Ольга Гусейнова – Любовь со смертью (страница 29)
Казалось, рядом и без проблем, но не повезло. У первого же перекрестка столкнулась с тремя темными, точно не выпускниками, с ними за эти две недели я почти со всеми в лицо познакомилась. Темные за секунду оценили ситуацию: пустой коридор, свидетелей нет, защитников тоже, а светлая девушка, беззащитная целительница, одна.
Дальше меня схватили и в четыре руки потащили в соседний коридор, еще более сумрачный. Буквально внесли в альков, где пылилась одинокая узкая лавочка и попытались меня на нее уложить. Я изо всех сил укусила чужую ладонь, закрывавшую мне рот и одновременно с ее подлым выругавшимся хозяином заорала. Я пиналась и извивалась как угорь, которого поймали на крючок и собрались отправить в кипящее масло. К сожалению, выродков было трое, а я одна, слабая, меньше их в разы.
Я подавилась собственным криком, когда двое из нападавших неожиданно оторвались от меня и врезались перекошенными от удивления и страха мордами друг в друга. Из сломанных носов пошла кровь. Третий подельник, приложившись лицом о стену, оставил на ней багровые отметины. И все это творилось в молчании, разбавленном тяжелым дыханием, характерным треском лицевых хрящей и сиплым, болезненно недоуменным «кряканьем».
Забившись в угол, я смотрела, как зловещей тенью возникший в проеме алькова Анриш ди-ре Сол, не магией, а собственноручно наказывал напавших на меня гадов. Уже побитых, жалких, окровавленных, беспомощно привалившихся к стенке парней ди-ре Сол сверлил побелевшими глазами, из которых, как мне показалось, взирала сама Смерть. Добившись абсолютного внимания с их стороны, жутким, аж трещавшим лютым морозом голосом он выдал нравоучительную отповедь:
– Только абсолютный слабак берет женщину силой. Только полное, ни на что не годное ничтожество, недостойное носить мантию Далейтской академии, нападет на слабую девчонку, а вы втроем.
Парни старательно и глухо мямлили:
– Простите, ди-ре Сол…
– Подобного больше никогда не повторится…
– Ни с кем!..
– Я доложу о случившемся вашим семьям, пусть знают, что воспитали слабаков. Никчемный, бездарный, необучаемый мусор, который как последняя крыса нападает на самого слабого в темном углу. Вы не имеете ни единого достоинства, ума и характера, чтобы заполучить в свою постель заинтересовавшую женщину. Да еще настолько слабые, раз напали на женщину втроем, чтобы с ней справиться. Подобные вам не имеют права возглавлять свой род даже в будущем. Вы порченая кровь.
Несмотря на травмы и стекавшую по губам и подбородку кровь, трое козлов неожиданно встали и опустили головы. Следом прозвучало:
– Приносим вам, эйта фин Ришен, извинения за это недоразумение.
– Денежную компенсацию вы сможете потребовать в любое время.
– Просим прощения у вас, мэтр ди-ре Сол, за неподобающее поведение и недопустимый поступок.
– Просим вас лично назначить за него наказание, не поручая это главам наших родов. И не сообщая о случившемся…
– Я подумаю, достойны ли вы такого снисхождения. А сейчас пошли вон!
В следующую секунду мы с грозным мэтром остались в алькове вдвоем. И я, не раздумывая, шагнула к нему и прижалась всем телом. Да так и стояла, цепляясь дрожащими пальцами за мантию на мужской груди, позорно рыдая, выплескивая дикий страх и боль.
Моего затылка осторожно коснулась тяжелая ладонь Анриша, затем чуть притиснула к нему. Второй рукой он прижал меня за плечи, бережно, как ребенка. Не было ощущения ограничения или тисков, скорее я чувствовала себя защищенной и в безопасности. А вот его голос, в отличие от заботливых рук, сочился еще не ушедшей злостью:
– Как вышло, что ты осталась одна? Почему твоя группа пришла на мое занятие без тебя?
– Меня мэтр Опирус задержал, спрашивал, как я практику по его предмету сдавать собираюсь. А ребят я сама отпустила, сегодня занятия на одном этаже. Думала, без сопровождения дойду.
– Больше не смей ходить одна, поняла? – злой приказ прошелся сквознячком выдоха над моей макушкой.
– Да… – всхлипнула я.
В этот момент мерзкий звонок больно ударил по моим расшатанным нервам, заставив вздрогнуть и еще сильнее прижаться к декану белой кафедры. Он позволил мне пребывать в ореоле безопасности еще лишь пару мгновений, а затем вынудил посмотреть ему в глаза, просто скользнул ладонью с моего затылка к подбородку и поднял лицо. Заплаканное, наверняка покрасневшее, с опухшими глазами. Взгляд ди-ре Сола был странным, хмурым, затем он кончиками пальцев осторожно, как-то изучающе ласково обвел мое лицо. Потер большим пальцем подбородок, едва коснулся моих губ, словно проверял, насколько мягкие. Глаза моего неожиданного спасателя совсем потемнели, брови сошлись у переносицы, как если бы его что-то обеспокоило, пришлось не по нраву, разозлило. Он мягко отстранил меня и приказал:
– Беги на занятие, мои студенты обязаны явиться до меня, а не после. Не будем нарушать это правило!
