Ольга Беркана – Чумной (страница 4)

Часть 4. Ночной гость

Ночью я проснулся от странного чувства. Кто-то сидел рядом на корточках и смотрел.

Я резко сел, схватив молоток, который всегда клал под тряпку.

— Тише, тише, — прошептал голос. — Я свой.

Передо мной сидел тощий парень в странном балахоне, перепачканном чернилами и еще чем-то, что я мысленно окрестил «лабораторными реактивами». Лицо бледное, даже в полумраке видно, что такой цвет бывает у людей, которые сутками сидят взаперти и питаются хлебом с водой. Бороденка жидкая, растет пучками — бриться, видимо, лень, а нормальная борода не растет от недоедания. Глаза навыкате — то ли от близорукости, то ли от вечного удивления. В них сейчас плескался такой искренний, почти детский восторг, что я машинально ослабил хватку на молотке.

— Ты кто? — спросил я.

— Сервий, — выдохнул он. — Я маг. Точнее, ученик мага. Еще точнее — бывший ученик. Меня выгнали.

— И что тебе надо?

— Я видел, как ты чинишь металл, — зашептал он, оглядываясь. — Ты делаешь это не магией, но у тебя получается. Это странно. Я хочу понять. И еще… я слышал, ты выжил после чумы. А чума была магическая.

— И что?

— Это значит, что у тебя иммунитет. К магии смерти. Ты не просто так здесь.

— Ты загадками говоришь, — поморщился я. — Давай по факту.

Сервий вздохнул.

— По факту: завтра Гай Фурий вызовет тебя на поединок. Это его право — опцион может проверить любого новичка. Он убьет тебя. Я хочу помочь.

— Зачем?

— Затем, что если ты умрешь, я никогда не узнаю, как можно чинить металл без магии. Это переворот в ремесле!

Я посмотрел на этого чокнутого мага. В глазах горел фанатичный огонь. Таких я тоже видал — сектанты, которые за идею мать родную продадут. Но сейчас этот сектант мог пригодиться.

— И что ты предлагаешь?

Сервий достал из-под балахона маленький амулет на кожаном шнурке.

— Это защита. Слабая, всего на один удар. Но если Фурий вложится в первый удар, он промахнется, а ты сможешь ударить.

Я взял амулет, покрутил.

— А самому слабо? — усмехнулся я. — Без магии?

— Без магии ты труп, — честно сказал он. — Он учился фехтованию с детства. А ты… веслом машешь.

— Весло тоже оружие, — огрызнулся я, но амулет взял.

Часть 5. Поединок

Утром Фурий вызвал меня официально. По законам когорты, любой легионер мог потребовать проверки новичка. Новичком считался я, хоть и не был легионером. Веракс скрежетал зубами, но отказать не мог — Фурий был прав по форме.

— Деретесь до первой крови или до смерти? — спросил Веракс, надеясь, что до крови.

— До смерти, — улыбнулся Фурий, глядя на меня.

Собралась вся когорта. Либера стояла в толпе, бледная как мел. Лысый сжимал кулаки.

Я вышел в круг. В руках у меня был меч — тот самый, кривой, который я собрал из обломков. Доспехов не было — только туника и штаны.

Фурий вышел при полном параде: кираса, поножи, шлем, хороший испанский меч.

— Ну что, чумной, — сказал он. — Помолись своим богам.

Я пожал плечами.

— Мои боги со мной, — и мысленно добавил: «Особенно тот, который под названием „зоновская смекалка“».

Фурий атаковал первым. Удар был быстрым, профессиональным, направленным в шею.

Я даже не пытался парировать. Я просто упал на землю, пропуская меч над головой. Амулет на шее нагрелся — магия смерти, которой был пропитан клинок Фурия (а я только сейчас заметил, что лезвие светится тусклым зеленым), скользнула мимо, не зацепив.

Фурий пролетел вперед по инерции. Я, не вставая, со всей дури ткнул своим кривым мечом ему под колено — туда, где доспех не закрывал ногу.

Фурий заорал и рухнул.

Я вскочил, наступил ему на руку с мечом и приставил свое лезвие к горлу.

— Сдавайся, — сказал я.

— Убей его! — заорали из толпы. — По правилам ты должен!

— Я не легионер, — спокойно ответил я. — Мне ваши правила до фени. Он хотел меня убить, я его пожалел. Пусть живет и помнит, что чумной раб сильнее благородного опциона.

Я убрал меч и отошел.

Фурий лежал, зажимая рану, и смотрел на меня с такой ненавистью, что можно было прикуривать.

Веракс подошел ко мне, хлопнул по плечу.

— Ты или безумец, или гений, — сказал он.

— Или сварщик, — усмехнулся я. — Ладно, командир, я пойду, отолью.

В толпе я поймал взгляд Либеры. Она смотрела на меня по-новому — не как на странного чужака, а как на… как на своего.

Сервий стоял рядом и бормотал: «Невероятно… чистая физика… без магии… я должен это записать!».

А я думал о том, что Фурий теперь не успокоится. И что амулет этот — штука полезная. И что Либера, кажется, начинает мне нравиться больше, чем просто как напарница по выживанию.

Но об этом я подумаю потом. Сначала — найти, где тут у них сортир.

Глава 3. Чумное ремесло

Часть 1. Утро сварщика

Проснулся я от того, что кто-то дышал мне в ухо.

Рука автоматически метнулась под тряпку, где лежал молоток, но мозг уже включился и опознал запах. Пахло дешевыми лепешками, луком и еще чем-то, что я про себя называл «ароматом нищеты».

Либера.

Она сидела на корточках рядом с моей лежанкой и протягивала миску с какой-то дымящейся бурдой.

— Жрать будешь? — спросила она буднично.

Я сел, потер лицо ладонями. Спина затекла — спать на мешках с соломой, даже после зоны, было непривычно. Там хоть шконки нормальные, с матрасами.

— А чего это ты меня кормишь? — подозрительно спросил я, принимая миску. — Спасибо, конечно, но ты вчера вроде как обижалась, что я Фурия не убил.

Либера фыркнула.

— Я не обижалась. Я злилась. Ты мог его убить и избавить нас от проблем. А теперь он будет гадить исподтишка.

— Убивать за косой взгляд — не метод, — я хлебнул из миски. Бурда оказалась похлебкой из каких-то бобов с кусочками соленого мяса. Вкус специфический, но горячее — уже счастье. — Если я его убью, его папаша-декурион поднимет кипеш. Придут городские стражники, начнутся разборки. Веракса прижмут, нас выкинут. А так — он опозорен, но жив. Пока жив — можно договориться.

— С такими не договариваются, — Либера покачала головой. — Я знаю. Я на улице выросла. Такие либо убивают, либо подсылают убийц.

— А если убить убийцу? — усмехнулся я.