Ольга Кобцева – Двуликие (страница 62)

– Здесь яд. Он бесцветен и безвкусен, его можно добавить в еду или воду, – объяснил Роберт.

Аэлия выхватила пузырек. Потрясла его и жадным взглядом принялась рассматривать оседающие лепестки. Роберт невольно залюбовался девушкой, ее изящными, словно вышедшими из-под кисти художника, чертами лица. Аэлия с радостным вздохом опустила пузырек. На приоткрытых губах проступила улыбка.

– Его хватит на нескольких человек, трех как минимум, – добавил Роберт.

– И что? Сам по себе яд ничего не значит. Нужен человек, способный его подложить. Я не могу – не хочу, чтобы меня поймали на этом.

– Я могу.

Аэлия хмыкнула:

– Я постоянно слышу от тебя громкие слова, но ни разу не видела соответствующих поступков.

«Видела бы ты меня этой ночью, когда я пробирался к темнице», – подумал Роберт, но ответил другое:

– Я готов. Только скажи, с кого мне начать, и я все сделаю.

– Я скажу, как только обдумаю. Джеральд и Дант Гарс точно будут среди тех, кого я назову. Но скажи прежде: ты уверен в своем решении?

– Я никогда и ни в чем не был уверен так, как сейчас. – Принц потянулся к пузырьку. Аэлия нехотя выпустила яд, вдоволь позволяя Роберту насладиться прикосновением к ее нежным рукам. – Я использую яд сразу, как появится возможность. Но ты ведь понимаешь, что я рассчитываю на твою благодарность?

– Такая подойдет?

Аэлия приблизила свои губы к губам принца. Ее длинные волнистые волосы коснулись его щеки, и Роберт окунулся в тепло взаимного дыхания. Они слились в долгожданном поцелуе, дерзком и неотрывном, и принц, не теряя момента, пробирался рукой к груди девушки, пока она исследовала его тело. Вожделение охватило Роберта.

Глава 55

Непокорная принцесса

Длинная и узкая тень наползала на площадь, разрубая ее надвое, словно мечом. Его острие – шпиль одной из мейфорских башен – подступало к пепелищу. Всюду валялись обугленные ветки, и пепел тонким ковром устилал мостовую. Обугленные остатки деревянных подмостков источали горелый запах, и дымчатая завеса еще висела над площадью, сгущаясь в том месте, где смерть забрала ведьм.

Костер затушили сразу после того, как тела выгорели до костей. Пять скелетов до сих пор стояли на коленях, как будто какая-то колдовская сила не давала им упасть, и они созерцали площадь выгоревшими глазницами.

Ветер разносил едкий запах дыма по замку и окрестностям. Прежде казни совершались за пределами Мейфора, чтобы не доставлять неудобства его обитателям, но не в этот раз. Это было показательное, поучительное представление, зрители убоялись и зареклись покрывать ведьм. Дант Гарс насладился болью и унижением, которые причинил ведьмам, а король ощутил всю силу своей власти. Каждый получил, что хотел, и был доволен.

Только Карленна испытывала не радость и облегчение, а сожаление и страх.

После казни принцесса ушла в дальний угол Мейфора, уединенную лощину под западным склоном, поросшую хвойником. Но даже здесь Карленне чудился запах гари. Девушка села у пруда под опущенными к земле ветками и затерялась в мыслях. Она думала о казни ведьм – женщин, девушек, почти таких же, как она сама.

– Спряталась, принцесса?

Карленна уставилась на черные сапоги, от которых воняло дымом, а после подняла взгляд. Она думала, что хорошо укрылась в этом потаенном уголке, но Данту Гарсу был дарован талант охотника, и он умел отыскивать добычу. Его самодовольный вид возбуждал в принцессе злобу. Девушка резко поднялась.

– Зачем ты это устроил?! – закричала она, и ее голос отдавался эхом в низине.

В ответ Карленна получила привычную ухмылку из-под лоснящейся бороды:

– Чтобы показать, что наказание неизбежно. Вы, мейфорцы, отвыкли от публичных казней, думаете, что это слишком жестоко. Но нет. Это урок всем, тебе в том числе. Может, ты образумишься и перестанешь помогать ведьмам.

– После такого – нет. Продолжу тебе назло. – Карленна скрестила руки на груди.

– Не стоит делать из меня врага, – пригрозил Дант Гарс. Тон его серьезного, тихого голоса звучал угрожающе.

Охотник хмыкнул, посмотрев на примолкшую принцессу, и развернулся. На его широкой спине Карленна увидела серые хлопья пепла. Девушка сжала кулаки.

– Ты что человек, что любовник никчемный! – плюнула она словами, словно ядом, вслед Данту Гарсу.

Он развернулся:

– Повтори.

– Ты все слышал, – ответила Карленна и вздрогнула, когда Дант Гарс резко направился к ней.

Он вжал принцессу в дерево и схватил за волосы, чтобы она не могла убежать. Девушка вырывалась, царапалась, но при каждом движении кожу головы обжигало болью. Дант Гарс, словно издеваясь, лишь сильнее тянул Карленну за волосы, чуть приподнимая над землей, и ей приходилось стоять на цыпочках.

– Значит, я никчемный любовник? – хрипло спросил охотник.

– Отвратительный!

Принцесса хотела задеть его еще сильнее, отомстить, пусть даже ценой собственной боли и унижения. Дант Гарс держал ее так же, как ту ведьму перед казнью. Поганое чувство. Глаза защипало от слез, которые Карленна изо всех сил сдерживала, а охотник улыбался, пытаясь показать, что оскорбления его совсем не уязвили. Однако бешеный взгляд он скрыть не смог.

– Приду к тебе сегодня. Возможно, изменишь свое мнение, – тихо и медленно произнес он, и каждое его слово будто раскаленным прутом касалось принцессы.

– Оставь меня уже! – слезы Карленны выступили и растушевались под ресницами. – У меня свадьба через неделю!

– Значит, у тебя есть неделя, чтобы изменить свое мнение.

– Только попробуй прийти ко мне! Я позову стражу!

– Хочешь, чтобы стражники узнали, что ты прячешь в комнате черную книгу? Наверно, не хочешь. – Охотник ухмыльнулся и отпустил принцессу. Она от неожиданности рухнула на колени и прижала руки к голове. Дант Гарс посмотрел на нее сверху вниз. – Выбор за тобой.

Она, не отвечая, вскочила и побежала к замку. Охотник не стал догонять. Зачем, если принцесса и так бежала в клетку, ключ от которой хранился у него? На платье Карленны выделялось пятно там, где она коленями уткнулась в землю, а внутри девушки бушевала буря, наполняя ужасом каждую клеточку ее тела. Принцесса остановилась вблизи замка. Она глубоко задышала и пыталась отряхнуть юбку. «Он не посмеет!» – мысленно повторяла Карленна, понимая, что он-то как раз посмеет. Посмеет прийти к ней вечером и наказать за то, что она решила переиграть охотника, став его любовницей. Девушка вновь потрогала волосы. Голова уже почти совсем не болела, но боль физическую сменила боль душевная.

Принцесса добралась до замка. Она поднялась и мельком выглянула в окно, чтобы убедиться, что тела уже убраны с площади, и поспешила дальше. Карленна вошла в гостиную, где обычно собиралась с подругами, но там их не было. «Так даже лучше», – решила она и, захлопнув за собой дверь, опустилась на пол и заревела. Волосы падали на лицо и намокали от лившихся слез. Карленна со злостью откинула пряди с лица. Ее взгляд коснулся зеркала напротив, и внезапный порыв заставил девушку встать. Принцесса резко открыла стеклянный шкаф со швейными принадлежностями и, по пути роняя иголки с нитками, вытащила оттуда ножницы. Она распрямила одну прядь волос и посмотрела в зеркало. Карленна ощущала себя растерянно, но из зеркала на нее смотрела решительная девушка, которая одним движением перерезала прядь. Потом следующую. Светлые волосы посыпались на пол. А следом на пол упала Карленна. Ее прическа теперь отличалась от прически Роберта лишь цветом волос. Они едва доходили ей до плеч. Девушку трясло. Она дала себе отдышаться, подровняла волосы, потом собрала пряди с пола, чтобы за это время окончательно успокоиться.

Слезы кончились. Краснота постепенно сходила с лица и глаз. Карленна последний раз взглянула в зеркало и отправилась к себе в комнату, надеясь по пути ни с кем не столкнуться.

Дверь в покои Карленны оказалась не заперта. Ее лишь притворил и не потрудился защелкнуть на замок тот, кто пришел сюда раньше принцессы. Девушка сжала кулаки. Дант Гарс обещал прийти вечером, но, видимо, решил перенести казнь Карленны на более раннее время. Принцесса тронула ручку двери и вошла.

В кресле, как на троне, вальяжно возложив руки на подлокотники и закинув ногу на ногу, восседал мужчина. Его светлая с рыжеватыми прожилками борода скрывала выдающийся вперед подбородок. Он был чуть ниже и полнее Данта Гарса. Из-за холодных манер, высокомерного взгляда и изысканной одежды в этом мужчине чувствовался лоск, каким не мог похвастаться охотник. Принцесса замерла на пороге:

– Адрен?!

Карленна с удивлением разглядывала жениха. Она знала, что Адрен в преддверии свадьбы должен был вернуться из Арнеста, но не ожидала увидеть его сегодня.

– Скучала по мне? – безразлично пробежавшись взглядом по принцессе и проигнорировав ее удивление, поинтересовался Адрен.

Он сидел в том же кресле, в котором Карленна еще недавно обнаружила Данта Гарса с колдовской книгой в руках. Девушка медленно, контролируя каждое движение, села в соседнее кресло. Она ответила учтиво, но холодно:

– Разумеется.

– Новая прическа? Мне не нравится, – все с тем же северным спокойствием прокомментировал жених. – Я хотел обсудить подробности свадьбы.

Карленна кивнула, проглотив его замечание. Адрен завел разговор о приближающейся церемонии. Он говорил спокойным равнодушным тоном. Карленна пока не представляла, как произойдет первая брачная ночь – таким отдаленным ей казалось это событие, – но уже опасалась ощущения неловкости и скованности, которые преследовали их двоих даже во время разговора.