Растерянно кивнув, я подобрала свою сумку и рванула из чертова закутка. В аудиторию прибежала запыхавшаяся, быстро прошла на свое место на первом ряду за центральной партой, провожаемая десятками глаз, удивленных, озабоченных, обеспокоенных. И только плюхнувшись за парту осознала: выходит, не дождавшись меня, Анриш пошел искать…
Мужчина, о котором я думала, вошел спустя минуту, привычно захлопнув за собой дверь магией. И не глядя на меня, начал новую тему. Как обычно, интересную, только сегодня я не могла на ней сосредоточиться. Все мои мысли растекались, разбегались, разлетались сразу по нескольким проблемам. Как стать сильнее, чтобы никогда-никогда не повторилась недавняя ситуация? Еще о том, что ментально я четверть века разменяла, но ни разу за эти годы не любила, семья и подруги не в счет. Не испытывала любви к мужчине, не горела от страсти, даже о семье, попав на Хартан, перестала мечтать, решая кучу жизненных и, казалось, более важных проблем. Да, маги живут до трехсот, почти вечно молодые и копят не болячки, а жизненный опыт. Но оглянуться не успеешь – жизнь пройдет, а ничего, кроме работы, так и не познала…
И тем не менее, что называется с головой зарывшись в свои мысли, я невольно любовалась преподавателем. Господи, ну почему единственный мужик, который тронул мое сердце, темный?
Маг жизни и маг смерти – прямо насмешка судьбы!
Я тяжело вздохнула и, подперев щеку кулаком, вспомнила недавнюю лекцию по различиям между нашими магиями. И сухой тон, и насмешливо-злое мнение Анриша: «Что-то мне подсказывает, что ни один из светлых не захочет познать все грани темной любви».
В этот момент прямо напротив замер предмет моих нерадостных дум. Подняв глаза, я столкнулась с его темным, мрачным взглядом. А по моему столу нехорошо так забарабанили длинные сильные пальцы. Мои щеки обжег стыд и смущение, я выпрямилась и, схватив карандаш, уставилась в пустую страничку тетради. Вот стыд, он же видел и понял, что я совсем не слушала и ни строчки не записала, только на него и таращилась. Эх, Машка, Машка, возьми себя в руки!
Пришлось рассказать мэтру Лоресу о случившемся со мной инциденте. Алесан доложил куратору о том, что сначала меня задержал Опирус, а потом, как я и думала, ди-ре Сол почему-то неожиданно вышел из аудитории перед самым началом занятия с весьма мрачным видом. Вернулся он следом за мной, причем, каждый из однокурсников отметил, что я наверняка плакала, была бледна и очень расстроена.
Мне даже обидно стало за своего спасателя, ведь сперва наши решили, что он – причина моего опоздания. В тот момент я истерически расхохоталась на предположение о домогательствах мага смерти. Узнав правду, ребята среагировали по-разному: девушки побледнели, парни, наоборот, потемнели лицами.
Поэтому вечером того дня Лорес начал тренировки по самообороне для светлых студентов не с боевого факультета. Сначала прямо в коридоре общежития, но там оказалось слишком тесно. Пришлось переместиться в парк. И вот уже три дня у нас ежевечерние тренировки на самом дальнем полигоне. Сбившись вокруг нашего мэтра, мы внимали каждому его слову:
– Не важно, какая у вас разница в росте, даже если вы гораздо ниже, это может стать преимуществом в бою. Главное – нанести удары в самые уязвимые места противника.
– Что я могу против Рорика? Он в два раза больше меня, – растерялась Мирна.
– Многое! – усмехнулся мэтр. – Когда от тебя ничего не ждут, проще победить.
Адеис нервно хихикнула:
– Тихонечко помереть от страха?
– Рисса Лаш, подойдите ко мне, – Лорес протянул руку Адеис и с мягкой полуулыбкой ждал, когда она подойдет, – продемонстрируем ваши возможности.
– Точнее, их отсутствие, – стыдливо буркнула девушка, но спешно подошла к наставнику.
А вот ладонь в его руку вкладывала, пылая уже не от стыда, а смущения и заметного удовольствия. Чуть поодаль на траву уселась небольшая группа темных, заинтересованная нашим сборищем. Наверное, курс третий. Трое парней и двое девушек. Бросив на них короткий взгляд, Лорес на миг нахмурился, но видимо что-то для себя решил и крикнул им:
– Подходите ближе, будет проще запомнить, как вести бой без магии.
И те не заставили себя ждать. Встав, пружинистой походкой приблизились к нам и с интересом уставились на нашего преподавателя.
Лорес улыбнулся и продолжил:
– Итак, самые уязвимые места у любого человека – это уши, глаза, нос, грудь, горло, колени и пах.