Ольга Ивакова – Нечистая сила: от домового до бабы-яги (страница 7)

Леший ушел в прошлое вместе с дремучими лесами, которые окружали русские деревни? Не совсем. В современном мире он переселился в сказки, в художественную литературу, в живопись (вспомним хотя бы замечательных лесовиков Николая Рериха и Сергея Конёнкова). Но в глухих углах Русского Севера, в Сибири, в таежных деревнях, по свидетельству фольклористов, былички о лешем рассказывают до сих пор. И каждый, кто входил в сумеречный ельник, когда ветер гудит в вершинах и тени пляшут между стволами, хоть краем глаза, да видел его – мелькнул меж деревьев, хохотнул вдалеке, махнул рукой и пропал. Берегись, не береди лесную тишину, а уважь хозяина – он добром ответит.

Глава 6. Водяной: грозный владыка речных омутов и повелитель глубин

В темных омутах, где вода стоит неподвижно и кажется черной, в глубоких заводях, где переплетаются корни прибрежных ив, в опасных водоворотах под мельничными колесами обитает он – водяной. Из всех духов русской демонологии этот, пожалуй, самый грозный и неумолимый. Если с лешим можно было договориться, домового – задобрить, то водяной редко прощал людям вторжение в свои владения.

Происхождение его народная молва объясняла по-разному. Согласно древним преданиям, когда Господь в гневе свергал с небес падших ангелов, одни упали в воды – и стали водяными. Другое поверье гласит, что водяными становятся утонувшие люди, особенно проклятые родителями или умершие неестественной смертью. В этом смысле водяной родствен русалкам – тоже «заложным» покойникам, только мужского пола.

В представлении крестьянина водяной был воплощением самой стихии воды – опасной, непредсказуемой, требующей уважения. Недаром в народе говорили: «Дедушка водяной – начальник над водой». Он – полновластный хозяин рек, озер, прудов и болот, повелитель рыб и всех водных тварей.

В.И. Даль, собиратель русских поверий, с горечью отмечал, что о водяном трудно собрать подробные сведения: из всех опрошенных им мужиков только один рассказывал как очевидец, остальные же знали лишь понаслышке. Лешего люди встречали чаще, а встреча с водяным почти всегда сулила беду.

Как и прочую нечисть, водяного предпочитали не называть прямо, чтобы не привлечь ненароком. В народе бытовали почтительные, иносказательные имена: водяной дедушка, водяной шут, водяник, водовик. Называли его также ому́тником – по излюбленному месту обитания. В некоторых местах величали царем водяным, полдонным царем.

Особое имя бытовало в карстовых озерах Мегорской гряды близ Онежского озера – Кромешник. Прозвали его так за умение ходить в темноте под землей по коридорам, соединяющим озера. А в Соль-Илецком районе Оренбургской области, по преданиям, жил самый несчастный водяной – Камышанов, бродивший по пересыхающим озерам в поисках воды.

В западных губерниях, под влиянием соседей, его могли звать на иноземный лад, но суть оставалась той же – грозный хозяин глубин.

Облик водяного изменчив, как сама вода. В разных губерниях его представляли по-разному, но в главном описания сходятся: это старик, чаще всего нагой, весь облепленный тиной и водорослями.

Владимир Даль дает такое описание: «Это нагой старик, весь в тине, похожий обычаями своими на лешего, но он не оброс шерстью, не так назойлив и нередко даже с ним бранится». У него большая борода и зеленые усы, спутанные, как тина. Глаза горят красным огнем, величиной с ладонь, нос – длинный, как сапог.

Однако в разных местностях портрет дополнялся местными чертами:

– В Вологодской губернии водяного представляли не стариком, а могучим мужиком, широким в плечах, но с тонкими ногами. Тело его покрыто чешуей, между пальцами – перепонки, как у гуся, на голове небольшие рога, а хвост длиною в три четверти.

– В Неричинском крае рассказывали: «У него борода… как трава-то растет, тина-то сама. Вот с этой тины борода длинная. Волосы большие, тоже с этой тины. Тело такое, переливается, как рыбная чешуя, но это не чешуя. Ноги в воде… не видно, а руки-то, как у лягушки – четыре пальца».

– Белорусы представляли водяного либо огромным стариком с зелеными волосами и бородой из водорослей, либо черным, обросшим шерстью существом с рогами, хвостом и когтистыми лапами. В застойных озерах он мог являться горбатым и бородатым, с ногами и хвостом, как у коровы.

– В Тульской области водяного изображали в обличье выпи – с зелеными ногами и длинным клювом.

Водяной – великий оборотень. Он может принимать облик крупной рыбы (особенно любит щуку, сома или карпа), зверя (свиньи, коровы, лошади, черного пса), птицы (гуся, утки, петуха). Может обернуться бревном, корягой, утопленником, а то и ребенком, чтобы заманить доверчивого человека поближе к воде.

