Ольга Иванова – Затерянная между мирами. Дилогия (страница 22)

Но пусть революции почти не коснулись этого мира, зато его периодически сотрясали нешуточные геополитические войны, которых было порядком больше, чем в нашей параллели. Однако, что любопытно, среди них не числились такие известные нам войны, как 1812 года с Наполеоном или Вторая мировая с Гитлером. Более того, этих две легендарные исторические личности вообще нигде не упоминались. Возможно, здесь им просто не удалось занять значимого места на политической арене?.. Впрочем, сожалеть об этом было бы глупо.

После столь подробного изучения местной истории мозг был перегружен и требовал немедленного расслабления. С этой целью я решила почитать женские журнальчики, которые ровной стопочкой лежали на прикроватной тумбочке. Но отвлечься не получилось, наоборот, от этого дамского чтива мои мозги закипели еще больше, а список «не случившихся» революций пополнился еще и сексуальной. Да и с эмансипацией женщин здесь, похоже, было совсем туго. Не отношу себя к ярым феминисткам, но постулат «женщина должна знать свое место» точно не для меня. В этом же мире слабый пол был лишен многих прав и свобод, в том числе и политических. Школы, как я поняла, тоже были раздельными, а немногими доступными профессиями для женщин являлись домработницы, горничные, гувернантки и прочий обслуживающий персонал, в редких случаях — учителя, как я, медицинские сестры, продавцы. Ну и куда же без таких важных женских «добродетелей» как целомудрие, послушание, скромность… Исходя из этого, у меня возникли некоторые подозрения насчет тела, в котором я сейчас находилась. А вдруг оно до сих пор невинно?.. Безусловно, пока я не спешила это проверять, но сама перспектива почти в двадцать шесть лет вновь оказаться девственницей не очень-то радовала.

В общем, час от часу не легче…

Следующим утром наряд я выбирала с особым усердием. А это было не так уж и просто, учитывая «ассортимент» моего здешнего гардероба. В конце концов, выиграло платье из легкой шелковой ткани бледно-розового цвета, усыпанное мелким, едва заметным белым горохом. Оно хоть и было непривычного покроя — короткий рукав, неглубокий вырез горловины, юбка плиссе до середины икры, тонкий белоснежный поясок — но на фигуре сидело ладно и смотрелось мило и даже немного…романтично. Волосы, как требовал местный этикет, я собрала в гладкую прическу, украсив ее лишь небольшой заколкой с несколькими бусинками-жемчужинами. Да, пришлось еще водрузить на голову шляпку, хотя сама я этот дамский аксессуар никогда не жаловала.

В целом, глянув на себя в зеркало, осталась довольна. Главное, встретить сегодня того, ради кого так наряжалась…

У подъезда, как и обещалось, ждал автомобиль, огромный, черный, явно представительского класса. Пока садилась в него, краем глаза отмечала, как то тут, то там из окон выглядывают любопытные соседи. Вот уж будет повод перемыть косточки нашей семье…

У дома Романовых в этот раз меня никто не встречал, поэтому внутрь я ступала в некоторой нерешительности. В холле и гостиной тоже было пусто, а в столовой через стеклянную дверь виднелась лишь одна горничная, прибиравшая посуду после завтрака.

— Доброе утро, — громко произнесла я, надеясь, что меня хоть кто-то услышит.

Но ответа ни с какой стороны не последовало, и я, растерянно пожав плечами, решила сама подняться по лестнице в комнату Коли.

— Что крадешься как мышь? — Саша как всегда появился словно из воздуха и преградил мне дорогу, нахально облокотившись о перила.

— Доброе утро, Александр Борисович, — с холодной вежливостью произнесла я. — Позвольте мне продолжить свой путь к вашему брату. Мой рабочий день начинается через пять минут…

— А вырядилась-то, — игнорируя мои слова, протянул он. При этом его глаза оценивающе щупали мое тело. — Для кого все эти старания? Уж не для меня ли?..

— Вынуждена огорчить, но вы тут ни при чем, — едко отозвалась я.

От такой наглости Саша на мгновение опешил, мне же за это время удалось проскользнуть мимо и в считанные секунды оказаться на втором этаже.

Колю я застала сидящим на кровати. Уткнувшись носом в телефон, он играл в какую-то игрушку.

Стоп. Мобильный телефон? У Коли в руках мобильный телефон?

— Это телефон… — от изумления я не заметила, что озвучила свои мысли.

— Ну да, — хмыкнул парень. — Что, ни разу не видела?

«В этом мире нет», — хотелось ответить. Но вслух я произнесла другое:

— Можно посмотреть?..

— Это дорогая вещь, — сразу нахмурился Коля. — А вдруг ты его сломаешь? Таких знаешь, сколько в России? Всего штук сто…

— Не бойся, не сломаю… — я чуть улыбнулась. — Я знаю, как с ним обращаться…

Коля еще раз окинул меня подозрительным взглядом, но потом все же протянул мне телефон.

С ума сойти, это оказалась самая настающая Нокия. Та самая, которую в начале 2000-х прозвали «кирпичиком»! Эта модель телефона появилась одна из первых в России, и тем, кто мог позволить себе ее приобрести, завидовали не по-детски. В этой Нокии уже не было торчащей антенки, а в память были загружены несколько простеньких игр.

