Ольга Иванова – Затерянная между мирами. Дилогия (страница 21)

Кухня, на удивление, оказалась пуста. Где лежит посуда и как обращаться с кофемашиной, мне объяснили еще во время обеда, поэтому я не растерялась и сама заварила себе бодрящий напиток. Потом пила его неспешно, наслаждаясь тишиной и видом сада за окном, и даже начала наивно подумывать, что сегодня уже ничего из ряда вон не произойдет, как вдруг объявился Саша.

— Бездельничаем? — он поставил на соседний стул свой рабочий кейс, а сам подошел ко мне совсем близко и остановился за спиной.

— Пользуюсь своим законным перерывом, — сдержанно отозвалась я, даже не обернувшись.

Неожиданно он навис надо мной, ставя руки на стол так, что они с двух сторон полностью ограничивали мои движения.

— А я тут кое-что вспомнил, — его горячее дыхание коснулось моей щеки. — Ты ведь мне тогда все лето писала любовные письма… Они были глупыми и смешными, но мне нравилось их получать… В те моменты, когда ты мне их отдавала, у тебя был такой забавный и дурацкий вид. Это развлекало меня…

Близость Саши раздражала, а невозможность просто встать и уйти, прекратив тем самым это странный разговор, заставляло меня сильно нервничать.

— Я была всего лишь ребенком, — судорожно сглотнула я, пытаясь от него отстраниться.

— А мне кажется, что ты врешь… — Сашины руки почти сомкнулись вокруг меня, не давая даже шелохнуться. — И ты до сих пор влюблена в меня как кошка… Скажи честно, ты ведь ради меня сюда устроилась работать?..

Ну и самомнение! Не помню, чтобы у Саши из моего мира оно было настолько раздуто. Если только он это искусно не скрывал.

— Вы ошибаетесь… — проговорила я.

— Ненавижу, когда мне лгут, — выдохнул он мне в ухо, — но это меня заводит, — и до боли укусил меня за мочку, так что я не удержалась от вскрика.

Спасение из этого дичайшего положения пришло внезапно в лице юной горничной. Она, взволнованная, влетела на кухню, тараторя:

— Александр Борисович, хорошо, что вы уже вернулись! Наталье Владимировне опять стало плохо!..

— Врача вызвали? — Саша тут же отпрянул от меня, став напряженным и озабоченным.

— Да, только что, — часто закивала та. — Он уже в пути…

— Хорошо, — Саша стремительно вышел из кухни вслед за горничной, я же с облегчением выдохнула.

Я была настолько взбудоражена произошедшим, что несколько минут возвращала себе самообладание. Даже не хотелось искать причины тому, что здешний Саша сам начал откровенно приставать ко мне. Единственное, что я поняла: мне придется постараться, чтобы как можно реже сталкиваться с ним наедине…

— Твоей маме плохо, — сказала я Коле, вернувшись в комнату мальчика.

— Я знаю, опять давление и сердце… — пробурчал тот, не отрываясь от тетради. — У нее это часто… Сейчас приедет врач, сделает ей укол и все будет нормально…

— Ясно, — тихо ответила я. — Давай смотреть, что ты там написал…

За разбором сочинения незаметно пролетел и последний час работы. Расставшись с Колей, я решила все-таки заглянуть к Наталье Владимировне, попрощаться, а заодно и справиться о самочувствие.

Узнав, где ее спальня, я уже собралась постучаться в дверь, как вдруг та сама распахнулась, и на пороге вырос мужчина. Я встретилась с ним взглядом, и губы сами собой счастливо прошептали:

— Илья…

ГЛАВА 9

— Мы знакомы? — с вежливой улыбкой поинтересовался Илья.

— Нет, — покачала я головой, грустно усмехнувшись. — Нет… Я просто обозналась, извините… Вы очень похожи на одного моего…друга…

— Ничего страшного, — легко пожал плечами Илья и плотно прикрыл за собой дверь. — Тем более меня тоже зовут Илья… Илья Викторович. Я врач семьи Романовых.

— Екатерина… Андреевна, репетитор по английскому, у Николая… — тоже представилась я, хотя от волнения едва могла говорить.

— Тогда будем знакомы, — он снова улыбнулся, чуть склонив голову.

— Будем… — мои глаза жадно и совершенно бессовестно разглядывали его лицо, отмечая каждую знакомую черточку и морщинку. Так хотелось притронуться к нему, провести рукой по щеке, коснуться губ…

— А вы что-то хотели? — Илья показал на дверь за своей спиной.

— Да!.. — спохватилась я, отводя взгляд в сторону. — Хотела узнать, как самочувствие Натальи Владимировны… И сказать ей «до свидания»…

— Думаю, это не получится… Я сделал ей укол, и она сейчас спит…

— Ну что? — на «сцене» вновь появился Саша. — Как мама?..

— Ей лучше, — Илья переключил свое внимание на Романова. — Но до конца недели лучше не вставать с постели… Также ей нужно пройти курс инъекций … Поэтому я буду каждый день приезжать и делать ей уколы…

— Да, конечно, — нахмурившись, закивал Саша, а потом с недовольным видом глянул в мою сторону: — У вас рабочий день уже закончился?

— Да, — напряженно ответила я, ожидая очередной неприятности.

