Ольга Кобцева – Двуликие (страница 65)

Призраки вновь появились в комнате. Они развели огонь под ванной, и ее дно начало быстро нагреваться. В допросной комнате стало жарко и душно, свежий воздух едва успевал проникать сюда через приоткрытую дверь.

– Изверг! – зарычал лорд Карелл, поняв намерения Фергюса. – Изверг!

Инквизитор обмахивался бумагой, содержащей признание лорда Карелла. Подпись пленника металась в воздухе. Фергюс молчал, не в силах смириться с брошенными лордом оскорблениями, и сердце колошматилось в груди. Вода в ванне нагревалась.

– Я готов принести извинения, – изменил тактику лорд Карелл. – Перед вами, перед королем, перед Анной Мельден. Встану на колени, упаду в ноги. – Голос пленника переполняла мольба. – Только дайте мне умереть быстро, без этого всего!

– Я же изверг, лорд Карелл, – устало ответил инквизитор.

От горячей воды кожу пленника покрыли багряные, как вино, пятна. Они налились на щеках, лбу и шее лорда. Он вертелся, из-за связанных рук и ног сильнее уходил под воду, но веревка, которая врезалась в шею, не давала ему утопиться. Лорд Карелл хрипел и постанывал.

– Горяченькая. – Один из призраков опустил палец в воду и, присвистнув, вытащил его и потряс, охлаждая обожженную кожу.

Он наклонился к костру и подкинул дров, чтобы вода нагревалась быстрее.

– Пожалуйста, не надо, – губы лорда Карелла едва шевелились. Из-за обманчивого огненного света казалось, что его кожа, как и ванна, покрывается ржавчиной.

– В книге написано, что вы будете вариться часа полтора-два, – будничным тоном, будто ведя светскую беседу, рассказал Фергюс. – Потом умрете, не в силах дольше выносить боль.

– Не надо, – вновь взмолился арестант.

Инквизитор не ответил, лишь сильнее замахал веером из признаний. Стоны лорда Карелла становились то громче, то тише. Изредка он как будто засыпал, видимо, терял сознание, но после просыпался с криком. Он пытался сохранить вид гордого лорда Верховного Совета, насколько это было возможно в его униженном состоянии, но постепенно боль уничтожила последние остатки человеческого достоинства в нем. Карелл превратился в зверя, который попал в капкан и орет от ужаса и бессилия.

Лорд Карелл в агонии метался по ванне. Он визжал, вопил и надрывался ревом. Вода бурлила. Пузыри на поверхности задевали лицо пленника, и Фергюс, едва перекрикивая его, попросил призраков повыше приподнять лорда Карелла – чтобы на официальных похоронах никто не заметил обожженного лица. Пар от кипящей воды вздымался вверх и наполнял всю комнату, оседая в горле, а от запаха вареного мяса призывно бурлило в животе. От осознания того, кому это мясо принадлежит, вулканом поднималась тошнота. Фергюс прикрывал рот ладонью и ждал, когда же кончится пытка, ставшая и его мучением тоже.

Крики оборвались резко. Несколько минут стояла тишина – все ждали, что лорд Карелл еще очнется. Когда ожидание затянулось, призраки подергали разбухшее тело.

– Мертв, – кивнули они Фергюсу.

Инквизитор посмотрел на лорда Карелла. Тот сильно сполз в воду, рот с вырванным зубом приоткрылся, а нижняя губа плескалась в пузырящемся кипятке.

– Вытаскивайте его, – приказал старик.

Инквизитор не стал дожидаться, пока призраки остудят воду и вытащат из ванны то, что пару часов назад было громогласным и горделивым лордом Кареллом. Фергюс схватил бумаги с признанием и поволочился к выходу, задыхаясь от нависшего в допросной комнате жара.

– А что делать с остальными? – окликнул его призрак. – С лордом Новелом и секретарями?

Фергюс остановился у выхода. Рукой он оперся на стену, он едва соображал от духоты и усталости.

– С лордом Новелом и секретарями… – задумался инквизитор, мысленно перебирая жуткие варианты наказаний. – А им отрежьте языки. Надо было ими пользоваться вовремя и с умом.

Инквизитор скрылся за дверью, неся в сердце облегчение оттого, что сумел найти и покарать изменника, и гнет очередного убийства, которое ему пришлось ради этого совершить.

Глава 57

Чья книга?

–Ответь мне на один вопрос, Роберт. Только честно. – Карленна вздохнула и, зажмурившись, приготовилась его озвучить.

Той ночью и тем утром ее сердце стонало от ужаса после встречи с охотником. Принцесса не знала, что делать: потушить ненависть, смириться и потерпеть Данта Гарса остаток недели до свадьбы? Или порыться в его грехах и, распалив злость, дать отпор? Но последствия…

Голова шла кругом. Карленна решила обратиться за помощью к брату. Она пригласила Роберта на прогулку. Вместе они добрались до подножия Мейфора, где набережная бетонными оковами удерживала в берегах гладь озера. Рябь пробегала по воде. Роберт, присев на одно колено, дотронулся пальцами до перламутрового отражения на поверхности озера. Теплая вода ласково лизнула его руку и пробежала сквозь пальцы. Роберт сморщился и отошел от берега, будто целая волна окатила его.

– Какой вопрос? – принц отряхнул руку.

На его лице Карленна уловила напряжение. Роберт всегда улыбался, но отчего-то сторонился семьи, а семья сторонилась его. Принцесса не понимала причин этого отчуждения. Так или иначе своим вопросом, словно кувалдой, Карленна хотела выбить первый камень из неприступной стены, которую Роберт возвел между собой и остальными. Принцесса поймала беспокойный взгляд брата и заговорила медленно, словно откапывая каждое слово из-под завала:

– Это Дант Гарс столкнул тебя с лошади? Из-за него ты сломал ногу?

– Это два вопроса. – Роберт вздернул подбородок.

Карленна скрестила руки на груди:

– Так ты ответишь?

Роберт отгородился молчанием. Он присел на парапет, за которым плескалось озеро, и исподлобья посмотрел на сестру.

– Да. Это Аэлия тебе рассказала?

– Нет, – принцесса прищурилась. – При чем здесь Аэлия?

– Неважно, – Роберт улыбнулся. – Значит, сам Дант Гарс?

Карленна нехотя призналась:

– Да.

Улыбка с лица принца не исчезла, но стала вымученной, словно крючки тянули уголки губ вниз.

– В каких же вы отношениях, что он признается тебе в таком?

– Ненамного лучших, чем у тебя с ним. – Карленна замолчала, как из камня вытачивая следующий вопрос. – Это правда, что ты целился в Теоттора?

– Ну конечно, он и это тебе рассказал, – усмехнулся Роберт.

– Значит, правда…

– Да, целился. В шутку. Хотел позлить Данта Гарса и поплатился за это. Не зли охотника, сестренка.

Карленна мысленно кивнула. Тягучая лавина злости на Данта Гарса расползалась внутри.

– Охотник мне угрожает, – вдруг призналась принцесса. – Я не знаю, что делать.

Роберт резко встал. Он указал на мейфорцев, которые, как и принц с принцессой, прогуливались по набережной, и потянул сестру за локоть.

– Дант Гарс – скотина, каких поискать, – шепнул он. – Здесь не место для таких разговоров.

Карленна согласилась. Вместе они прошли вдоль всей набережной. Далеко впереди ребристой змеей проползала полупрозрачная гряда гор, справа маячил лес, через который можно было сократить путь домой. Принц и принцесса свернули к лесной дороге. Под ногами захрустели листья рано опадающих кустарников. Здесь тоже навстречу попадались люди, и Карленна пока не пыталась возобновить разговор об охотнике.

Со стороны набережной донесся отдаленный стук копыт. Он рос и распространялся над озером, пока Карленна с Робертом продвигались в холодную тень леса, и вот показался отряд всадников в плащах. Принцесса почувствовала неладное. Всадники быстро продвигались по дороге, то всматриваясь в чащу леса, то разглядывая покрытые засохшей травой склоны и низины вблизи озера. Роберт слегка наклонился к сестре и произнес сквозь зубы:

– Это люди твоего Данта Гарса.

– Почему моего?

– Это ведь ты про него разговор завела.

Карленна не стала возражать.

Всадники приближались. Они замедлили ход и спешились, когда до принца и принцессы оставалось несколько шагов. Роберт нацепил на себя задорную улыбку – так и не сказать, что он терпеть не может стражников, – и с веселым видом встретил их. Стражники, впрочем, направлялись не к принцу. Они с тенью неуверенности обратились к Карленне:

– Принцесса, вы должны проследовать с нами.

– Зачем?

– Мы вынуждены вас задержать.

– Меня? – напряглась девушка.

– Вы подозреваетесь в… общении с… некоторыми людьми, которые, возможно, связаны с колдовством, – тщательно подбирая слова и выдерживая длительные задумчивые паузы, проговорил начальник стражи.

Карленна молчала. Холодное оцепенение мгновенно охватило ее. Беспечные прохожие, которые до этого наслаждались красотой набережной и леса, с любопытством следили за происходящим. Какой стыд – быть арестованной на глазах у мейфорцев!

– Вы пройдете с нами? – повторил стражник.

Роберт, в отличие от Карленны, замешательству не подвергся. Он выступил вперед, обозначив себя защитником сестры:

– Как вы смеете? Вы хоть понимаете, что перед вами принцесса?

Он особенно выделил слово «принцесса». Стражники, по всей видимости, вовсе не наслаждались своей ролью, но невидимый кнут долга подстегивал их к действиям. Приходилось настаивать на аресте – это слово они не произносили, но подразумевали. Один из стражников выступил вперед, как минутой ранее это сделал Роберт. В его тоне, ласковом, как если бы он убеждал в чем-то непослушного ребенка, послышались невысказанные извинения за совершаемый арест: