Ольга Горовая – Калиновый мост (страница 30)
Чем Захару может угрожать встреча с двумя друзьями — объяснить не смогла. Только как-то невнятно попыталась описать собственные страхи и ощущения.
— Я буду осторожен, любимая, — серьезно отнесся Захар к ее словам. Крепко обнял Лэлю. — Обещаю, — заглянув ей в глаза, действительно веско проговорил, перемежая звуки короткими поцелуями, от которых у Лэли мысли путались, дыхание горячилось вместе с пульсом. — И нет, не думаю, что ты мне мешала бы, бесценная моя. Правда, чего скрывать, я всегда на тебя отвлечен, когда ты рядом, — подмигнул ей муж. — Просто кажется, что тебе лучше дома побыть, чем вновь по этим поворотам укачиваться. Да и там для тебя ничего интересного не будет, думаю. Зачем скучать? Лучше почитаешь спокойно, пока мы тебя с Блудом не будем отвлекать. Я свою вину признаю, не даю тебе ни единой книги раскрыть из тех, что еще три дня назад купили, — повинился Захар с лукавой улыбкой.
Это тоже было правдой, они на рынке в среду несколько книг для нее купили, которые Лэля сама выбрала, почему-то с сомнением предвкушая, как читать начнет. Но… не сложилось. И не сказать, что Лэля так уж убивалась по тому поводу, что стоило ей открыть хоть какую-то, и у Захара руки словно сами к ней тянулись. К жене, не к книжке… Обоим становилось не до чтения.
И сейчас от воспоминаний в улыбке расплылась.
— Хорошо, езжай, прости, что морочу голову, — сама его обняла изо всех сил. — Только не задерживайся.
— Не буду, — усмехнулся Захар в ответ. — Знаешь же, что мне каждая минута вдали от тебя в тягость, все раздражать начинают.
Против воли рассмеялась, прижавшись щекой к груди любимого, впитывая то, как мощно, размеренно и сильно его сердце стучит.
— Ты, пока меня не будет, в доме посиди, хорошо, ненаглядная моя? Не выходи никуда, очень прошу. В этот раз серьезно, не особо же умеешь в лесу да горах ориентироваться еще, — улыбнулся, перебирая, гладя ее волосы, отводя от лица пряди, попросил Захар. Поцеловал опять. — Блуд с тобой пусть будет, в доме. Я вас закрою для надежности, чтоб не было искушения новые экспедиции устраивать. Только тут с ним в палку не стоит играть, разнесете дом, придется новый отстраивать, — все в том же веселом и легком тоне давал указания любимый, и смутив немного, и рассмешив Лэлю больше.
Журил же вроде, напомнив, что в прошлый раз не послушала его слов. А с другой стороны, разве не они оба от этого выиграли больше?
— Хорошо, не буду, — согласилась с этим смехом. — Вместо этого стану валяться на диване с книгой и Блудом под боком. И ждать, когда ты вернешься.
— Спасибо, бесценная моя. И вот, мой телефон, я тебе оставлю, меня Артем будет ждать на дороге, через двадцать минут с ним пересекусь. Вдруг что, набирай его номер, я отвечу, — показав ей контакт, проинструктировал муж.
И, напоследок еще раз жадно поцеловав ее, Захар все же ушел. Не забыв напомнить, что ролеты и ставни изнутри опускаются и закрываются, выходить никуда не нужно…
Зачем? Погода прекрасная стояла, электричество давно отладили. С чего бы ей захотелось запираться в доме, будто от атомной войны или нашествия зомби? Ничего не понятно. Осознав, что по-новой начинает тревожиться, Лэля все-таки устроилась на диване, как и обещала Захару. Блуд тут же разлегся на дорожке у ее ног, и оба попытались расслабиться… Выходило так себе.
Он доехал на авто только до середины пути. Тут, в самом узком месте дороги, на одном из поворотов, Захара ждал Сармат. Заранее это решили. Здесь всего одна машина проезжала впритык к склонам и обрыву, самое удобное место, чтобы весь проезд на гору заблокировать. Судя по отзывам Михаила, тот мужик плохо в лесах ориентировался и сам тропами пробираться не станет. Не то чтобы Захар ждал, что к нему в дом станут ломиться…
Хотя нет, чего уж обманывать, он всегда допускал такую вероятность, как и Сармат, впрочем. Потому любого, кто захотел бы сделать нечто подобное, ждал не один сюрприз.
И хоть тот человек не показался ни самому Гризли, ни Михаилу способным на нечто подобное, решили перестраховаться. Да и непонятно, что еще за напарник с ним в село явился… Не хотелось оставлять Лэлю в доме, куда легко добраться, пока они будут искать этого «гостя».
