Ольга Ковалевская – Привет, Фрида! (страница 9)
— Любили, да разлюбили… — Ри с наигранным безразличием отправила в рот остывшую картошку.
Вася, не вставая, дотянулась рукой до полки над столом, пошарив там, достала сигарету и зажигалку.
— Я вообще не курю, и девчонок ругаю за это дело, но иногда грешу под водочку. Так вот, Артурчик твой, как только вы расстались, слинял в Америку. Вроде, на соревнования какие-то, так и остался там. Мыкался первое время, а потом его продюсер какой-то боксёрский приметил, деньги стал приличные зашибать, — выдала она на одном дыхании, затем прикурила, затянулась и выпустила дым в сторону окна. — Женился на ком-то, развёлся, школу боксёрскую открыл. Короче, он теперь тренер.
— Что ж, неудивительно, он, кроме бокса, ничем другим и не хотел заниматься, — Ри прислонилась плечом и головой к стене, спина ныла от долгого сидения. — Помнишь, в школе он же с двойки на тройку с трудом перебивался. Здесь был бы бандитом, а в Америке человеком стал.
— Именно, Айришенька! — Вася налила полную рюмку, быстро выпила, а затем ещё раз налила и Ри тоже. — Так вот человек этот на следующей неделе приезжает к нам в город! Соревнования юношеские будут, международные — сын соседки моей на них выступает, и Артурчик воспитанников своих привезёт, представляешь?! Это судьба! И ты здесь, и он сюда!
Вася, не дожидаясь реакции Ри, снова выпила, и от охватившего её возбуждения забыв, что за стеной спят дети, стукнула рюмкой по столу — тотчас раздался плач. Скорчив страдальческую гримасу, Вася стремительно выпорхнула из кухни.
В голове Ри вдруг стало непривычно тихо — мысли будто затаились, не зная куда им двигаться. Через пару дней Артур будет здесь, в городе, в котором они выросли, влюбились, поклялись быть вместе до гроба… Ирония судьбы или божественное провидение, возможность выяснить, наконец, всё, что настойчиво выгрызало её душу столько лет?
Не дождавшись возвращения Васи, Ри убрала недоеденное в холодильник, перемыла посуду и вызвала такси. Она тихонько оделась и, почти бесшумно захлопнув за собой дверь, вышла к подъезду.
Снегопад продолжался. На низком чёрном небе мерцали редкие звёзды, от вечернего морозца при вдохе щипало в носу. Крупные снежинки падали на лоб, щёки, губы и тут же таяли, превращаясь в ледяное ничто…
Внезапно раздался автомобильный сигнал. Ри вздрогнула.
— Вы заказывали? — открыв окно, выкрикнул таксист, из салона доносилась громкая музыка.
Она кивнула, вытерла ладонями лицо и, бросив взгляд на Васины окна, пошла к машине.
В стареньком Форде играл шансон, на зеркале на длинном шнурке болтался деревянный крест и стойко пахло бензином, вперемешку с приторным освежителем. Закрыв заднюю пассажирскую дверь, Ри словно провалилась в чёрную дыру дежавю.
“Тебе, моя последняя любовь,
Вложу в конверт
Чуть пожелтевший снимок.
Наивный взгляд,
Приподнятая бровь…”
Она машинально начала подпевать — слова песни Круга всплывали в её голове сами собой.
“И губ незацелованных изгибы…”
Вдруг накатили слёзы, горло сжалось, сердце заколотилось — Артур всегда слушал шансон, хоть она и не любила эту музыку, но, чтоб ему было приятно, подпевала — первая любовь, чего только не сделаешь ради неё.
— А вы случайно не знаете, где будет турнир по боксу проходить? — Ри попыталась перекричать музыку.
— Что говорите? — таксист повернулся к ней в пол-оборота.
— Турнир, говорю, боксёрский, — она сжала кулаки и с силой пробила по спинке сидения, бам-бам, как когда-то учил Артур.
— Ааа, соревнования… В центральном доме культуры, ринг там организуют, — таксист сделал музыку потише. — И ветераны мастер-класс покажут молодым, даже этот приедет, как его, чемпион наш из Америки.
— Матвеев? — тут же спросила Ри.
— Ага, он самый! А вы, что же интересуетесь?
— Да так, в одной школе учились… Отвезите меня к Дому культуры, пожалуйста, моя гостиница, как раз там рядом, я прогуляюсь.
Прослушав по дороге ещё несколько знакомых с юности песен, она расплатилась и вышла из такси.
Снегопад прекратился. В морозном воздухе приятно пахло свежестью, как от только постиранного постельного белья. Ладонью, спрятанной в рукав худи, Ри расчистила скамейку у фонтана, надела на голову капюшон, присела, плотнее закутавшись в пальто, и подняла глаза в небо.
Звёзды уже не мерцали, теперь они ярко светили, как маленькие электрические лампочки, складываясь в знакомые рисунки созвездий. Всё те же звёзды, что и двадцать лет назад, всё те же, что они с Артуром дарили друг другу, ведь тогда дарить было больше нечего.
В кармане пальто завибрировал телефон. Она тут же ощутила, что изрядно замёрзла. С трудом разблокировав экран замёрзшими пальцами, Ри прочла сообщение от Васи и улыбнулась.
«Кленовая 12. Адрес знахарки. Айриша, прям с утра к ней! И не вздумай помирать! Спасибо за вечер!»
Убрав телефон в карман, Ри подышала на ладони, пытаясь хоть немного их согреть, но вместо тепла ощутила устойчивый запах перегара. И вдруг на неё, как огромный тяжёлый медведь, навалилась пьяная радость — она не одна! Теперь у неё были Вася с её двумя дочками и двумя внучками и… Артур.
«Я отказываюсь умирать. От-ка-зы-ва-юсь!» — проговорила Ри про себя, а потом, снова подняв лицо к небу, во весь голос выкрикнула:
— Я не умру!
2000 год. Май
«Ри… Так меня ещё никто не называл, — Айрин, в наполовину расстёгнутом платье, медленно шла по длинному тёмному коридору мастерской Тео. Двери всех комнат были плотно закрыты, пряча солнечный свет. Ри выверяла каждый шаг, пристально глядя вперёд, словно там, в конце пути, был не телефон, а эшафот. — Я выбираю реальность, где Артур любит меня и хочет ребёнка. Я выбираю эту реальность. Я выбираю эту реальность…»
Когда-то она услышала о теории мультивселенных, где человек одновременно проживает все возможные варианты развития событий, и всё в жизни зависит от того, в какой вариант он попадает в каждый момент времени. Вчера, когда Артур не пришёл на встречу в парке, Ри оправдала его тем, что вселенные просто не пересеклись, поэтому сейчас пыталась пересечь их насильно.
«Я выбираю эту реальность… — дойдя до телефона, она начала набирать номер, похолодевшим пальцем нажимая на кнопки. — Он любит меня».
Гудок. Ещё один. Сердце бешено билось. Ещё один. Оно готово было выскочить из груди.
— Алё… — раздался голос Артура. — Алё! Это ты?
Сердце резко остановилось, во рту пересохло, вместо ответа раздался только тихий всхлип.
— Послушай, малая, я знаю, что это ты. Не реви там! Поздно теперь реветь! — Артур говорил громко и жёстко, стреляя словами прямо в голову Ри — она отняла трубку от уха, словно пыталась спастись от обстрела. — Ребёнок не мой! А чей, я выяснять не собираюсь. У меня соревнования, не до тебя!
— Он твой… — шёпотом выдавила Ри, прислонившись спиной к стене, её ноги дрожали. — Как ты можешь… такое говорить?..
— Не звони мне больше! Не приходи! Поняла? Намутила делов, сама и разбирайся! — звонок оборвался.
Наступила тишина. Ри с зажатой в руке телефонной трубкой медленно сползла на пол. Её подташнивало, словно прямо в лицо плеснули помоями. Мерзко и грязно.
Сколько времени прошло, когда она поднялась с пола, Ри не понимала — может, минуты, может, часы. Голову заполнил вязкий туман, тело охватила смертельная слабость. Оставив телефонную трубку на полу, она, чуть передвигая обмякшие ноги, направилась обратно в мастерскую, навстречу вселенной, в которой Артура больше не существовало.
Глава 7
11/01/2022
«Если бы я могла дать тебе одну вещь в жизни, я бы дала тебе возможность увидеть себя моими глазами. Только тогда ты поймёшь, насколько ты особенный для меня…
Привет, Фрида!
А я бы хотела увидеть себя глазами Артура, чтобы понять, наконец, кем я была для него. Ты скажешь, что в юности всё виделось иначе, а мне кажется, что именно в то время мы и являлись теми, кто мы есть. Настоящими.
После Артура я изменилась. С Тео я изменила самой себе. Двадцать лет пыталась забыть ту настоящую Айрин, затолкать её в тело Ри и отдать в услужение большому таланту Тео в благодарность за то, что он подобрал меня, приютил, когда во всём мире я осталась одна. Конечно, я всегда буду ему благодарна. Но благодарность это НЕ ЛЮБОВЬ!
Мне осталось так мало, и я хочу ЛЮБИТЬ! По-настоящему, как тогда…
Спасибо, Фрида! Ты и сама того не ведая, даришь мне надежду, что можно войти в одну реку дважды, ведь вы с Диего разошлись, чтобы оказаться снова вместе! Вот и нас с Артуром судьба желает свести не случайно… Я верю в это!»
Ри отложила раскрытый дневник на прикроватную тумбу. Ей хотелось написать ещё, будто написанные слова были важнее, чем просто мысли — на бумаге они становились магическим заклинанием, которое могло изменить реальность, но головная боль снова заставила свернуться калачиком на кровати, подмяв под щёку худую подушку.
Батареи в номере кочегарили во всю — к вечеру воздух становился сухим, раздражая слизистую носа, зато было восхитительно тепло. На острове Ри отвыкла от этого. Ей вдруг вспомнилось, как в новом особняке они с Тео залезали в холодную постель и пару минут изо всех сил жались друг к другу, чтобы согреться.
«Как там Тео? Кажется, ему теперь легче без меня. Пытался ли он меня найти?
Тихо звякнул телефон, потом ещё раз и ещё — Вася, больше никто не знал этот номер. Тремя длиннющими сообщениями она отчитывала Ри за то, что та так и не сходила к знахарке. Уверяла, что у одной её знакомой после целительных заговоров и трав рассосалась опухоль то ли в груди, то ли где-то в животе. Знакомая эта потом родила мальчика на четыре кило и до трёх лет кормила его своим молоком.