18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Ольга Крючкова – Фрейлина Нефритовой госпожи (страница 18)

18

Неспешно прогуливаясь, девушка размышляла, что дворец предстал перед ней совсем в ином свете – интриг и зависти. Конечно, она слышала, что в давние времена имели место политические заговоры и бесконечные дворцовые интриги. Но за время её службы не произошло ничего подобного, и Комати даже не подозревала, что оказывается, сравнительно недавно, одна наложница отравила другую. А потом попыталась избавиться от очередной соперницы, причём вместе с ребёнком…

Так размышляя, Комати достигла живописного пруда. Приблизившись к мостику, фрейлина заметила, что на нём что-то лежит.

Изумлённая девушка ускорила шаг, по мере приближения поняла: посредине мостика лежит обездвиженная женщина.

"Неужели какой-то даме стало дурно?" – растерянно думала она, идя так быстро, насколько позволяли длинные одежды и увязающие в высоком снегу ноги.

– Госпожа, вам плохо? Госпожа, вы слышите меня?.. – Фрейлина склонилась над женщиной, намереваясь привести её в чувство, и тут же в ужасе отпрянула. Дамой "без сознания" оказалась никто иная, как сама госпожа Такуси. Её кожа была неестественно бледна, а остекленевшие глаза смотрели прямо перед собой. На виске запеклась кровь.

Комати издала крик, который нарушил вечернюю дворцовую тишину.

Глава 7

Стояло начало лета. Прошло несколько месяцев со времени странных событий, происходящих в Сливовом павильоне.

Кэйтиро и Сэйки разрушили чары талисмана, и принц Куниясу быстро пошёл на поправку. Пожилой оммёдзи, не желавший связываться с родом Фудзивара сочинил историю, представляющую всё в несколько ином свете, и поведал её микадо.

Он рассказал, что причиной болезни принца послужило проклятие, наложенное госпожой Норико. Душа наложницы была преисполнена сожалениями, что так рано покинула сей мир из-за болезни, не успев родить императору ребёнка. Посему и не смогла упокоиться.

И когда родился принц Куниясу, дама Микуни из-за сильных сожалений и ревности наслала на дитя болезнь. Но она осознала свою ошибку, и, поведав, как снять чары, упокоилась с миром. Удовлетворённый подобным рассказом, микадо повелел провести службу за упокой духа бывшей наложницы.

Также, император Ниммё приказал щедро наградить Кэйтиро, Сэйки и участвующую в этом деле Комати.

Госпожу Такуси похоронили со всеми почестями, как и подобает её статусу наложницы императора и матери его четырёх детей. Микадо, не ведающий о её злодеяниях, был безутешен, долго оплакивая возлюбленную.

Популярность Комати после этих событий возросла. Весь двор долго обсуждал, как она позволила призвать духа в своё тело и помогла оммёдзи снять проклятие с принца. Госпожа Катоко прониклась к своей фрейлине ещё большей симпатией и даже, в знак признательности подарила дорогую заколку.

Подруга поэтессы, Кэнси, успешно разрешившаяся здоровым мальчиком, решила не возвращаться ко двору, посвятив себя воспитанию сына. Но Хироцугу, продолжавший служить при дворе и поддерживать общение с двоюродной сестрой, поведал своей супруге об удивительном происшествии. Кэнси направила Оно-но письмо, желая узнать подробности контакта с духом лично от девушки.

Тем временем, придворные решили во чтобы то ни стало снискать внимание поэтессы и постоянно присылали ей письма с признаниями и стихотворения.

Комати поначалу смущало столь повышенное внимание. На её взгляд она не совершила ничего особенного: призвали духа и сняли проклятие с принца служащие Оммё-рё.

Она часто ловила себя на мысли, что ей нравится Сэйки. Но оммёдзи, хоть и испытывал симпатию к фрейлине, не подозревал о её чувствах. И поразмыслив, решил не соперничать за её внимание с другими, на его взгляд, более достойными, кандидатами. В конце концов, он незаконнорожденный сын из далеко не самого могущественного клана. С чего бы столь популярной и красивой даме выбрать именно его?

Комати же, не получив от него знаков внимания, и не подозревая о мыслях оммёдзи, решила, что она ему безразлична. Если бы нормы приличия не были столь строгими, она бы сама написала ему письмо и прямо обо всём спросила! Но, увы, правила дворцового этикета не позволяли женщине отправить подобное послание…

И фрейлина, не без влияния своей сестры Каори, в итоге ответила на письма Тайры Куниёси, служащего Налогового департамента. Куниёси оказался приятным молодым человеком двадцати одного года. Он уже был женат, но искал себе визитную супругу.

Поразмыслив над предложением стать визитной женой, Комати дала согласие, но решила и на сей раз не покидать двор, продолжив служить госпоже Катоко.

Её отношения с новым мужем складывались весьма удачно. Куниёси часто посещал её и постоянно твердил ей, что никогда не оставит.

