Ольга Кобцева – Двуликие (страница 63)

Говоря, Адрен прохаживался по комнате. Он наступил на доску, под которой в тайнике пряталась колдовская книга. Доска скрипнула.

– Что-то не так? – Адрен заметил пристальный взгляд невесты.

– Нет, ничего, – нервно улыбнулась принцесса.

Адрен наступил на доску снова, будто бы проверяя пол на прочность, и нахмурился, а принцесса не выдержала. Карленна схватила его за руку и, чтобы как-то оправдать свои действия, изобразила ласковость. Но притворная нежность выходила неудачно, поэтому она тут же заявила:

– Я так устала! Нельзя ли обсудить все завтра? Ты, наверное, слышал, что сегодня была казнь, и мне тяжело сосредоточиться на свадьбе.

– Ладно. – Адрен отошел от скрипучей доски. – Отдыхай. В конце концов, у нас есть еще неделя, чтобы все обсудить.

Карленна вздрогнула при слове «неделя».

Перед тем как расстаться, Адрен извинился за то, что не сможет пока возобновить прогулки на рассвете, какие они предпринимали до его отъезда в Арнест. Ему предстояло столько хлопот, связанных, однако, не со свадьбой, а с войной, что на прогулки у него не оставалось времени. Карленна выразила сожаление, которого не испытывала, и Адрен ушел.

Девушка тут же кинулась к скрипучей половице и достала книгу. Она прижала к себе кожаную обложку. «Спрятать. Утаить. Смолчать», – шептал голос в ее голове, и этот голос обволакивал, проникал в мысли, подчиняя Карленну себе. Она оглядела комнату. Пора было в очередной раз перепрятать книгу, и осталось лишь решить, куда именно.

Вечером к ней ворвался Дант Гарс. Девушка встретила гостя, скрестив руки на груди и едва сдерживая проклятия в его адрес.

– Ждала? – охотник взглядом вязким, как смола, окинул принцессу.

– Ты знаешь, что Адрен вернулся?

– Знаю, я его видел, – бросил Дант Гарс и двинулся к Карленне. Он бегло взглянул на ее волосы. – Раздевайся.

Принцесса не желала расцеплять руки. Она еще сильнее обняла себя, почти стискивая, а Дант Гарс подошел вплотную и склонился над девушкой.

– Раздевайся, – повторил он.

Охотник пытался вести себя с Карленной, словно заклинатель со змеей, играющий на дудке. Только вот мелодию он выбрал неверную. Принцесса слушалась его не из-за гипноза влюбленности, а из-за шантажа. Девушка вздохнула и развязала ленту, удерживающую платье. Шелковая ткань легко скользнула вниз. На обнаженных плечах Карленна ощутила жесткие ладони охотника, а по шее прошлось горячее дыхание. В этот раз он действовал медленно, видимо, старался быть нежным, чтобы заполучить звание достойного любовника. Принцесса зажмурилась. Дант Гарс повлек ее на кровать, Карленна ощутила его вес над собой. Поцелуями он перебирался от губ к шее и груди девушки, потом вновь остановился на губах, запустил руку в волосы принцессы. От его прикосновений к горлу подходила тошнота, и Карленна, не выдержав, оттолкнула охотника.

– Уходи!

Дант Гарс непонимающе остановился. Карленна сбросила с себя его руки и встала. Охотник приподнялся на кровати.

– Ты, видно, хочешь, чтобы я рассказал всем про книгу? – пригрозил он, когда девушка подняла платье.

– Делай что хочешь. Уходи, или я буду кричать, – змеиным шепотом произнесла принцесса, одеваясь.

Охотник вдруг улыбнулся:

– Ладно. Вижу, сегодня ты весь день не в духе.

Он встал. Ухмыляясь, поправил ленту на платье Карленны и направился к выходу. Напоследок предупредил:

– Я приду завтра.

Дверь захлопнулась. Принцесса тут же заперла замок и прижалась к двери спиной, тяжело дыша, словно после бега. Дант Гарс послушался ее и ушел, но победа не принесла Карленне удовольствия, напротив, спокойная реакция охотника испугала принцессу, и страх раскаленным железом обжег ее душу.

Глава 56

Последняя пытка

Карета инквизитора пряталась между двумя холмами. Слева холм ощетинился редким лесом. Холм справа усеивали дома, стоящие на расстоянии друг от друга, как редкие зубы. Фергюс вышел и, поднявшись на взгорье, рассматривал простирающееся впереди поле и лес за ним. Ехать дальше старику не советовали, и теперь он понимал почему: землю сплошь изрыли громадные следы, точь-в-точь такие, какие еще весной оставил Зверь.

В тот раз Фергюс распорядился, чтобы охотники разыскали ящера в лесах близ дакхаарской границы и избавились от него. Но охотники так и не порадовали старика хорошими новостями. Зверь исчез. Инквизитор надеялся, что чудовище вернулось в Дакхаар, но незадолго до восстания он вновь наткнулся на огромные следы. И сейчас – снова. Тревога вцепилась в старика, он теребил порядком измятый край сюртука.

