Скоро начнется.

Кейн все-таки замешкалась на пороге, решая, как быть дальше, и внутрь ее втянуло нитями.

Стоило разрезать их сразу, подумала она, но потом совсем рядом с тем местом, где она застыла, врезался осколок схемы. Брызнули во все стороны осколки камня, Кейн непроизвольно отшатнулась назад.

– А говорили, что у тебя есть мозги, – бросил схематик не оборачиваясь, и направляясь к дальнему проходу в стене.

– Думаете, соврали? – нейтрально поинтересовалась Кейн, оглядываясь по сторонам. Помещение было темным, почти полностью заваленным обвалившимися плитами верхних этажей, и очень пыльным; в центре своеобразным штопором застыл остов полуразвалившейся лестницы. В воздухе далеко вверху плавало несколько истончившихся почти до полной прозрачности схем – безобидных и настолько старых, что даже невозможно было различить их архетипы.

– Ты только что чуть не стала пятном на земле. Тупее тебя только твоя подружка, которая устроила это спирит-представление, – схематик равнодушно кивнул в сторону выброса. – Надеюсь, ей поджарит зад, и она больше никогда не сможет играться с архетипами.

– Можете не надеяться, – разочаровала его она. – Эрика выживет, даже если сгорим мы все.

Теперь, увидев, какими объемами спирита та могла управлять, Кейн действительно в это верила.

– Без меня, – фыркнул схематик. – Жарьтесь в одиночестве.

Он не стал уходить далеко вглубь здания и остановился у почти вертикально торчащей плиты в центре, прислонившись к ней спиной.

Кейн подошла ближе. Она ничего не знала о зданиях Древних Городов – ни о том, насколько те были надежны, ни о том, могли ли они блокировать спирит. Ей оставалось только надеяться, что да.

– Ненавижу мастресс, – сказал схематик словно бы самому себе и усмехнулся. – Каждая первая – тупая сука, и у всех гонору, как у королев.

– И каждой первой нет дела до вашего мнения, – спокойно отозвалась Кейн, хотя ее раздражала и его фамильярность, и эти глупые попытки задеть.

– Будешь много умничать, замуж не выйдешь.

– Ужасная перспектива.

Учитывая, что теперь Кейн пряталась от выброса в Древнем Городе, и человек, который хотел сделать из нее Точку Расщепления вполне мог пережить этот выброс вместе с Эрикой, угроза остаться старой девой действительно не казалась такой уж плохой.

Снаружи громыхнуло, сверху посыпалась пыль, и Кейн непроизвольно шарахнулась в сторону схематика.