Ольга Аверина – Разорванный круг, или Ступени возмездия (страница 8)

– Что – нет?! А вдруг у нее сердце не выдержит, смотри, сколько сердечных лекарств в коробке.

Варька молча взяла успокоительное и без особого труда засунула его в рот Ванде, та послушно проглотила таблетку.

– Все, Вандой займемся позже, – тоном, не терпящим возражений, заявила подруга. – А сейчас надо вызывать милицию. Ты что, забыла, у нас в подвале труп!

Варвара сделала ударение на последнем слове, будто тем самым доказывая самой себе реальность происходящего.

– Да без тебя вызовут, если уже не вызвали.

– Тогда уж лучше пойдем, посмотрим, как там Катя, может, ей нужна наша помощь?

Мы направились к выходу. Уже в дверях я обернулась и кинула последний взгляд на Ковальскую. Она прикрыла глаза и, казалось, задремала. Варвара раздраженно дернула меня за рукав.

– Пойдем скорей, ничего с ней не случится.

Но не успели мы выйти из комнаты, как в кармане у Варвары запел мобильный.

– Алло, – тихо, стараясь не разбудить заснувшую Ванду, проговорила Варька.

– А почему шепотом? – недовольно спросил Олег. – И вообще, где ты ходишь? Мы с Лизаветой тебе уже второй раз звоним.

– Мальцев упал с лестницы и разбился насмерть, – без всяких предисловий бухнула Варвара. – Мы с Лелей сейчас в его доме.

Какое-то время из трубки не доносилось ни звука. Воронцов переваривал полученную информацию. С Анатолием они никогда не были друзьями, однако относились друг к другу с явной симпатией. После затянувшейся паузы Олег спросил:

– Варь, а ты уверена, что он сам упал? Может, ему кто-то помог? Я с трудом представляю, как здоровый мужик сам с лестницы падает, да еще насмерть… Он же вроде никогда лишнего не выпивал.

Олег произнес вслух то, что уже давно крутилось у Варвары в голове.

– Да откуда же я знаю! Голос у подруги неожиданно задрожал, она явно собиралась разрыдаться. – Олежек, а вдруг он до сих пор где-нибудь в доме, а если он и нас…

– Не выдумывай! – Воронцов уверенно пресек Варькины страхи, а вместе с ними и начинающуюся истерику. – Когда такие люди, как Мальцев, в самом расцвете сил внезапно погибают, то наверняка тут замешан большой бизнес. Так что не дергайтесь, вам опасаться нечего. Вы милицию вызвали?

– Нет еще, только собираемся.

– Дурищи! Срочно вызывайте! И вот еще что, можете Громыко позвонить, вы же в Одинцовском районе, а это как раз его епархия.

Олег, как всегда в кризисных ситуациях, рассуждал быстро и хладнокровно.

– Не волнуйся, Олежек, сейчас все сделаем. Как жаль, что ты в Вене, с тобой мне было бы гораздо спокойнее.

Для пущей убедительности Варька пару раз всхлипнула в трубку.

– Варюха! Не раскисай, – тон у Олега стал теплее, – если возникнет необходимость, мы поменяем билеты и прилетим раньше. Как там Катерина?

– Еще не знаю, Катя сейчас с сыном, а мы с Лелькой Вандой занимались. Представляешь, Илюша держится молодцом, я даже не ожидала, что он так изменился за два года!

– Вот и отлично, значит, в вашем бабьем царстве есть хоть один настоящий мужчина. Все, клади трубку и вызывай милицию, я еще позвоню.

Когда мы вошли в летнюю гостиную, Катерина лежала на диване, а Илья сидел рядом, бережно держа мать за руку. В комнате пахло валокордином и нашатырем. Словно угадав наш немой вопрос, Мальцев-младший тихо произнес:

– Я уже вызвал милицию, они приедут с минуты на минуту.

На мальчика было жалко смотреть, он весь будто съежился и сник, я понимала, какой ценой ему дается это видимое спокойствие. – А еще я позвонил Михаилу Витальевичу, папиному заместителю. Я думаю, его помощь нам пригодится.

– Ты молодец, – я подошла к Илье и положила руку ему на голову. – Ты все правильно сделал.

Он словно ждал этого шага, пружина, которая натягивалась последний час, неожиданно лопнула. Взрослый, привыкший за последние два года к самостоятельности, Мальцев-младший уткнулся мне в живот и отчаянно зарыдал.

– Тетя Оля! – сквозь слезы бормотал он. – Ну как же так? Как такое могло случиться?

– Не знаю, миленький, не знаю, мой хороший, одной рукой я прижала голову мальчика к себе, а другой поглаживала его вздрагивающие плечи.

– Отец сто раз ходил по этим ступенькам и ни разу, слышите, ни разу даже не споткнулся!

Сердце разрывалось от жалости к несчастному ребенку, я не знала, какие надо найти слова, чтобы хоть немного утешить его, поддержать.

– Папа был сильным, ловким. Он не мог просто так взять и свалиться с лестницы. – Неожиданно Илья перестал рыдать и поднял на меня зеленые отцовские глаза: – Тетя Оля, а вдруг…

– Что вдруг, Илюшенька? – насторожилась я.

