Ольга Ковалевская – Привет, Фрида! (страница 7)

— «Вокзал», конечная, — снова прохрипели динамики.

Вдруг Ри осознала, что не хочет выходить — напридумывала себе, что как только она пересечёт границу города с жизнеутверждающим приветствием «Добро пожаловать», тут же увидит старых знакомых, которые будут улыбаться и приветственно ей махать. А здесь… Темень, холодрыга и никого, даже собак бездомных и то не видать.

Город не скучал по ней. Даже не заметил. Городу наплевать.

Ри стояла посередине вокзальной площади с рюкзаком за спиной и небольшим чемоданом на колёсах. Тонкое пальто не согревало, уши и нос снова начали замерзать — она подняла воротник, пытаясь хоть как-то согреться.

Куда идти? Город ей не рад, как дальний родственник, к которому постучались в дверь без предупреждения.

2000 год.. Июнь

— Ты выйдешь или нет? Доктор ждать не будет! И потом не проси меня снова договориться! — теряя терпение Тео прикрикнул на Ри, которая сидела вжавшись в сиденье его машины. — Это правильное решение, хватит уже, выходи!

— Я хочу ещё раз с ним поговорить, — глухим, замогильным голосом произнесла Ри. — Пожалуйста…

— Пойдём в клинику. Я попрошу, чтобы тебе разрешили оттуда позвонить, — Тео вышел, обойдя машину, открыл пассажирскую дверь. — Идём!

Ри, как в замедленной съёмке, поставила на асфальт одну ногу, немного подождав, поставила другую и снова замерла.

— Или ты сейчас же выходишь, или иди ты к чёрту! Я тебе не мамаша, чтоб с тобой возиться! — Тео схватил её за руку и потянул на себя. — Кстати, а твои родители в курсе твоего положения?

Ри ещё больше побледнела, изо всех сил сжала челюсти — лицо вмиг стало старше лет на десять. Она встала на ноги и твёрдой походкой направилась к дверям клиники.

— Родители не в курсе. Я совершеннолетняя, могу сама решить свои проблемы, — не оборачиваясь фыркнула Ри.

На крыльце она остановилась, давая себе ещё несколько мгновений для размышления.

— Хочешь? — поравнявшись с ней, Тео протянул пачку с тонкими мятными сигаретами.

— Ага, давай, — Ри обрадовалась, что можно ещё потянуть время. Она затянулась, выпустила дым вниз. — А вдруг потом я не смогу… Ну… ещё раз ребёнка?..

— Сможешь. Что за глупости? Все же могут… И ты сможешь, — Тео замолчал, словно обдумывал только что данное обещание, затем мастерски двумя пальцами швырнул окурок в мусорку. — Пойдём!

Они вошли в здание, держась за руки. Опустив глаза в пол, прошмыгнули мимо регистратуры и завернули к лифту. На четвёртом этаже, у кабинета с фамилией «Зиновьева Н. Л» на табличке, Тео попросил подождать, а сам, постучав три раза, вошёл.

Через пару минут он выглянул в коридор.

— Эй, заходи, — полушёпотом подозвал Ри. — Телефон на столе. Звони, пока доктор готовится. Только недолго.

На цыпочках она подбежала к столу, схватила телефонную трубку и, быстро нажимая указательным пальцем на кнопки, набрала номер.

Тууу-тууу-тууу… Нет ответа. Тууу-тууу… Ри до побелевших костяшек сжимала трубку. Тууу… Сердце разбивалось вдребезги.

— Да клади ты уже! Не отвечает, значит не хочет! — Тео с силой выдернул трубку из её руки, приложил к своему уху и выкрикнул: — Козёл!

Вдруг на секунду он изменился в лице и резко ударил ладонью по рычагу.

— Добрый день, — из смотровой вышла женщина-вамп с портрета, только сейчас на ней была не красная, а розовая помада. — Всё готово, проходите.

Глава 6

9/01/2022

«Привет, Фрида и прости.

Не писала целых три дня. Многое произошло.

Я была у родителей. Как же приятно это произносить — была у родителей…

Ты говорила, иногда чувства между двумя людьми настолько сильны, что им может казаться, что они существуют как единое целое. Вот они и есть то целое навеки вечные. Только памятник уродливый какой-то. Я уже заказала другой, обещали быстро сделать.

Хотела и своё фото на этот памятник прилепить, а чего ждать? Времени то в обрез. Но потом решила, что нечестно вот так взять и примазаться к маме с папой после двух десятилетий отсутствия. Скажешь, они же родители, поймут, дочь единственную приютят… Но я не могу, не хочу нарушать эту их целостность. Главное, они простили меня, я это чувствую, простили и отпустили с богом.

Только я не знаю, куда мне теперь идти…»

Ри бережно закрыла дневник, устало проведя ладонью по лицу Фриды. На цыпочках подошла к окну номера лучшей в городе В гостиницы и задёрнула плотные шторы — хотелось темноты и тишины. Бутик-отель с претензией на европейский уровень, с латте на миндальном молоке в меню, едва уловимо отдавал юностью Ри.

Темные обои с витиеватыми узорами и голубой ковролин, наверное, не меняли со времён открытия, в них впитался сигаретный дым и бесчисленные людские судьбы, тенью промелькнувшие в этих стенах. Гостиницы знают о людях гораздо больше, чем их дома.