По этой же причине Захар задержался около статуи медведя у крыльца дома… Кто-то скажет — суеверие. Да, наверное, так и было. И все же, он готов был для ее защиты любые средства использовать. Потому шепотом и попросил деда-прадеда, который того медведя и вырезал, оберегать его ненаглядную. Не сказать, что верил, будто дух действительно в истукане живет, не бывает так. Но ведь показался Лэле недавно, а значит, принял и выбор внука одобрил, как сам дед, так и весь род предков, ведь Лэля даже лису увидела…
Сильная. Не доводилось ему встречать такого дара по выраженности. Впрочем, не это его к любимой влекло, не ради ее силы предложение делал, не из-за дара жаждал своей сделать, как, наверняка, Параска заполучить силу его жены хотела бы…
Ладно, будет еще время обдумать все. Сейчас другое важно.
— Здоров, Гризли. Хороший день, даже не верится, что скоро осень и дождями затянет, — улыбающийся Сармат ждал в условленном месте.
— Здоров, — крепко пожал руку другу, закрыв свое авто, которым и заблокировал проезд. — Да, сегодня погода прекрасная, а ночи уже холодные, осень потихоньку в горы прокрадывается, — пересел на пассажирское сиденье в машину Артема.
— Ну тебе теперь грех жаловаться на холод по ночам, есть кого обнимать, и кто тебя согреет, Гризли, — подмигнул Артем без всякой пошлости или иронии, по-доброму и понимающе.
Потому и Захар отреагировал спокойно. Кивнул, наблюдая, как друг начинает назад сдавать по узкой дороге, чтобы развернуться в ближайшем «кармане» дороги и отправиться к селу.
— Новостей никаких? — уточнил, когда самый тяжелый участок преодолели.
— Чтоб конкретно, ничего нет, иначе набрал бы уже, — отозвался Артем, раздосадовано скривившись. — Но есть пока не очень понятная мне информация. Данных мало, я по системе опеки узнавал. Есть там один… Не могу сказать, что приют. Нет. Это не приют. Это дом семейного типа что-то, знаешь, как оформляют, когда свои дети есть, а потом еще сирот берут…
— Слышал о такой форме, но знаю не очень, — честно признался Захар.
— В общем, мне пока мало что рассказали, это ж не моя система, мне не очень подотчетные, да и я не совсем официально расследование веду, мы же заявление не писали, чтоб не афишировать? — друг, будто с вопросом глянул. Но недолго, внимательно за дорогой следил, тут не автобан. Еще раз хотел проверить, не передумал ли Захар?
— Да, не афишируем. Что-то мне в поведении и оговорках, смутных воспоминаниях Лэли подсказывает, что она бы не хотела вновь с теми, кто ее воспитывал, пересекаться, — ровно отозвался.
Однако Сармат не глупый, уловил и понял, что никаким спокойствием тут и не пахнет.
— В общем, потому и я не могу их сильно торопить, считай, все по личному одолжению делают, а у них же тоже дел море, вот и не спешат, то забыли, то не уточнили. Короче, — поняв, видимо, что Захар уже утратил нить логики в их внутрисистемных коммуникативных сложностях, Артем махнул рукой. — В Хмельницкой области, в одном из сел этот семейный дом… При церкви. Там батюшка с матушкой всем заправляют, они и усыновляют сирот. Я дал уточнение по запросу после того, как ты мне написал, что жена твоя храмов не любит, обходит стороной, но при этом словно бы в большой строгости и аскете росла, — теперь взгляд Сармата был полон намеков и догадок, которые, наверное, отразились и в глазах Захара.
— Да, не любит… Хотя верит искренне, говорит, но от церквей ей противно и воротит, — подтвердил Захар, тоже почувствовав, что это может быть неплохой зацепкой.
— Так вот, своих детей у них двое, старшие. Была еще племянница, с которой и началось все. Сестра этой матушки погибла вроде, мне еще не переслали файл, — с сожалением вздохнул Сармат, когда они уже въезжали в село. — Короче, тетка ее малой удочерила, годков шесть, не больше. Это было лет восемнадцать назад. Без паспорта сложно утверждать, но по возрасту как бы подходит…
— Да, в этих пределах, — согласился Захар. — Но Лэле уже больше двадцати, это точно, с чего бы она тогда до сих пор с ними жила, если бы плохо к ней относились? А так кажется по оговоркам… Да и священник… — растерялся немного. — Есть какие-то факты, что они плохо к приемным детям относились?
— Нет, с виду все очень хорошо и пристойно. Одна деталь, что меня зацепила и почему я тебе сейчас говорю об этом всем: они после племянницы еще пять человек усыновили. И все до сих пор при этой церкви и с приемными родителями живут, хотя там парню одному уже тридцать скоро, они его в шестнадцать взяли. Мне это немного странным показалось, хоть кто-то бы, а уехать должен, как думаешь? Свою семью завести… — цокнул языком Артем.
— Есть странность, — не мог не согласиться с выводами друга. — А как эту племянницу зовут? — не мог не уточнить. Отчего-то чувствовал, что стоит услышать имя, сразу поймет, о Лэле речь или нет.
— Не знаю, говорю же, жду еще файл. Как только, так сразу сообщу, Гризли, — понимающе вздохнул Артем и затормозил. Они, наконец, до дома Михаила добрались.