Ольга Гусейнова – Любовь со смертью (страница 27)

Я затравленно озиралась в поиске спасения, пока не наткнулась взглядом на Томаша и Ринха. Они мирно стояли в стороне и просто смотрели, хотя наверняка тоже развлекались за наш счет, как и преподаватели. Причем, Ринх очень уж нехорошо и слишком плотоядно смотрел на Айшат, на которой во время боя окончательно разошлась мантия, открыв вид на впечатляющие выпуклости, округлости и осиную талию.

Паника и отчаяние накрыли меня с головой, но именно в тот момент, когда надежда на мало-мальски терпимый исход почти исчерпала себя, в поле зрения появился ди-ре Сол. Похоже, он не сразу понял, что происходило. Видимо, подобные заварушки и бои здесь не редкость. Остановившись возле преподавателей, подпиравших дерево, он равнодушно обежал всех участников потасовки бесстрастным взглядом. Рассмотрев лица светлых, едва заметно нахмурился, а потом его взгляд, скользнув между голов бесчинствующих студентов, замер на мне – уже, кажется, привычно поймал в ловушку. И я воспользовалась его вниманием – постаралась глазами передать мольбу о помощи и защите. Ну должен же хоть кто-нибудь из этих зверей быть человеком…

Тем временем заклинания темных сыпались на наш общий щит светлых все чаще и опаснее. Наша защита под таким натиском долго не выдержит. Пот катился по лицам моих товарищей. Адеис, уже не скрываясь, плакала. Да и у меня защипало глаза от подступивших слез, обиды и разочарования. Неужели даже проректор ди-ре Сол не поможет? Неужели они тут все в Ирмунде бесчувственные и бездушные?

Вдруг ди-ре Сол двинулся в нашу сторону. Я с отчаянной, возрождающейся надеждой следила за ним, уговаривала себя: «Нельзя показывать свою слабость, не смей плакать, Машка!»

– Прекратить! – громко прозвучал его приказ.

Томаш и Ринх синхронно устремились к своему декану, словно верные псы к ноге хозяина. А вот остальные студенты в запале плевать хотели на любые приказы. Мало того, кто-то вновь, как и в первый день в столовой, запустил в нас кошмарное черное облако – смертельное заклинание, способное не только убить, но и стереть с лица Хартана.

– Всю энергию на щит! – успел крикнуть Алесан.

Но, слава богу, эта черная гадость не успела добраться до нас – между ней и нами возникла темная стена. Затем, буквально растолкав магией замешкавшихся от неожиданности темных студентов, ди-ре Сол медленно двинулся в образовавшийся живой проход. К нам.

До этого всегда спокойный, я бы даже сказала, замороженный, маг смерти неожиданно показал и другую свою сторону. Его красивое лицо потемнело от ярости, стало резче, как у ощерившегося хищника, затем он злобно рыкнул:

– Томаш, Ринх, выявить зачинщиков и тех, кто использовал запрещенные смертельные заклинания. Всем назначаю недельную отработку. Чистить нужники, конюшни, дворы и полигоны, на кухне всегда нужны рабочие руки! Выполнение задания лично проконтролирую!

О-о-о… Назначенные ответственными парни не успели приступить к своим обязанностям, а на поле, кроме светлых и собственно магов смерти, ни одного темного не осталось. Даже преподы предпочли удалиться.

Я осмотрелась и вновь остановила взгляд на декане белой кафедры, сердце заполошно колотилось от страха. Мои земляки пытались отдышаться, некоторые даже осели на траву, вконец обессиленные. Я шагнула к ди-ре Солу, неосознанно, сама не знаю зачем: поблагодарить за спасение, прижаться, чтобы успокоиться или хотя бы на него выплеснуть гнев за чужое подлое нападение. Однако в этот момент на краю поля увидела бежавших к нам мэтра Лореса с Рином Шмуном и замерла, глядя на них, потрепанных и взлохмаченных. Еще и запыхавшихся, значит, тоже отбивались от темных и бежали всю дорогу, беспокоясь о нас. А ведь Шмун точно не воин. И раз Лорес прибежал нам на выручку – справился в одиночку!

– Лея Эмария, серьезно пострадавшие есть? – куратор сразу обратился ко мне как целителю.

– Уже все в порядке, мэтр, – отчиталась я.

А вот Адеис, забывшись, подбежала к куратору и, прижавшись к его груди, разрыдалась. Обняв дрожавшую девушку за плечи, он осмотрел нас и поле боя. От его внимательного взгляда ни одна деталь не ускользнула. На вспотевшее лицо набежала дымка мрачной бессильной злости, даже зубами скрипнул, трогательно прижимая к себе девушку, перепуганную, страдающую, нежную, явно дорогую его сердцу.

Оценив обстановку, Лорес вновь посмотрел на проректора:

– Полагаю это вы помогли моим подопечным? Благодарю вас, мэтр ди-ре Сол.

