Ольга Иванова – Затерянная между мирами. Дилогия (страница 20)

«Ну, Карл Генрихович, только попадитесь мне на глаза», — мстительно подумала я, выискав виновника всех своих проблем. Вслух же произнесла как можно спокойней:

— Я сделаю все, что в моих силах…

— Тогда давайте оговорим распорядок работы, — оживилась Наталья Владимировна. — Начиная с завтрашнего дня вас будет привозить и увозить наш водитель. В восемь утра он будет стоять около вашего дома, ваш рабочий день начинается в девять, заканчивается в шесть. У вас будет перерыв на обед с часу до двух. Питание мы вам предоставляем. Также в течение дня вы можете всегда спуститься на кухню, сделать себе кофе или чай… Все оставшееся время, будьте добры посвятить обучению Николая… От себя разрешаю быть с ним как можно строже, ничего не спускать с рук, не давать лениться… Мне нужно, чтобы к концу лета он начал думать на английском. Вам понятно?

— Понятно, — испытывая полнейшую обреченность, кивнула я.

— Вот и отлично, — улыбнулась мама Саши. — А теперь позвольте задать вам один личный вопрос?

— Конечно, — встрепенулась я.

— Мы никогда раньше не встречались? — улыбка Натальи Владимировны стала шире. — Я имею в виду, не доводилось ли нам общаться лично? — но увидев мое замешательство, она задала более конкретный вопрос: — Вы, случайно, не отдыхали летом 2001 года в Ялте?..

— Возможно, — вспомнив разговор с мамой за завтраком, ответила я.

— Ладно, — Романова потянулась за книгой, которая лежала на стеклянном столике рядом с креслом, и неожиданно достала из нее фотографию. — Посмотрите, это вы?..

Я взяла протянутую фотографию. На ней была изображена я ребенком, лет десяти, в розовом летнем платье, на фоне моря, а рядом со мной стоял такой же юный Саша. Похоже, это именно то лето, о котором говорила мама…

— Я, — отрицать было бесполезно.

— Я сразу так и догадалась, — хлопнула в ладоши Наталья Владимировна. — Только увидела ваше фото в резюме… Подумала, что точно где-то вас видела… А потом случайно наткнулась на Сашин детский альбом, нашла вот эту карточку и поняла, что это вы! Вы та девочка, с которой Саша дружил тем летом… Он в детстве был таким необщительным, а с вами вдруг захотел проводить время… И нам пришлось ему это разрешить, несмотря на то, что мы редко идем на контакт с людьми не из нашего круга…

— Вы тут меня обсуждаете или мне послышалось? — внезапное появление Саши прервало откровения Романовой, и она тут же поднялась ему навстречу.

— Сынок, посмотри на эту девушку, — Наталья Владимировна приобняла сына. — Она тебе никого не напоминает?

Я замерла под испытующим взглядом Саши.

— Я так понимаю, это репетитор, которого ты наняла для Коли, — наконец бесстрастно изрек он, а следующие слова уже адресовал мне: — Почему вы продолжаете сидеть, когда перед вами стоят ваши непосредственные работодатели, которые, к тому же, на много порядков выше вас по статусу? Вы не обучены хорошим манерам?.. Встаньте!

Я тут же подскочила с дивана, непроизвольно вытянувшись в струнку. Делать подобное было унизительно, еще унизительней было слышать столь пренебрежительные приказы от Саши, но имела ли я право воспротивиться этому? К сожалению, я должна была подчиняться местным правилам, даже если моя гордость пыталась брыкаться и возмущаться.

— Так-то лучше, — процедил Саша и вновь обратился к матери, которая неуверенно улыбалась, бегая глазами между мной и сыном: — Так кого мне эта особа должна напомнить?..

— Вот, присмотрись, — Романова подала ему все ту же фотографию. — Это ведь та же девочка, Катя. Помнишь ее?..

Саша вначале бросил взгляд на фото, потом на меня, затем снова на фото, после чего произнес небрежным тоном:

— Да, похоже, это она и есть… И что дальше?

— Ну как? Ты ведь так был привязан к ней, даже хотел забрать ее к нам жить, — хихикнула Наталья Андреевна.

— Ну конечно, мне ведь не разрешали завести собаку, вот я и думал, что она сможет стать мне кем-то вроде домашнего любимца, — ухмыльнулся Саша.

Господи, почему я до сих пор это слушаю? Почему терплю?.. Отчаянно зачесалась рука, желая отхлестать это некогда любимое лицо. Но я сдержала порыв и лишь тихо поинтересовалась:

— Для вас нет разницы между человеком и животным?..

Саша, не отрывая от меня взгляда, подошел вплотную и, чуть наклонившись, сказал прямо в ухо:

— В вашем случае, нет.

Затем он, повернувшись к матери, буднично произнес:

— Все, я на работу. Буду после обеда, — и, взмахнув рукой, направился к выходу.