– Люди из местных деревень жалуются, – докладывал призрак. – Ящер побывал здесь, утащил крупный скот, пока народ по домам прятался.

Фергюс покачал головой.

– А охотники что говорят? – спросил он.

– Ни один не вернулся с охоты. Мы нашли несколько истерзанных тел в лесу.

Холодный клинок страха тут же пронзил старика. Мурашки пошли по морщинистой коже. Фергюс еще раз посмотрел на истоптанное ящером поле и потер виски. Молчание затянулось, и призрак, понимая настроение инквизитора, осторожно уточнил:

– Какие будут указания?

Фергюс медленно повернулся в сторону кареты. Пока спускался, перебирал в голове варианты, как лучше поступить. Наконец он распорядился:

– Охотников – тех, кого нашли, – похоронить. Их семьям заплатить. Местных жителей успокоить, чтоб не болтали о Звере. Возместить ущерб. Пусть знают, что королевство заботится о них. – Старик вздохнул, понимая, что казна тает на глазах. – И нанять еще охотников. Как-то надо избавиться от чудовища.

Призрак кивнул. Старик уселся в карету, откинулся на сиденье. Предстоял длинный путь до Монт-д’Эталя, и Фергюсу хотя бы сейчас хотелось отдохнуть от государственных дел. Но тягостные мысли все время крутились в голове, не позволяя королевскому советнику ни на минуту забыть про службу. Даже когда Фергюс дремал, его посещали сны о Звере, о пропавшем принце, о начинающейся войне с Калледионом…

Старик резко проснулся. Он спал недолго и чувствовал себя совершенно разбитым. Зачем только он отправился к очередным следам ящера? Фергюс провел рукой по отросшей щетине и выглянул в окно. Силуэт замка уже угадывался вдалеке. В животе жалобно урчало, а тело ломило от долгого сидения, и Фергюс приказал остановиться возле ближайшей таверны.

После трапезы настроение старика улучшилось. Он сидел на веранде и смотрел на тракт, ведущий к Монт-д’Эталю. На дороге лежали тени облаков, и казалось, что она усеяна пятнами грязи. Вдалеке, перебираясь от одного пятна до другого, в сторону инквизитора ехала карета в окружении всадников в сером. Старик прищурился. Экипаж показался ему знакомым, и от догадки, кто там едет, внутри Фергюса все заклокотало. Он подозвал одного из призраков и приказал скакать к той карете, разузнать, кто в ней. Через несколько минут призрак вернулся с докладом:

– Вы правы, лорд Кединберг. К вам везут арестанта, – улыбнулся юноша.

Инквизитор улыбнулся в ответ. Он немедля уселся в карету, и та понеслась в Монт-д’Эталь. Фергюс хотел приехать первым, чтобы во всеоружии встретить гостя, которого насильно сопровождали призраки инквизиции.

Лорд Кединберг спешно переоделся с дороги, на отдых и бритье тратить время не стал. Когда он спустился во двор, карета, которую он ждал, как раз въезжала на территорию замка. Призраки выудили из нее слабо сопротивляющегося гостя с накинутым на голову черным капюшоном – Фергюс не хотел, чтобы арестанта узнали раньше времени. Сначала он лично допросит этого человека и удостоверится в его виновности.

Пленника сурово ткнули в ссутулившуюся спину и повели к Королевской башне. Лорд Кединберг не стал дожидаться, пока гость пересечет двор, и первым спустился в подземелье инквизиции. Он занял место в одной из допросных комнат и зажмурился. Челюсть сковало от напряжения. Не в силах сидеть спокойно, старик встал и принялся ходить из угла в угол, изредка бросая взгляд на увесистый металлический ящик на столе. Ящик был закрыт – ведь нельзя показывать допрашиваемому сразу весь арсенал этих прекрасных пыточных средств. Воск в единственной свече, которой снабдили комнату, уже наполовину расплавился, и инквизитор скучал. Но вот в коридоре послышались шаги, и Фергюс встрепенулся. Он отошел в угол за дверью, чтобы арестант не сразу его заметил. Пленник не пытался вырываться, но беспрестанно возмущался и требовал обращаться с ним повежливее. Он осекся, лишь когда увидел Фергюса.

– Добрый вечер, лорд Карелл, – вежливо поздоровался инквизитор: все-таки перед ним уважаемый лорд, советник короля.

– Как видите, ваши призраки не слишком любезно со мной обошлись.

– О, так это они сделали по моей просьбе. – Фергюс приторно улыбнулся.

– Да как вы смеете! Я уважаемый человек!

– У меня есть все основания вас таковым более не считать.

Лорд Карелл, прикованный к стулу, налился краской от злости. Инквизитор уселся напротив и величественно закинул ногу на ногу. Один из призраков протянул ему два документа. Фергюс пробежался по ним взглядом и даже расстроился оттого, что все вышло слишком быстро и легко: лорд Карелл уже подписал признание в заговоре и указал убийцу короля. Второе признание было от самого убийцы.

Старик со вздохом вернул документы в руки призрака.

– Вот как, друг мой, неужели вы так быстро сознались?

– Вы мне не друг, – резко ответил, высокомерно поморщившись, лорд Карелл.