Но маг, который темнее некуда, с неменьшим интересом рассматривал нашего куратора в обнимку со студенткой и промолчал. Потом кивнул и посмотрел на Шмуна, чем вынудил и остальных обратить на него внимание. Бледный парнишка с красным росчерком ссадины на щеке, с капюшоном, болтавшемся на сантиметре оставшейся пришитой ткани, нервно переминался с ноги на ногу под взглядом черных, словно поглощавших свет глаз мага смерти. Стоило Шмуну двинуться с места, я заметила, что на его сапоге оторвалась подошва у мыска. Эх, вот проблема: осень уже, пусть пока сухая и теплая, а деньги на новые сапоги у него вряд ли есть.

– Вы еще не обедали, мэтр? Не хотите присоединиться к нам? – спокойно, несмотря на ситуацию и молчание темного, вновь обратился к нему Лорес.

Хотя я видела, чувствовала, что это предложение и продолжение разговора далось ему с огромным трудом. Но здесь и сейчас он поставил интересы и безопасность подопечных выше своей гордости и достоинства.

Я затаила дыхание, отчаянно надеясь на согласие темного. Анриш ди ре Сол, опустив взгляд, посверлил им меня и наконец вновь привычно, каким-то неживым голосом, в котором исчезли отголоски чувств и недавний шквал эмоций, произнес:

– Еще нет, но вы правы, стоит перекусить.

– Алесан, Дитмар, Дин, встретьте третий курс и проводите в столовую! – отдал приказ боевикам куратор. – Остальные стройтесь и вперед! Виктор, ты ведущий.

Повторять что-либо ему не пришлось. Двумя потрепанными нестройными колоннами мы направились в столовую. Замкнули светлый отряд Лорес рука об руку с Адеис, тихонечко и смущенно шмыгавшей носом, и я с ди-ре Солом.

Всю дорогу я исподтишка косила взглядом на своего спутника. Высокий, я ему с трудом макушкой до ключиц достану. Поджарый, крепкий, уверенный в себе, сильный мужчина. Невольно в мыслях вернулась на несколько минут назад, вспомнила выражение его лица, когда он увидел стычку. Ему было откровенно плевать на нее. Потом наши взгляды встретились, у него появилась хмурая складка между бровями, раздражение и злость, только не понятно на кого или на ситуацию в целом. Смертельное заклинание и его разъяренное, явно вынужденное вмешательство. Почему-то подумалось, что в тот смертельно опасный момент ди-ре Сол среагировал скорее инстинктивно, а не намеренно.

Почему? Если он маг смерти, то жертвы своей богине лишними не будут. Или я не права и ничего не знаю об этой стороне магии?

Мой интерес не остался незамеченным – я была поймана с поличным. Ощущая как загорелись от смущения щеки, отвела взгляд, пытаясь смотреть куда угодно, но не на мага противоположной специализации. Зацепилась взглядом за наши тени, двигавшиеся сбоку от нас. Одна меньше другой, они наслаивались друг на друга, соединялись и почему-то этим привлекали мое внимание. Следя за тенями, обратила внимание на мужскую руку, которая слегка раскачивалась вперед-назад в такт шагам рядом с моей. Сверкнул массивный родовой перстень, напомнив о высоком положении своего хозяина. В груди шевельнулось непрошенное чувство самоуничижения, шепнувшее: «Кто он и кто ты, нищая баронесса». И это чувство приниженности мне ой как не понравилось.

Почившая матушка Эмарии не раз говорила: «Не титул определяет ценность человека, а сам человек и его поступки». Поэтому я мысленно потопталась по своим сомнениям в себе. Бросила любопытный взгляд на спутника и снова оказалась под прицелом его черных глаз-бездн. И чуть не рухнула ему под ноги. Ди-ре Сол ловко подхватил меня под локоть и удержал. Ну да, не глядеть себе под ноги чревато. Чувствуя, как жарко загорелись от смущения мои щеки, глухо поблагодарила:

– Спасибо, мэтр, я была невнимательна.

Мы приотстали от моего отряда, пока смотрели друг другу в глаза.

– Будь осторожнее! – посоветовал он и продолжил путь.

А я, сделав несколько шагов, запоздало осознала, что совет дали, перейдя на «ты». Но почему-то не испугалась, меня охватил с десяток разных эмоций: давно забытый девчачий трепет перед понравившемся парнем, который обратил на тебя внимание; возмущение аристократки нарушением приличий; азарт в крови, какой бывает с первыми чувствами к заинтересовавшему объекту внимания. Обмен взглядов. Флирт? В общем, у меня случился полный разгул эндорфинов.

Он оглянулся и явно не ожидал увидеть на моем лице улыбку:

– Да, конечно, я буду.

У лестницы второй башни Лорес остановился, приказал нам идти в столовую, а сам обратился к ди-ре Солу:

– Скажите, мэтр, насколько допустимо это происшествие? И стоит ли писать докладную на ваше имя или ректора?

Оба мужчины были почти одинакового роста, только наш куратор шире в кости. Погрубее и попроще сложен. Но оба привлекательные и сильные мужчины. Темный мэтр молчал несколько секунд, глядя на собеседника, потом коротко усмехнулся и ответил:

– В Далейтской академии – это вполне допустимая и даже привычная сцена. Таким образом закаляется характер мага.