— Удачи, дорогой, — пожелала ему Наталья Владимировна и потом обратилась ко мне: — Ну что, Екатерина, пойдемте, я познакомлю вас с Николаем…

Улыбка Романовой была по-прежнему мила, а голос спокоен, будто минутой ранее на ее глазах не произошла столь нелицеприятная сцена между мной и Сашей. Неужели такое хамское поведение сына по отношению к другим людям для нее приемлемо?.. Или она попросту, во избежание лишних конфликтов, не желает этого замечать?.. Либо то положение, которое их семья занимает в этом обществе, так сказалось на ее и Сашином характере?.. В любом случае я заблуждалась, и теперь прекрасно видела, что это совсем не та женщина, которую я знала…

— Давай проверим, какой у тебя уровень знания языка на сегодняшний момент, — я старалась, чтобы мой голос не дрожал и звучал как можно увереннее.

Однако это было не так просто, особенно когда за тобой следит пара надменных льдинисто-голубых глаз.

— Проверяй, — Коля криво усмехнулся, вальяжно раскидываясь на рабочем стуле.

Я схватила одну из книг по английской грамматике, которые, к счастью, у младшего Романова имелись в изобилии. Полистав ее несколько минут, отыскала некий тест и показала его подростку:

— Вот, пожалуйста, со сто пятой по сто седьмую страницу. У тебя двадцать минут.

Коля недовольно цокнул языком, но книгу взял и, сгорбившись над ней, принялся что-то писать простым карандашом. Я же мысленно порадовалась, что у меня появилось немного времени на передышку. Присела на широкий подоконник, который был сделан как раз так, чтобы служить еще и скамьей, и стала украдкой наблюдать за мальчиком.

С Сашиным братом я последний раз общалась лет пять назад, когда тот еще был совсем ребенком, поэтому сейчас было непривычно видеть перед собой угловатого подростка с огрубевшим голосом.

Здешний Коля встретил меня настороженно, но пока откровенно не грубил, что уже было неплохо. Правда, в его глазах то и дело мелькало презрение, направленное, естественно, в мою сторону, но после встречи с его старшими родственниками, я и не надеялась на иное.

Какие же они здесь все чужие… Совсем непохожи на тех, с кем я была близка в своем мире. Даже мама и папа были немного другими. Интересно, какой бы номер Карл Генрихович из прошлого мира присвоил этому? На сколько пунктов он отдален от его, а лучше, от моего мира?.. Наверное, на двести-триста, не меньше… А что там старик говорил про характер двойников?.. Что у всех них одни и те же врожденные черты характера и тот же психотип?.. Но ведь это не исключает того, что в различных обстоятельствах те самые врожденные черты характера могут развиться по-разному, где-то в лучшую, где-то в худшую сторону… Например, как со здешним Сашей. Он-то и в моем мире, как выяснилось, был далек от идеального, но здесь принадлежность к высшим кругам социума, сделала из него какого-то беспринципного хама…

— Готово, — сообщил Коля, откладывая книгу.

Теперь наступила моя очередь делать умный вид, проверяя его тесты…

Не знаю, каким образом мне удалось дотянуть до обеда, но я наконец смогла ненадолго избавиться от своей репетиторской повинности. И хотя Коля все это время продолжал вести себя в рамках приличия, все же с радостью сбежала от него на кухню, где в этот час собралась прислуга всего дома, которая, как оказалось, была довольно многочисленна. Меня накормили вкусным обедом и даже развлекли несколькими сплетнями из жизни хозяев. Сами же Романовы, Наталья Владимировна и Коля, в это время трапезничали в большой столовой.

Также за этот час мне удалось немного лучше рассмотреть дом, вернее, его первый и второй этажи. На третий, где, как мне объяснили, были гостевые спальни, я подняться не рискнула. Зато одна из горничных с удовольствием провела мне экскурсию по остальным этажам. Я увидела две гостиных, большую и малую, столовую, библиотеку, бильярдную и кабинет отца семейства. Весь дом утопал в роскоши и изобиловал лепниной и позолотой, мягкая мебель была обита велюром и кожей, столы и шкафы блестели полировкой, карнизы прогибались под тяжестью драпированных штор и тюля, а ноги то скользили по паркету, то утопали в толстенных коврах.

А вот в рабочем кабинете я смогла заметить кое-что любопытное, а именно, компьютер. Более того, он имел вполне современный вид и даже тонкий монитор с жк-дисплеем. Из чего я сделала вывод, что с техникой в этом мире не так уж плохо, только доступна она не каждому. После этого у меня появилось жгучее желание залезть в тот самый компьютер и посмотреть, есть ли у них интернет. Но пока оно казалось неосуществимым, и я отбросила эту идею.

Следующие пару часов после обеда тоже прошли вполне мирно и спокойно: Коля читал мне вслух все подряд тексты из очередного учебника, я же «внимательно» его слушала, время от времени исправляя мелкие ошибки в произношении. Затем я посадила парня писать сочинение на тему «мое хобби», а сама улизнула на первый этаж выпить чашечку кофе.