— Тогда чего здесь стали? Идите домой, этот разговор вас не касается…

— Да, конечно, — тихо отозвалась я, испытывая неловкость, в первую очередь перед Ильей, который стал свидетелем очередной грубости Саши в мой адрес. — До свидания…

— До свидания, — мягкая улыбка Ильи коснулась меня теплым лучиком, но уже в следующую секунду я получила очередной словесный пинок от Саши.

— Уйдете вы уже или нет? — процедил он.

На этот раз я решила не отвечать, лишь смерила его бесстрастным взглядом и, распрямив плечи, пошла прочь.

Уже выйдя за пределы дома Романовых, я позволила себе расслабиться и не стала сдерживать счастливой улыбки. Нет, даже отвратительное поведение Саши не смогло испортить мою радость от встречи с Ильей.

Папа, как и обещал, ждал меня у ворот поселка. Он не стал забрасывать вопросами о прошедшем дне, поэтому всю обратную дорогу до дома я была погружена только в свои мысли. Вначале вспоминала наш короткий разговор с Ильей… Его улыбку, взгляды… Радовалась, что, возможно, снова с ним увижусь завтра, когда он придет делать укол Наталье Владимировне…

Но витала в облаках я недолго, постепенно, против воли, в душу начал закрадываться страх, что, узнай я этого Илью поближе, меня ждет разочарование, похлеще чем с Сашей. А вдруг он окажется совсем не тем человеком, к которому уже успело потянуться мое сердце? Вдруг все то, что мне в нем так нравилось, у здешнего Ильи будет напрочь отсутствовать либо иметь совсем иную и далеко не привлекательную форму, как у тех же Романовых? И самое неприятное: а что, если у Ильи в этом мире уже есть пара?.. Последнее предположение заставило мое сердце болезненно сжаться, но его тут же осадил голос разума: в конце концов, я нахожусь в чужом мире, и если кто и должен перешивать о «несвободе» Ильи, так это здешняя Катя… «Но с другой стороны, — начала спорить я сама с собой, — сейчас ответственность за мою «двойняшку» лежит на мне и только от меня зависит, как сложится ее дальнейшая судьба. Поэтому я должна постараться сделать все как надо… Ничего не испортить. Пусть даже Карл Генрихович и уверен, что это невозможно, но я-то себя знаю…»

— Ну как прошел день? — замирая на каждом слове, встретила меня мама. Ее руки, сцепленные в замок, были прижаты к груди, а глаза блестели от волнения.

— Нормально, — скупо ответила я, скидывая надоевшие за день туфли.

— Как Романовы? — мама засеменила за мной в ванную, где я собиралась помыть руки. — Неужели не узнали тебя?..

— Почему? Узнали…

— И Саша узнал?..

— И Саша…

— И?.. — мама от возбуждения еще сильней сжала пальцы, так что побелили костяшки. — Что ты о нем скажешь?..

— Скажу, что он точно не моя судьба, — вынесла я свой безапелляционный «приговор».

— Как? — мамины надежды вмиг рухнули, и теперь она выглядела потерянной и поникшей. — А как же твоя любовь к нему?.. Ты ведь сама мечтала…

— Любовь разбилась о реальность, — вздохнула я, закрывая кран. И чтобы переключить мамино внимание с неприятной темы, тут же жалостливо спросила: — А у нас есть что-нибудь на ужин? Я так проголодалась…

Оказавшись наконец одна в своей комнате, я с облегчением выдохнула. Во время ужина мама продолжила свой допрос с пристрастием про мой первый рабочий день у Романовых, и теперь я чувствовала себя хуже выжатого лимона. Сперва хотела поваляться на кровати, ни о чем не думая, но потом мой взгляд привлекли полки с книгами, и я решила немного поизучать местную литературу.

Но художественных книг среди них не оказалось, зато очень кстати нашлась увесистая энциклопедия по истории и иллюстрированный атлас мира. Остальное место занимали различные пособия по английскому языку, что тоже пригодится. Надо будет потом что-нибудь выбрать из них для завтрашних занятий с Колей.

Однако сейчас меня больше интересовала энциклопедия, которая могла хоть как-то заполнить мои пробелы в познании этого мира. Я удобно устроилась на кровати и принялась листать книгу. До века семнадцатого ничего шокирующего для себя я не узнала, а вот потом… С каждой новой страницей мои брови все больше ползли вверх, а глаза отказывались верить в прочитанное. Уму непостижимо, но в этом мире не было ни одной серьезной политической революции. Вернее, единственная из них — американская, та, что мы привыкли называть Войной за независимость 1775 года — провалилась, и как результат, Америка до сих пор является колонией Великобритании. Да, сейчас у нее имеется определенная самостоятельность, и она даже разделена на несколько десятков штатов, но вот флаг по-прежнему английский, и название — Соединенные штаты Британии. Однако на этом список стран-колоний не заканчивается: почти вся территория Канады принадлежит Франции, Южная и Центральная Америка, соответственно, поделена между Испанией, Италией и Португалией, в Австралии до сих пор хозяйничает та же Великобритания, в Азии и Африке тоже хватает колоний… Но самое главное, во всем мире господствует только монархический строй, пусть в основном и с конституционными ограничениями. А революции… Во всяком случае, я не нашла ни одного упоминания о них, даже самых известных, например, той же Французской или Кубинской, не говоря уже о «нашей» революции 17-го года. А если где и происходили изменения в политическом строе, то мирным путем или с минимальными потерями.