Комати, вспоминая своего первого супруга, мысленно с тоской отмечала, что Сигэмори говорил ей когда-то то же самое. Но судьба, увы, распорядилась иначе, разлучив их на девяносто девятый день брака…

Конечно, Куниёси не отправился бы подавлять восстание эмиси, ибо он не гвардеец, а служащий. Но кто ему мешал в дальнейшем завести новую визитную жену или наложницу?

Стояло начало осени. Листва деревьев золотилась в лучах солнца, окрашивая Хэйан в жёлто-оранжевые тона. Знатные дамы и следовавшие моде зажиточные горожанки сменили кимоно летних цветов на одеяния, более подходящие осеннему сезону. И теперь сами сливались по цвету с деревьями, словно большие листья.

В один из таких дней, Каори, как обычно исполняющая свои обязанности фрейлины Нефритовой госпожи Дзюнси, получила письмо из провинции Дэва, от своего бывшего супруга, Оно-но Ацутады. Увидев послание, женщина нахмурилась: что нужно этому мужчине, который предпочёл ей какую-то дикарку? Она теперь служит при дворе и стала визитной жена другого человека! И нынешняя жизнь её вполне устраивает!

И впрямь, второй муж Каори, Татибана Охира, служащий Налогового департамента, исправно посещал её, хоть и обзавёлся недавно ещё одной визитной женой (совершенно забыв про законную супругу). По слухам, особой юной и прелестной…

Служба при дворе, конечно, была порой утомительна, но женщина твёрдо решила не покидать её. На случай если Охира решит предпочесть Каори свою новую визитную супругу. Пусть, сейчас фрейлина с ним в хороших отношениях, но кто знает, что будет дальше?

…Женщина с ненавистью взяла в руки свиток, и едва удерживаясь, дабы не разорвать непрочитанное послание на маленькие кусочки, испросила разрешения у Нефритовой госпожи ненадолго отлучиться. Дзюнси, пребывавшая в прекрасном расположении духа и слагавшая стихотворения, милостиво соблаговолила.

Каори поспешила в свои покои и с нескрываемым раздражением бросила свиток в сундук с одеждой. Пелена гнева застелила глаза. Фрейлине внезапно захотела вновь увидеть Ацутаду и Оину, но отнюдь не для беседы по душам, а дабы расцарапать им лица и высказать всё, что о них думает. Пусть это и не достойно поведения приличной женщины…

Понимая, что не может предстать перед госпожой в столь разгневанном виде, Каори, дабы немного привести мысли в порядок, опустилась на татами перед низким столиком, и придвинула к себе тушечницу и лист бумаги. Несколько мгновений спустя, она небрежно написала:

"В заливе этом нет морской травы, О, бедный мой рыбак! Ты этого, наверное, не знаешь? И от усталости изнемогая, Все бродишь здесь…"[72]

Стихосложение и впрямь благоприятно воздействовало на расстроенную женщину. Ощутив прилив спокойствия, она поспешила вернуться к своим обязанностям, решив прочитать письмо вечером.

Каори благополучно забыла про письмо от Ацутады на целую неделю. Неизвестно, когда бы она про него вспомнила, если бы не одно пренеприятное событие.

Её новый муж, Охира, как известно, обзавёлся ещё одной визитной супругой: шестнадцатилетней дочерью среднего служащего. Будучи уже человеком солидного возраста, дабы проявить себя с лучшей стороны, Татибана перед посещением юной особы принимал снадобье, увеличивающее мужскую силу.

Снадобье действовало безотказно. Мужчина тотчас же начинал чувствовать прилив энергии, ощущал себя моложе лет на пятнадцать-двадцать, и спешил на встречу к прелестнице.

Но, как известно, ни одним снадобьем злоупотреблять не стоит… Охира, весьма часто принимавший чудесный эликсир, несколько раз чувствовал покалывание в левой стороне груди. Но не придавал сему значения и как ни в чём ни бывало отправлялся с визитом к молодой жене.

В тот день, когда случилась трагедия, служащий Налогового департамента почувствовал лёгкое недомогание, но рассудив, что ничего страшного в этом нет, отправился в очередной раз к юной супруге.

Прибыв в её дом, Охира поспешил дать волю желаниям. Поначалу всё шло успешно, но на сей раз, недомогания дали о себе знать.

Мужчина почувствовал резкую боль в груди, когда возлежал на возлюбленной. На миг он замер, ещё не осознавая, что происходит. Молодая женщина, удивлённая столь быстрым окончанием любовной связи, изумлённо посмотрела на мужа.

– Что-то случилось? – спросила она.

Татибана хотел ответить, но не успел. Его вновь пронзила резкая боль и в следующее мгновение он замер на супруге с остекленевшим взором. Женщина несколько секунд недоумённо взирала на возлюбленного, пока наконец не поняла, что произошло.

Её испуганный крик огласил дом, и она выбежала из своих покоев в одном лишь небрежно накинутом нижнем кимоно.