Ри свернулась калачиком на кровати с жёстким матрасом и подмяла под голову подушку, превратив её в бесформенный комок, — почему-то на родине подушки были дрянными, от них утром страшно ломило шею. Шум в ушах за последние дни усилился, он мешал думать, заставлял менять планы и лежать даже днём. Ри грешила на холод, но шапку так и не купила, обходилась капюшоном худи, которое надевала под пальто.

Вечером она собиралась в гости к старой знакомой, учились в одной школе. Они случайно встретились у входа на кладбище — Ри шла от родителей, а Василиса — к мужу.

Крупная черноволосая, с длинными кукольными ресницами и заметными усиками, в школе она была Васей. Мальчишки уважали Васю, потому что она дальше всех метала гранату, знала несколько приёмов самообороны и просто могла крепко врезать, если что не так. Многие считали, что Васе нравятся девочки, но слухи не оправдались, она выскочила замуж за выходца из средней Азии, как только получила аттестат.

— Айриша? Это ты, или я с ума схожу? — громкий голос со знакомыми нотками заставил Ри остановиться, в её глазах стояли слёзы, поэтому не сразу удалось разглядеть лицо обратившейся к ней женщины.

— Да-да, я…

— Вот так встреча! — тяжёлые руки обхватили Ри за плечи и прижали к объемной груди, щёку и нос приятно защекотал длинный мех шубы. — Василиса я, Вася! Помнишь? На год старше в школе училась. Курили с тобой у пятиэтажки! Ну, вспомнила?

В облачке пара, повисшем в морозном воздухе, Ри уловила запах перегара, отстранилась и, отойдя на шаг, наконец, смогла рассмотреть лицо. Усики на месте, из-под шапки, через плечо, перекинута коса. Рядом коляска с ребёнком в наглухо застёгнутом комбинезоне, только нос торчит.

— Сын? Или дочь? — Ри попыталась улыбнуться.

— Да ты что?! Это внучка младшая! — Вася звучно рассмеялась. — Какими судьбами-то к нам? Слышала, ты на островах каких-то с художником своим.

— К родителям приехала. Не была давно, не по-людски как-то… — начала оправдываться Ри и опустив глаза. — А у тебя, кто здесь?

— Вдова я, Айриша, давно уже… Живу рядом, две остановки всего, вот и ходим с внучкой деда проведывать почти каждый день. — Вася поправила ребёнку капюшон. — А мама моя на другом кладбище, там редко бываю.

— Царствие им небесное… — тяжело вздохнув, Ри подошла и прижалась к Василисе, к её крупному телу в шубе, и в этот миг почувствовала, что город, наконец-то, узнал её, снова принял в свои объятия.

— А приходи вечером ко мне, Айриш, посидим, помянем. Школу повспоминаем… Про Артурчика твоего знаю кое-что, расскажу, — Вася загадочно улыбнулась. — Запиши мой номер, я тебе адрес сообщением скину, ты ж новых районов, наверное, и не знаешь.

«Про твоего Артурчика» — Ри непроизвольно вздрогнула, словно давно запертая дверь в прошлое снова резко отворилась, от этих слов сердце забилось быстрее, щёки заалели.

— Приду, Васенька, помянем. И повспоминаем, конечно…

В новом районе все дома были на одно лицо — типовые панельные девятиэтажки. От домов района, где Ри жила раньше, их отличала только несуразная весёленькая расцветка — наверное, чтобы люди с ума не сошли от окружающей серости. Молодой таксист делал вид, что знает дорогу и, упрямо не прислушиваясь к подсказкам навигатора, плутал между домами-близнецами, а может, и специально наматывал лишние рубли.

От обогревателя в салоне Ри начало мутить, она зажала ладонью рот, изо всех сил сдерживая рвотный позыв.

— Остановите! — прохрипела она после очередного резкого поворота и, как только открыла дверь, её вырвало на серо-коричневое снежное месиво.

— Пьяная что ли? — таксист даже не обернулся, лишь повнимательнее пригляделся в зеркало заднего вида. — На сиденье только не наблюй.

Ри захлопнула дверь и вытерла рукавом рот.

«Зато теперь уверена, что не беременна, и на том спасибо», — она усмехнулась внезапно возникшей мысли. Такси резко затормозило напротив подъезда, выкрашенного небесно-голубой краской, местами уже изрядно потрескавшейся и обнажившей серое исподнее.

— Приехали. Идти сможете?

— Смогу, спасибо, — Ри протянула таксисту деньги — больше, чем показывал счётчик. — Извините, за это… Я не пьяная. Просто болею.

Она вышла из машины и мелкими шагами, чтоб не поскользнуться, засеменила к подъезду.

— И вы извините тогда, обычно пьяные так. Выздоравливайте!

Ри, не оборачиваясь, махнула ему рукой, гадкий комок снова подступил к горлу.

Домофон не работал, пришлось вызывать Васю вниз.

— Господи, Айриша, что ты бледная-то такая? — Вася, в нарядном голубом халате под цвет подъезда, с распущенными чёрными волосами, с не замаскированной сединой, втянула её внутрь.