Ольга Горовая – Калиновый мост (страница 32)
Вот это Корниенко порадовало, он в принципе «светиться» не любил, и то, что пришлось едва не половине села на глаза попасться из-за этого придурковатого Федулова, не сумевшего дорогу запомнить, его порядком бесило. Слишком много суматохи, чересчур много следов…
Корниенко так не работал. Но и в одиночку тут потратил бы слишком много времени, пытаясь найти этого их знахаря. К тому же везде подставлял Федулова, чтобы своей мордой не мелькать.
— Так имя — не тайна, Захаром его зовут… Не самое популярное. Да, знаешь его, — усмехнулась бабка, видно, заметив, как на секунду замерла ложка у Корниенко в руке.
Бл*! Да, знал. Если это тот Захар. Хотя, как верно отметила Параска, имя совсем не распространенное. Вероятность попадания, если учитывать еще и все то, что Глеб рассказывал, практически стопроцентная. Неужели нашел этого гада? Потому ли его пару недель назад так сюда тянуло, на отдых этот, на охоту ту… Ведь, как ни крути, а всплыло все только благодаря тому, что Корниенко лицензию на разовую охоту купил и на дороге они на ту девку наткнулись. Через нее на Захара вышли, считай… Чем не судьба, а?!
Выходит, в этот раз удача на его стороне и благоволит Евгению, наконец-то!
Горячая волна жгучей, злой радости и предчувствия скорой мести, свершения справедливой расплаты за все, что Захар ему задолжал, окатило голову, отозвалась в груди. Корниенко знал, что рано или поздно шанс представится, его время придет. И тогда уже ничто не поможет этому гребанному «косолапому» от него уйти. Хватит! Евгений довольно по жизни из-за этого Захара выгреб! Его из армии из-за этого гада выперли лишив всех званий и регалий, урезав положенную пенсию по выслуге. Ни хера, он этого так просто не оставит! Корниенко стоило огромных бабок замять все, чему Захар был виной, спасибо, среди командования всегда хватало тех, кто готов где-то закрыть глаза и «ошибиться» за круглую сумму — хоть документы у него остались «чистые», благодаря чему на гражданке нормально смог обустроиться. Но… у Евгения в разы больше должно было быть, мля! И только из-за этого долбанного моралиста, сующего везде свой длинный нос, все планы Корниенко погорели… А он не забыл.
Впрочем, как и то, что и Захара есть на чем подловить, только бы сил поднакопить достаточно. А теперь, похоже, у Гризли еще и слабое место появилось? Девка эта… Шикарно! Евгений ее помнил прекрасно, как и свое звериное желание оттрахать там же в лесу, так, чтоб все из нее до последней капли выжать. Уж больно хороша, не удивительно, что и Захар не утерпел.
Но этот же совестный, как обычно, женился вон. Смешно.
Да только ему, Корниенко выгодно, теперь точно будет чем прижать и поставить на колени Захара. И оторвется на полную катушку обязательно, с еще большим усердием и кайфом отымеет его жену, чтобы все у Гризли отобрать, всю жизнь разрушить в отместку!
Только надо бы осмотреться тут по-тихому, спланировать все. Нахрапом не выйдет ничего, раз уж это и правда тот, о ком сразу догадываться начал. Тут очень четкая стратегия нужна. Сходу Гризли не взять. Как ни противно было признавать это, а Захар и сильный, и умный. Да и вон то,
Ну да ничего, он тоже не глупый, и придумает, как убить эту тварь. Тем более раз жизнь подкинула такой козырь.
— Я помогу тебе, многое могу и рассказать, и подсобить местами, — будто только и ожидая, пока Евгений дойдет до этой мысли в своих внутренних рассуждениях, вновь подала голос молчавшая до этого Параска.
На притихшего Федулова ни она, ни сам Корниенко внимания не обращали. Трус и слабак, пустое место. Любой, кто хоть что-то в человеческих характерах смыслил, это улавливал моментом. На Глеба надавить — не фиг делать, и прижать, чтоб запугать, тоже проще некуда. Вон, и слова не сказал поперек, когда Евгений его сюда потащил, боится, что и о роли самого Глеба станет известно… Хотя, не был бы дураком, просек бы, что у него, как раз и свидетели, и отмазка есть, что спас девку, от беды уберег. Оправдался бы. Да мозгов не хватает. Тряпка.
— А тебе с того какая выгода? — прекрасно понимая, что за «спасибо» никто в подобном участвовать не станет, наконец-то посмотрел прямо на Параску.
Понять ее хотел, в голове у этой старухи разобраться. Тоже личность сложная и явно со своими заскоками.
