Ольга Гусейнова – В тени твоей любви (страница 2)

– Как вам этот прием? – наконец спросил Эрго.

– Как обычно, – ответил Адам, глядя на собеседника нечитаемым взглядом. Сделав короткую паузу, добавил: – У меня не так много времени, чтобы тратить его впустую.

По одутловатому лицу Эрго пробежала тень. Он был уязвлен. Такие люди болезненно переносили, когда их не боялись, не уважали и не соглашались участвовать в их маленьких спектаклях. Особенно последнее.

– Вы правы, – криво усмехнулся Эрго. – Время дорого. Перейдем сразу к сути нашей встречи.

Он коснулся своего запястья, и Адам ощутил энергетический всплеск от защитного экрана. Почти невидимый полог сомкнулся вокруг их стола, отрезая от зала. Теперь их нельзя было подслушать, прочесть их слова по губам, считать по вибрациям воздуха или поймать их отражения в стекле. Довольно качественная и дорогая защита.

– Слушаю вас, – сказал Адам.

Эрго откинулся на спинку кресла и сцепил пальцы на животе:

– Чтобы исключить недопонимание, я немного расскажу о вас.

– Заинтриговали, – хмыкнул Адам.

– Адам Грейдис, – начал Эрго с ехидным удовольствием, будто зачитывал обвинительное заключение. – Основатель и владелец охранного предприятия с безупречной репутацией и солидным капиталом. Также глава гильдии наемников, непревзойденных специалистов во многих областях. Всегда держите данное слово, избегаете публичности и работаете исключительно по профилю: охрана, спасение заложников, возвращение похищенных и тому подобное.

Он сделал маленькую паузу, внимательно отслеживая реакцию Адама, но тот сохранял абсолютную невозмутимость.

– Принадлежите к расе хемусов с планеты Хмарь, – продолжил Эрго. – Часть хемусов может менять энергетическое поле так, что искажается воздействие на них света и создается эффект невидимости, благодаря чему вашу расу называют хамелеонами или тенями. Заслуженно, в чем я сегодня имел возможность убедиться.

– Хемусы – одна из древнейших рас этой галактики, – ровно произнес Адам. – Наши способности не секрет.

Внешне он оставался спокойным, не выдавая, как его насторожило начало встречи. Все происходящее казалось неприятным – неопасным, но слишком личным для делового предложения.

Таланты хемусов не были тайной, а вот их вырождение тщательно скрывали. Совсем скоро, при существующих закостенелых догмах и традициях, хемусы с уникальным даром влиять на отражение света почти наверняка перестанут рождаться. Но старые семьи, правившие на Хмари, не желали ничего менять, боясь потерять власть.

Эрго нахмурился и продолжил суше:

– Как ни парадоксально, раса, способная искажать восприятие света, не приемлет никаких других искажений. Внешность, поведение, репутация – все должно быть идеальным. Вы же, насколько я выяснил, получили шрам в юности, в период завершения формирования энергетического поля.

Его взгляд скользнул по лицу Адама, вдоль белой полоски от виска до уголка губ.

– Поэтому вы до сих пор со шрамом, – закончил Добжер. – Ведь исправить его нельзя, не уничтожив вашу ауру. Из-за этого уродства вы стали изгоем в семье и на родине. По достижении совершеннолетия покинули планету и с тех пор ни разу не возвращались.

Равнодушие у Адама получилось безупречным.

– К чему все это, господин Эрго?

Жаль, что в душе у хемуса было отнюдь не спокойно. В душе вспыхнула злость – старая, привычная, как тот шрам. К злости добавилось резкое неприятие любого давления, мелкого шантажа и попыток залезть грязными лапами туда, куда не следует.

Одна глупая ошибка в самый неподходящий момент, когда Адам был особенно уязвим, оставила на его лице глубокий след. Мало того, изменила его жизнь: лишила семьи, уважения соплеменников, права быть своим среди тех, кто называл себя его кровью. Но у Адама Грейдиса оказался слишком сильный характер, чтобы сломаться.

– Просто хочу, чтобы вы поняли, – продолжил Эрго, – я много знаю о вас. И другие могли бы узнать. Но я умею хранить тайны. – Он изобразил древний жест, будто закрывал рот на замок, улыбнулся и слегка склонил голову.

Адам удивился. Он не сразу понял, но… Неужели этот тип сошел с ума и шантажирует его?!

– Что еще? – усмехнулся Адам, с трудом сдерживая желание немедленно уйти. Но лишь для того, чтобы в скором времени уничтожить зарвавшегося мерзавца.

– О, я владею многими знаниями! – продолжил Эрго, явно решив, что рыба на крючке. – Знаю, что вы всегда держите данное слово. И всегда успешно выполняете свою работу. До сегодняшнего дня у вас не было ни одного провала.

Адам посмотрел на него и повременил уходить.

– Однако вы одиноки, – продолжил Эрго с видом победителя и чуть наклонился вперед. – У вас больше нет родных и близких. Нет любимой женщины. Нет семьи. При этом ни одна женщина вашей расы не согласится разделить с вами жизнь. А хемусы мало с кем совместимы.

В глазах роянца блеснуло самодовольство. Кажется, он собирался выдать главный козырь. Адам кивнул, поощряя собеседника.

– Если согласитесь поработать на меня, – растягивая слова, произнес Эрго, – я позволю вам получить ответ на один самый важный для вас вопрос. К примеру, где найти идеальную суженую. Как вам такое?

Адам мысленно расхохотался: «Суженую?»

Жизнь показала ему, чего стоит любовь и семья. И, главное, чего стоят те, кто произносит эти слова возвышенным тоном. Слишком часто за красивыми словами прятали расчет, страх, выгоду и удобную ложь.

Но в одном этот ушлый делец не ошибся: Адам Грейдис всегда держал слово. В его деятельности действительно не было провалов. Кроме одного. Неоконченного поиска. И ответ на вопрос, как его завершить, Адам хотел получить. Очень хотел. Гораздо больше, чем кто-либо в этом зале. Однако мерзавец напротив вызывал у него острое желание раздавить его, как назойливую муху. Не из злости. Скорее из гигиенических соображений.

К тому же Адам догадывался, что именно хочет поручить ему собеседник. И решил не отказывать себе в маленьком удовольствии – поиграть на чужих нервах и самолюбии.

– Нет, – сухо сказал он. – Суженые меня не интересуют. Как и ваше предложение.

Он чуть наклонился вперед, демонстрируя намерение встать. Эрго тут же дернулся и поспешно выпалил, мгновенно растеряв величественную снисходительность:

– Хорошо. Помимо ответа на самый важный для вас вопрос я добавлю сумму, которую вы назовете.

Адам задержал движение, а затем снова откинулся на спинку стула и спросил:

– И что это за дело?

Эрго заметно выдохнул, но расслабиться полностью не смог.

– Я хочу, чтобы вы проверили одну станцию на все уязвимые места в плане защиты от проникновения, – негромко признался он, сверля хемуса хмурым взглядом.

– Только это?

– Да. Я хочу, чтобы сильнейший хемус-тень, для которого нет неприступных мест, выявил все слабости и уязвимости моей станции.

Эрго нагло улыбнулся, пытаясь вернуть себе прежнюю уверенность. Глядя ему в глаза, Адам тоже улыбнулся, только мысленно. Значит, недавно полученные сведения были верны: этот зарвавшийся жмот успел наступить на кровавую мозоль слишком многим влиятельным магнатам галактики и срочно решил обезопасить свое секретное убежище. Прекрасно!

Одно оставалось для Адама загадкой: как Эрго пятнадцать лет продержался среди чужих секретов с таким уровнем мышления? Считать, что достаточно один раз убрать дыры в защите и спокойно жить дальше, – это очень глупо. Сродни детской наивности и трогательной вере в светлое будущее.

– Итак? – поторопил его Эрго.

– Я согласен, – ответил Адам.

Эрго расслабился. Плечи опустились, улыбка стала шире, в глазах снова мелькнула самодовольная уверенность человека, решившего, что он победитель.

– Отлично. Чуть позже с вами свяжется мой помощник и сообщит координаты объекта для проверки.

– Хорошо, – кивнул Адам и встал. – Тогда до скорого.

На этот раз Эрго не стал его задерживать. Возможно, счел дополнительные договоренности лишними или опасался пребывать дольше необходимого рядом с тенью, которую не замечала его охрана.

Адам ушел, не желая и дальше тратить время. Защитный полог за его спиной исчез. Снова звучала музыка, звон бокалов, тихие голоса, смех, переплетавшиеся с изысканными ароматами дорогих духов и запахами живых цветов. Он невольно скользнул взглядом по Марсаеру и Праху, почувствовав их внимание. Едва заметно усмехнулся и усилил свою энергию, преломляя касающийся его свет. Через несколько мгновений среди гостей растворилась высокая серая тень.

Глава 1

Ощутив, как внутри все резко сжалось в знакомом предчувствии, Эо́ли, наоборот, расслабила напряженные плечи и с радостным предвкушением выпалила:

– Наконец-то! Га́ла, визуальный спектр исключить. Эти умники умеют искажать свет и тень. Переведи внутренний и внешний контуры наблюдения на тепловое сканирование, датчики давления, микровибраций, воздушных смещений и остаточных энергетических возмущений. Отражения, силуэты и затемнения не учитывать.

– Выполняю! – прозвучал в ответ мягкий женский голос ее личного искина.

С задержкой в доли секунды на интерактивных экранах, занимающих три переборки светлой просторной каюты, служащей Эоли гостиной и кабинетом, сменились изображения. Хозяйка с азартным нетерпением подалась ближе, внимательно рассматривая плавно сменявшиеся картинки на экранах.

– Попались! – воскликнула она, торжествуя, ткнув пальцем в участок мелкой, едва заметной ряби на одном из экранов. – Гала, следи за этим возмущением!