Особая примета водяного – он не оставляет следов. Если идет по берегу, за ним не остается мокрых отпечатков. Голос его страшен: он хохочет, хлопает в ладоши, ухает филином, кричит выпью, а то и разговаривает с лешим, перекликаясь через лес и реку. В тихую лунную ночь, забавляясь, он гулко хлопает ладонью по воде, и гул этот разносится далеко по плесу.

Излюбленные места водяного – глубокие омуты, водовороты, места под мельничными колесами. Особенно жалует он старые, заброшенные мельницы, где вода крутит колеса и шумит без устали. Под мельничными колесами водяные любят собираться на ночлег, и тогда зоркие мельники могут увидеть духов.

В каждом значительном водоеме – свой водяной. Чем шире и опаснее река или озеро, тем сильнее и злее его хозяин. В стоячих водах водяной ленив и сонлив, в быстрых реках – проворен и зол.

Однако есть у водяного и более роскошные владения. В народных преданиях, особенно в былинах и сказках, водяной царь живет на дне морском или речном в хрустальном дворце. Комнаты его наполнены золотом и драгоценностями, утонувшими вместе с кораблями. Здесь он пирует с красавицами-дочерьми, здесь же собирает утонувших музыкантов и заставляет играть, а сам пляшет до бури на поверхности.

На зиму водяной залегает в спячку на дне, в самых глубоких местах. Просыпается он голодным и сердитым, ломает лед и мучает рыбу.

Водяной – едва ли не самый опасный для человека дух русской демонологии. Профессор Ирина Якушевич называет его «самым устрашающим персонажем русского фольклора». В отличие от лешего, который мог и помочь, водяной человеку почти никогда не покровительствует. Он может утопить, наслать болезнь, разогнать рыбу, прорвать плотину.

Кого топит водяной? Народная молва строго определяет категории людей, которых водяной утаскивает на дно:

– Тех, кто купается без креста или сняв нательный крест;

– Тех, кто купается в неположенное время – после заката, в полдень, в самую полночь;

– Тех, кто осмеливается лезть в воду на большие праздники, особенно на Ивана Купалу или Ильин день;

– Проклятых родителями или отлученных от церкви;

– Тех, кто сам по неосторожности зовет его: «Водяной, водяной, утопи меня!» – такие слова лучше не произносить даже в шутку.

Схватив жертву за ноги, водяной утягивает ее в глубину. Дальше, по одним поверьям, утопленник становится рабом водяного, вынужденным переливать воду, таскать песок, прислуживать в хрустальном дворце. По другим – сам обращается в водяного, пополняя сонм нечисти.

Любит водяной проказить и со скотиной. Если ему вздумается оседлать в воде быка или корову, животное под ним подламывается и тонет. Пугает лошадей на водопое, может утащить свинью или овцу, забредшую в реку.

Вот что рассказывали в народе:

Один крестьянин в Вологодской губернии якобы сам видел водяного и спасся от него молитвой. Он так описывал встречу: «Сам черный, вид его наподобие человека, но только глаза красные, большие – с ладонь, нос – как сапог, не меньше». В другой раз водяной схватил этого же мужика за руку, отчего у него долго сохранялся отпечаток пятерни водяного, но и в этот раз мужику удалось отмолиться.

Впрочем, иногда водяной бывает и благодарным. Если человек спасет его от гибели (например, выбросит на берег и потом вернет в воду), водяной становится верным помощником во всех делах, связанных с водой, особенно в рыбалке. Но такая дружба стоила дорого: чтобы заключить союз, надо было бросить в воду нательный крестик и отречься от родни, а платой служила душа.

Особые отношения связывали с водяным мельников. Мельница стоит на воде, колесо вертится в омуте – стало быть, мельник ежедневно имеет дело с хозяином глубин. Недаром по всей Руси мельников считали колдунами, знающимися с нечистой силой.

Чтобы водяной не портил мельницу, не размывал плотину, не ломал колеса, мельники соблюдали строгие правила и приносили жертвы.

С.В. Максимов, знаменитый собиратель русского фольклора, писал: «От водяных чертей доводится терпеть и всего больше страдать, конечно, мельникам. Привычные всю свою жизнь иметь дело с водой, мельники достигают таких удобств, что не только не боятся этих злых духов, но вступают с ними в дружеские отношения. Они живут между собой согласно, на обоюдных угождениях, руководясь установленными приёмами и условленными правилами».

При закладке новой мельницы под бревно, где будет дверь, зарывали живьем черного петуха. В некоторых местах вместе с петухом клали три стебля ржи, случайно выросших с двумя колосьями («супорыжки»). Позже стали обходиться лошадиным черепом, брошенным в воду с особым приговором.