Господи, с тех пор в моем мире сменилось с десяток поколений сотовых телефонов, а теперь там господствуют смартфоны и айфоны. Здесь же простенькая Нокия 3210 стоит целое состояние и является доступной лишь элите. Интересно, почему технический прогресс в этом мире так запаздывает?.. Или же его кто-то сознательно тормозит?..

Заметив, с каким беспокойством посматривать на меня Коля, я поспешила отдать ему телефон.

— Давай работать, — сказала я уже более серьезным тоном и принялась доставать из сумки принесенные учебники.

Однако не успела я дать парню задание, как за окном услышала звук подъезжающей машины. Я выглянула во двор, и в ту же секунду мое сердце запрыгало как мячик: из припаркованного около крыльца автомобиля вышел Илья…

— Сейчас вернусь, — бросила я Коле и выскочила за дверь.

Перед тем как ступить на лестницу, я поправила складки на платье, глубоко вдохнула, чтобы успокоиться, и только потом сделала шаг вниз. Я ожидала, что столкнусь с Ильей как раз на лестнице, однако его голос до сих пор раздавался в холле. Более того, он разговаривал с некой женщиной.

— Так я могу ее видеть? — та стояла ко мне спиной, высокая и худощавая, затянутая в длинное, почти до пят, изумрудное платье. При этом она то и дело встряхивала русыми кудряшками, собранными на макушке в хвост, а рукой теребила крупную сережку. И эта тонкая фигурка с безупречной осанкой, и пепельные волосы, и даже привычка временами трогать мочку уха показались мне уж очень знакомыми…

— Ненадолго — да, — отвечал ей Илья со знакомой вежливой улыбкой. — Госпожу Романову не стоит сейчас беспокоить…

Внезапно его взгляд наткнулся на меня, замершую на нижней ступеньке.

— Доброе утро, — теперь улыбались не только губы Ильи, но и глаза.

— Доброе, — я тоже улыбнулась и уже смелей сошла вниз.

— А вы, собственно говоря, кто? — наконец обернулась… Полина.

Ба, знакомые все лица. Ну куда ж мы без нее…

— Это Екатерина Андреевна, репетитор Николая, — за меня ответил Илья. — По…

— По английскому языку, — сказала уже я.

Внутри же у меня все запело: он запомнил мое имя!..

Полина смерила меня взглядом точь-в-точь как у Саши, оценивающим и надменным, после чего небрежно кинула:

— Ясно, — потом же вновь обратила свой взор на Илью: — Так вы, доктор, позволите мне переговорить с Натальей Владимировной?

— Да, пойдемте, я вас провожу, — Илья жестом пропустил вперед Полину.

«Надо же, — мысленно усмехнулась я, глядя им вслед, — а мне представиться наша Полиночка не удосужилась… Видимо, велика честь… Впрочем, догадаться нетрудно… Явно какая-нибудь невеста Саши, к бабке не ходи…»

В том, что была права насчет статуса Полины, я удостоверилась во время обеда. Эту информацию мне охотно «слила» особо говорливая горничная, да еще и с подробностями: где, когда, как… Среди всех этих мутных сплетен, поданных мне на блюдечке, я вычленила лишь одну, заинтересовавшую меня. Оказывается, Наталья Владимировна Полину недолюбливает и не сильно-то желает их свадьбы с сыном. Поля же будущей свекрови отвечает взаимностью и ничуть не стесняется вступать с ней в спор, а то и идти на открытый конфликт. Тем любопытней, почему она сегодня утром так рвалась поговорить с Романовой?..

Илью в этот день я больше так и не увидела. Да и в следующие несколько дней наши встречи были мимолетны и ограничивались лишь формальными фразами. Но меня это больше не печалило. Ведь были еще полуулыбки, за которыми скрывались невысказанные слова… И взгляды, говорившие о том, что нельзя было произносить вслух… Нечаянные прикосновения, которые обжигали огнем… Каждое это мгновение было для меня подобно сокровищу, я собирала их и бережно складывала в шкатулку памяти. Я не торопила события, интуитивно понимая, что еще не время и не место… Просто верила, что скоро наступит час, когда можно будет не бояться собственных чувств… И наконец начать жить.

Зато безмерно радовало, что Сашу я в эти дни тоже почти не видела. Иногда сталкивалась с ним с утра в дверях дома, но Романов с озабоченным видом проходил мимо, по-видимому, спеша по своим неотложным царским делам. И я уже было расслабилась и начала думать, что он наконец-то отказался от поползновений в мою сторону, пока не наступила пятница. Она выдалась на удивление спокойной, и я наслаждалась этим предвыходным днем, предвкушая последующие за ним сорок восемь часов отдыха. Коля вел себя сегодня особенно покладисто, его старший брат в периметре дома не наблюдался, даже Наталья Владимировна ненадолго встала с постели и заглянула к нам, справиться, как идет учеба. Для полного счастья не хватала только Ильи, который почему-то так и не появился в привычный час.