— Мне девчонка эта нужна. Оставишь ее мне — и я все сделаю, чтобы тебе помочь. Ведь не впервые порываешься против Захара выступить, чувствую твою злость. Только не совладать тебе с ним одному и теперь. А я подсоблю, — с хитрецой склонив голову к плечу, протянула старуха, многозначительно разглядывая самого Корниенко. — Заключим договор, а? Ведь обоим выгодно…
Евгений отодвинул от себя пустую тарелку, краем глаза отметив, что Глеб, очевидно, утратил свой аппетит. Сидит бледный, испуганный, пялится поочередно то на бабку, то на самого Корниенко. Явно понимает, что влип. Только это уже не Евгения проблемы, а подворачивающиеся под руку ресурсы он использовал всегда. Да и извлек урок из прошлого раза: самому ему Захара додавить, не хватит силы, как не хотел бы, правда.
— Знаешь что, Параска? Прогуляюсь-ка я после сытного обеда. Вкусно было, не обманула, — поднялся Корниенко, глядя на бабку. — Воздухом подышу, окрестности осмотрю… А вернусь, обсудим детали. По рукам? — он протянул бабке раскрытую ладонь.
— По рукам, голубчик! — с явным восторгом засуетилась Параска. Неожиданно сильно стиснула его ладонь дрожащими, по-старушечьи сухими пальцами. Тряханула. — Погуляй, проветри голову…
— Где, говоришь, водопад тот, с медведем? — она не говорила, это Глеб ему описывал то, что смог вспомнить, но Параска поняла, на что намекает Корниенко.
— Тут тебе налево нужно, как из тупика выйдешь, километра два идти. Лучше по лесу, не выходя из-за деревьев, увидят же, что не местный, — чуть задумалась Параска. — И потом вгору по дороге еще километра четыре, но там путь сложный, да и на виду. Уверен?
— А как-то так, чтоб просто осмотреть окрестности? Может, на гору какую-то, с которой округу видно? — уточнил Корниенко, поняв и согласившись мысленно, что сейчас тупо на глаза Гризли попадаться. Не время еще.
— Можно, — кивнула бабка, как призадумавшись. — Не то чтобы все как на ладони, их род издавна умел выбирать места и прятать свои убежища, но частью можно. Хоть окрестности глянешь. Это тебе сюда нужно, — и Параска пошла к двери, явно с крыльца намереваясь что-то ему показать.
— Сиди тут и никуда не рыпайся, — велел он по пути испуганному Глебу, сжав тому с предупреждением плечо для пущего внушения, а сам пошел на улицу.
Корниенко. Человек… Тьфу! Эту мразь таким словом даже называть нельзя, слишком чести много!
В каких-то рамках помогало находиться лишь то, что он сразу же позвонил своей лэле, пока Артем вез его до машины. Выше его сил было удержаться. Не говорил ничего, и не пугал… Не хотел, во всяком случае. Просто расспросил, как дела, что делает? Ждет ли его домой? Вслушивался в каждый звук, в дыхание и смех… А она много смеялась, еще и Блуда прогоняя с кухни, судя по всему. Верный пес ни на шаг не отходил, выполняя его поручение, да и сам готов был защищать Лэлю неустанно. Это немного утихомирило безумие тьмы внутри Гризли. Но ничего не смогло бы унять то полностью, пока сам не обнимет ее, не окружит собой, не укроет от всего мира своими руками…
— Очень жду, любимый, — только вот смеялась вроде на его вопрос, и вдруг так серьезно отозвалась жена. Будто ощутив, что именно это Захару услышать необходимо. — Всегда. И скучаю. Ты даже представить не можешь, как я успела истосковаться по тебе за это время.
— Уже еду, ненаглядная, — выдохнул.
Нет, не разжался за грудиной ледяной комок опасения и страха за безопасность любимой. Но от ее слов контроль немного вернулся, разум встал на место.
Артем на секунду оторвался от дороги, скосил в его сторону понимающий взгляд на сжатые кулаки Захара. Сармат сам на взводе, ему и спрашивать ничего не нужно, понимает.
— Только дождись уже в доме, не выходи никуда, — еще раз напомнил на всякий случай, просто удержаться не мог.
— Да сижу, Захар, — вновь смешливо отозвалась она. — Готовлю тебе обед. И к тому же Блуд так надежно на пороге разлегся, что мне просто из кухни не выйти, — шутливо пожаловалась она на пса.
— Видно, ты что-то вкусное готовишь, вот и он надеется на угощение, — постарался тоже улыбнуться, или хоть эту веселую тональность голосу придать, чтобы Лэля не ощутила его тревожности.
А сам подумал, что точно скормит Блуду приличную порцию угощения. Заслужил награду, оберегает.
— Я уже близко, бесценная. Буду минут через двадцать, — добавил Захар. И, отключив, отдал телефон другу, который как раз у его оставленного авто затормозил.