– А вдруг папа не сам упал, вдруг это кто-то подстроил?

Я невольно отметила про себя, что тоже задавала себе этот вопрос. Теперь сама мысль о преднамеренном убийстве перестала казаться мне полным абсурдом…

– Кто же мог подстроить? – постаралась я успокоить и без того взвинченного Илью. – В доме же никого чужого ночью не было.

– Илюш, а ты с чего это взял? – вмешалась в наш разговор Варвара, до этого момента тихо сидевшая рядом с Катей. – Ты что-то заметил?

– Понимаете, я когда маму вверх по лестнице нес, то чуть не упал. На одной ступеньке будто пролили что-то скользкое, в глазах Ильи все еще стояли слезы, подбородок слегка подрагивал, но голос стал спокойнее, исчезли истеричные нотки. – Хотя вполне возможно, мне это просто показалось.

«Может, и показалось, про себя подумала я, – бывает, и не такое покажется. А когда кажется, креститься надо…»

Однако вслух я сказала совершенно другое:

– Давайте не будем ничего предполагать раньше времени, сейчас приедет милиция и во всем разберется.

– Правильно, – поддержала меня Варвара, дождемся сотрудников милиции и расскажем им про наши подозрения. А тебе, – она серьезно посмотрела на Илью, – все время надо быть рядом с мамой. Не отходи от нее ни на шаг, понял?

Мы все взглянули на диван, на котором по-прежнему неподвижно лежала Катерина. С тех пор как сын вынес ее из погреба, она перестала выть и кричать, зато впала в полное оцепенение. В первый момент мне даже показалось, что Катя заснула, но, приглядевшись повнимательнее, я заметила, что из закрытых глаз не переставая текут слезы.

– Понял, – кивнул Илья и снова сел на диван рядом с матерью. – А как же милиция? – Не волнуйся, милицию мы сами встретим. – Варька деловито направилась к выходу, но на полдороги остановилась. – Илюш, а много в доме прислуги?

– Нет, сейчас всего три человека. Николай Сергеевич, он у нас что-то вроде управляющего, его так обычно папа называл, ну а проще говоря, помощник по хозяйству, горничная Наташа и садовник. Правда, есть еще кухарка, Антонина Петровна, но она уже неделю как в отпуске.

– Они все приходящие или постоянно живут в доме?

Задумавшись лишь на секунду, Илюша принялся перечислять:

– Наташа постоянно, она родом из Самары, ни в Москве, ни в Подмосковье у нее другого жилья нет, поэтому мама выделила ей маленькую комнатку на третьем этаже. Николай Сергеевич – бывший военный, подполковник в отставке. Где-то недалеко, вроде в Одинцово, у него есть квартира. Но живет он один, без семьи и поэтому часто остается ночевать здесь, в доме. Рядом с мастерской Тихонов оборудовал себе что-то типа спальни и вполне этим доволен. А про садовника я мало что знаю, Петра наняли совсем недавно, в конце весны. Мама им очень довольна, говорит, что все его цветочные композиции настоящие шедевры. Сад у нас огромный, много клумб, газонов, поэтому работает он с раннего утра до позднего вечера. Для удобства его поселили в гостевом домике, который все равно всегда пустует.

– А почему пустует? – не сдержала любопытства Варвара.

– Его папа построил специально для бабушки. Она часто приезжает к нам на выходные. Но бабушка категорически отказалась там жить. Тогда ей выделили комнату на первом этаже, а домик до сих пор стоял закрытым.

– Все понятно, – Варька задумчиво покачала головой, будто прикидывая что-то в уме.

Вдруг через открытые настежь окна послышался шум подъезжающих машин, и почти одновременно в прихожей раздался мелодичный звон, нужно было идти открывать ворота. Приехала милиция.

Глава 5

Если не мы, то кто?

До обеда многочисленная группа экспертов осматривала дом и изучала место происшествия. Мы все, кроме дремлющей у себя в спальне Ванды, собрались на кухне. Наташа с красными от слез глазами суетилась около плиты, варя кофе и готовя для всех завтрак. Я было вызвалась помочь ей, но быстро поняла, что своей суетой только мешаю ее слаженным и ловким движениям. В углу Кухни примостился заместитель Анатолия Миша Устюгов, по первому зову примчавшийся в дом Мальцевых. Невысокого роста, сутулый, узнав печальную новость, он будто еще больше сгорбился и сейчас, сидя на высокой барной табуретке, напоминал мне нахохлившегося воробья.

Катерина полулежала в кресле у окна, смотря куда-то вдаль невидящим взглядом. На все вопросы сына она только отрицательно мотала головой, не произнося ни слова. Вдруг у меня возникло ощущение, что Катя хочет что-то сказать. Я подошла поближе, но тут Илья снова спросил:

– Мам, тебе из окна не дует? Может, плед притащить? – Илюшу, видимо, пугало такое поведение матери, он начал серьезно опасаться за ее рассудок. – А давай я тебе капель сердечных накапаю или валерьянки?

Варька, наблюдавшая со стороны за тщетными попытками Ильи растормошить Катерину, решила прийти ему на помощь. Она подошла к окну, присела на подоконник прямо напротив подруги и строгим тоном произнесла: