Ольга Кобцева – Двуликие (страница 49)

Старик поднял голову и увидел Димира на пороге кабинета. Тот, как всегда, появился не вовремя. Инквизитор закрыл глаза, надеясь, что молодой король исчезнет, как видение, но, когда открыл их вновь, Димир уже сидел в кресле напротив.

– Фергюс, – улыбался король. – Не хотите вместе со мной навестить Маргарет? Она уже несколько дней сидит в поместье у реки, надо бы ее проведать.

Вместе с тем Димир вытянул шею и попытался заглянуть в бумаги Фергюса. Старик прикрыл их рукой.

– Я занят, – хмуро ответил инквизитор.

– Чем вы постоянно заняты? У вас всего-то три проблемы!

– Всего три проблемы? Как лихо ты ограничил круг моих обязанностей!

– Три наиболее важные проблемы, – едко исправился король и принялся перечислять: – Война с Калледионом, сбежавший повстанец и убийство моего отца.

– И с последней проблемой я уже почти расправился. Почти.

Фергюс вздохнул и убрал руку с писем. Димир тут же метнул к ним взгляд.

– Что это? – спросил король.

– Письма, которые писал убийца твоего отца. Но я не узнаю почерк. Знаешь что? У меня есть к тебе предложение, – от безысходности решил инквизитор. – Я хоть сейчас поеду с тобой к Маргарет, если найдешь, чей это почерк.

Димир округлил глаза. Он тут же подскочил к письмам и схватил одно из них. Пробежался взглядом по строкам. Фергюс не думал, что Димир действительно сможет помочь, и очень удивился, когда молодой король вдруг замер с письмом в руке.

– Что такое? – недоверчиво уточнил инквизитор. – Ты узнал почерк?

Димир едва заметно кивнул.

– Да, – рухнувшим голосом подтвердил он.

– Чей?! – инквизитор нетерпеливо потребовал ответ.

– Элор.

– Элор? Кто это?

– Элор, – повторил король, опуская письмо обратно на стол. – Моя невеста. Дочь лорда Карелла.

Фергюс ликовал. Наконец старик прикоснулся к разгадке, хоть и пришлось невольно разочаровать Димира.

– Уверен? – спросил инквизитор, чувствуя, как пересохло в горле.

– Да. Ее почерк.

Молодой король совсем поник, улыбка сошла с лица. Он поморгал и отвел взгляд в сторону, будто что-то вспоминая, потом вновь обратился к Фергюсу:

– И знаете, она давно мне не писала.

– Насколько давно? – насторожился старик, припоминая, что и он сам давно не видел лорда Карелла.

– Примерно с того момента, как сбежал Харео.

«Когда секретарь передал мне письма, – понял Фергюс. – Лорд Новел заметил пропажу и предупредил их».

– Отец и дочь последовали примеру Харео? – предположил старик.

Димир, не ответив, резко зашагал к выходу из кабинета. Он открыл дверь и окликнул секретаря.

– Лорда Карелла и его дочь ко мне! – приказал король. – И к Фергюсу. – Он обернулся на инквизитора.

«Верно», – молчаливым кивком головы подтвердил старик.

Глава 43

Откровение

Придворный лекарь осмотрел опухшую ногу Роберта и покачал головой. «Да я сам вижу, что все плохо», – рассердился принц и дернул ногой, о чем тут же пожалел.

– Вам пока нельзя ходить и резко двигаться. Тем более – садиться на лошадь. Вам нужен отдых, полный покой, – бодро рассказывал лекарь, смазывая ушиб чем-то неприятно холодным и обматывая ногу. – Это лечение. Каждый день нужно смазывать и перевязывать больное место.

– Ясно, – буркнул принц.

Когда лекарь ушел, Роберт устало откинулся на кровать. Он чувствовал беспомощность и был разгневан несправедливостью мира. Однако под вечер его настроение улучшилось: к Роберту пришла сестра, чтобы подбодрить его. Ее участие радовало Роберта, но еще больше радовало то, что компанию сестренке составила Аэлия. Хоть та казалась безучастной и делала вид, что утром между ней и принцем ничего особенного не происходило, он верил, что пришла она не только за компанию с подругой.

Девушки весь вечер развлекали Роберта, пока слуга не оповестил о начале ужина.

– Идешь? – спросила Карленна, с жалостью посмотрев на замотанную ногу.

Принц попытался встать, но острая боль пронзила голень. Роберт сдержал стон.

– Нет, – ответил он и поморщился: вряд ли кто-то позаботился о том, чтобы принести ужин ему в комнату.

Карленна, уловив мысли брата, вскочила с кровати.

– Попрошу, чтобы тебе принесли еду сюда, – пояснила принцесса и скрылась за дверью.

Роберт и Аэлия остались одни. Девушка поджала губы. Она стояла у двери, направив взгляд подальше от принца, и, видно, чувствовала неловкость из-за их внезапного уединения.

– Судьба наказала тебя за наглость, – язвительно проговорила она, когда ощутила на себе пристальный взгляд Роберта.

– Это не судьба, это Дант Гарс.

Аэлия изменилась в лице. Она села рядом с Робертом и уточнила:

– Это он тебя столкнул с лошади?

– Да.

– За что?

– За то, что терпеть меня не может.

– Неудивительно, ведь ты ведешь себя так…

– …Так, как считаю нужным, – оборвал девушку Роберт. – Был бы я скромным и благовоспитанным – на меня бы не обращали внимания. Мне же нужно обратное. Я хочу, чтобы король и некоторые другие люди ненавидели меня, боялись, раздражались и ничего не могли против меня сделать.

– Уже сделали, – хмыкнула Аэлия. – За что ты так ненавидишь Джеральда?

– Он поступил со мной несправедливо, и я хочу восстановить справедливость.

– Понятно. Ты собираешься мстить Данту Гарсу?

– Собираюсь. И не только ему.

На этом месте Роберт резко замолчал. Он раздумывал, стоит ли называть Аэлии имена прочих, кому он собирается мстить, тогда как среди них был ее муж.

– Кому еще? – настойчиво полюбопытствовала девушка. Роберт решился.

– Многим, – сказал он, глядя ей прямо в глаза и наблюдая за ее реакцией. – Тео, например.

Аэлия, на удивление спокойно, приняла ответ Роберта. Она лишь хмыкнула и сдержанно улыбнулась, и Роберт понял: ей все равно, что случится с мужем.

– Буду рада, если избавишь меня от него, – безразлично заметила Аэлия.

– Неужели тебя совершенно не волнует, что с ним будет?

– Не волнует.

– Почему?

– Если кратко: меня разлучили с человеком, которого я любила, и отдали человеку, которого я не люблю и который не любит и не собирается любить меня.