Ольга Беркана – Чумной (страница 10)
Часть 7. Ночной гость (снова)
Разбудил меня холод.
Не просто холод — пронизывающий, ледяной озноб, от которого зубы начинали выбивать дробь. Я открыл глаза и понял, что в казарме что-то изменилось.
Либера спала рядом, свернувшись калачиком, положив голову мне на плечо. Но воздух… воздух был странным. Пахло озоном и тухлыми яйцами — так, как описывал Лысый.
Я осторожно высвободился, встал. Меч с серебряным покрытием лежал рядом — Либера предусмотрительно положила его под руку.
В углу казармы стояла тень.
Я не сразу понял, что это тень, потому что она была плотнее темноты. И в ней горели два зеленых огонька — глаза.
— Ты пришел, — прошелестел голос, знакомый по подземелью. Голос мумии, но сильнее, четче. — Ты разрушил алтарь. Ты помешал пробуждению. Зачем?
Я сжал меч.
— Затем, что не люблю, когда мертвецы командуют парадом, — ответил я.
Тень шагнула вперед. Из темноты проявилось лицо — молодое, красивое, но мертвенно-бледное. Такая бледность бывает только у тех, в ком не осталось ни капли крови. Волосы длинные, светлые, почти белые, обрамляли тонкое лицо с высокими скулами — таких красавцев я видал только в журналах, да и те нарисованные были. Глаза — пустые, без зрачков, только зеленое свечение в глубине, как у гнилушек в лесу. Губы тонкие, бескровные, но улыбка была почти живой — страшная гримаса на мертвом лице.
— Я иду с севера, — сказал он. Голос звучал ровно, без интонаций, как у автоответчика, но в нем чувствовалась сила. — Мое имя Эрик. Я был жрецом Мора, когда еще жил. Теперь я его пророк. Я приду в этот город через три дня. И подниму всех, кто похоронен в этих землях. Ты не сможешь остановить меня.
— Посмотрим, — я поднял меч.
Эрик улыбнулся. Улыбка была страшной — на мертвом лице она выглядела как гримаса.
— Ты иммунный, — сказал он. — Я чую это. Ты не боишься смерти. Но боишься за других. За эту девочку. За центуриона. За мага-недоучку. Это твоя слабость.
— Это моя сила, — возразил я.
— Посмотрим, — Эрик начал таять. — Через три дня. У ворот. Приходи один, если хочешь спасти город. Или приводи всех — мне нужна армия для великого похода. Выбирай.
Тень исчезла.
Я стоял, сжимая меч, и смотрел в пустоту.
— Кто это был? — раздался сзади голос Либеры. Она проснулась и смотрела на меня испуганными глазами.
— Тот, с севера, — ответил я. — Пришел познакомиться.
— И что он хочет?
— Чтобы я пришел один. Или чтобы мы все пришли и стали его армией.
Либера встала, подошла ближе.
— Ты не пойдешь один, — сказала она твердо.
— А если это единственный шанс?
— Тогда мы придумаем другой шанс. Вместе. Понял?
Она смотрела на меня в упор, и в этом взгляде было что-то, от чего у меня перехватило дыхание.
— Понял, — сказал я.
Она кивнула и вдруг обняла меня — крепко, по-взрослому, прижимаясь всем телом.
— Только попробуй сдохнуть, чумной, — прошептала она мне в плечо. — Я лично оживлю и убью снова.
— Договорились, — усмехнулся я, обнимая ее в ответ.
Впервые за долгое время мне показалось, что в этом безумном мире у меня появился настоящий дом. Пусть даже этот дом — старая казарма, пахнущая потом и магией, а в доме — наглая воришка с волчьими глазами.
Но зато свой.
Глава 5. Чумная подготовка
Часть 1. Совет в казарме
Утро после ночного визита Эрика выдалось тяжелым.
Я не спал совсем. Сидел на лежанке, сжимая меч, и смотрел в угол, где еще несколько часов назад стояла тень. Либера уснула у меня на плече, но под утро я аккуратно переложил ее на тряпье и вышел во двор.
Веракс уже был на ногах. Центурион стоял у колодца, умывался ледяной водой и ругался на погоду, на легионеров, на жизнь в целом.
— Выглядишь как мертвец, — сказал он, увидев меня. — Хуже, чем вчера.
— Ко мне гость приходил, — я подошел, зачерпнул воды, плеснул в лицо. — Тот, с севера. Эрик.
Веракс замер с мокрым лицом.
— Приходил? Сюда? В казарму?
— Ага. Поболтали. Он через три дня будет у ворот с армией мертвецов. Предлагал мне сдаться и перейти на его сторону. Я отказался.
Веракс выругался длинно и витиевато, используя такие обороты, что даже я, прошедший зону, удивился.
— И что теперь? — спросил центурион, отдышавшись.
— Теперь готовиться. Собирай всех, кто есть. Легионеров, стражников, ополченцев, магов, жрецов — всех, кто может держать оружие или колдовать. У нас три дня, чтобы превратить этот город в крепость.
— Триумвир не согласится, — покачал головой Веракс. — Он старик, боится паники. Скажет — провокация, слухи, запретит готовиться.
— Значит, будем готовиться без его разрешения, — отрезал я. — Пусть думает что хочет. Когда мертвецы попрут из-под земли, ему уже не до амбиций будет.
Веракс посмотрел на меня долгим взглядом.
— Знаешь, чумной, — сказал он наконец. — А ведь я начинаю верить, что ты не просто так здесь оказался. Может, боги тебя послали.
— Боги, — усмехнулся я. — Если они и есть, то у них чувство юмора специфическое. Ладно, работаем.
Часть 2. Либера и Лысый уходят в разведку
Либера проснулась через час. Увидела, что меня нет, вскочила, заметалась по казарме. Нашла меня во дворе, где я уже раздавал указания легионерам.
— Ушёл! — набросилась она на меня. — Без меня! А если бы тот мертвяк вернулся?
— Не вернулся бы, — спокойно ответил я. — Он сказал — через три дня. Значит, будет через три дня. Ему незачем врать.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что он не человек. У нелюдей своя логика. Слово для них — закон.
Либера хотела возразить, но поняла, что спорить бесполезно. Вместо этого она ткнула меня кулаком в плечо — не сильно, но обиженно.
— Больше так не делай, — сказала она. — Я теперь с тобой. Понял?
Я посмотрел на нее. Маленькая, чумазая, злая, с этим своим вечным вызовом в глазах. И вдруг понял, что за эти несколько дней она стала для меня важнее, чем все, что было в прошлой жизни.
— Понял, — сказал я. — Но сейчас у тебя будет другое задание. Ты и Лысый идете в подземелья. Нужно найти все выходы, откуда могут полезть мертвяки. Составить карту. И отметить места, где можно устроить засады или обвалы.
Либера выпрямилась.
— Мы справимся.
— Знаю. Но будьте осторожны. Берите с собой троих легионеров с серебряным оружием. И вот это, — я протянул ей небольшой амулет, который Сервий сделал ночью. — Если что-то пойдет не так — сломай его. Я почувствую.