Олеся Грибовская – Каньон. Том 1. Столкновение (страница 3)

– ЧЕГО???

Ключ скользнул между пальцами, когда Сережа попытался вскочить. Из положения, в котором он находился, старт вышел явно неудачным. Стул въехал в стену, руки неловко взметнулись вверх, ноги резко по инерции сдернулись со стола. Сережа рухнул между мебелью, как сложившаяся книжка, шибанувшись по пути лбом об угол. Отлетевший на пол ключ еще несколько секунд звенел, перекатываясь по половицам.

– Живой? – негромко спросил Буаро. Он остался стоять в той же позе, только глазами проследив за полетом.

– С Рихардом? – тихим голосом переспросил Сережа. Переспросил просто по привычке что-то говорить. Ошибки и вариантов тут быть не могло.

Он медленно сел, потирая лоб. Буаро молчал. Когда его новый ученик наконец вылез из-за стола, вид у него был потрепанный и злой. Простым недовольством такое выражение лица никто б не рискнул назвать.

– Проблемы? – так же спокойно поинтересовался Буаро.

Паренек стоял напротив взъерошенный, со сжатыми кулаками.

– Я бы на твоем месте взял ключ. – Буаро не стал дожидаться внятной реакции. – Дик предпочитает на ночь закрывать дверь, так что, если не хочешь спать на улице, лучше подними. Судя по тому, что я услышал от твоего отца, домой тебя в ближайшее время вряд ли пустят.

Сережа хотел сказать, хоть как-то ответить, но гневная тирада захлебнулась сама собой. Потрясенный, он стоял, чувствуя себя беспомощным болваном, и глупо ловил ртом воздух, пытаясь осмыслить всю ту нелепицу, которая теперь должна была стать его повседневностью. Не просто видеть рядом этого самоуверенного спасителя вся и всех, а еще и жить с ним бок о бок?! Сережа с досады плюнул на пол, забыв, где он.

Буаро хмыкнул:

– Ключ. Подними, а потом плюй сколько влезет. Другого места не будет. В чем я согласен с твоими близкими – это что присмотр за тобой действительно нужен. И Дик с этим справится лучше других, к присматриванию и воспитанию неординарными методами у него просто талант.

– Издеваешься?!

– Скорее предупреждаю. При нем на пол лучше не плюй. И лучше вообще просто тихо сиди, – подумав, добавил Буаро. – Дик, мягко говоря, тоже не был рад новому соседу. Точнее, просто соседу…

– А, то есть раньше хоромы у него личные были? – Сережа чувствовал, как все годы детских разборок оживают в нем одной большой потребностью наконец-таки разобраться с противником. Подумать только, еще этот недоволен!!! Король, блин!!! Тоже мне воин с синей зубочисткой.

– Ты выбрал уже себе имя? – Буаро отвлек его от планов скорой расправы над Диком.

– Перебьетесь, – мрачно отрезал Сережа.

С новостями о комнате он успел забыть, что через несколько дней ему придется прыгать с башни на огромном летательном аппарате, готовность которого к полету никто не проверит. И этот ритуал вдобавок лишит его прошлого и имени… Да-а, на фоне такого маразма перспектива жить с Диком в одной комнате вполне вписывалась в общую картину. Не желая нарваться на новые вопросы или, что еще хуже, новости, Сережа сгреб с пола ключ. Комната, такая светлая и яркая, начинала давить на него и вытеснять из себя.

Буаро прошел наконец к своему месту, поднял стул, спокойно сел, каким-то чудом почти не отрывая глаз от собеседника.

– Как хочешь. Время у тебя еще есть.

– Могу идти? – Резкий короткий вопрос Сережа задал почти с порога.

– Эй! – Возглас Буаро перехватил его совсем в дверях. Он снова улыбался, может, даже более лукаво, чем подобало в этой ситуации. – Будешь выбирать имя, не забудь, что Дик тоже будет тебя так называть.

Сережа захлебнулся глотком воздуха и выдохнул, яростно глядя на командира. Тот почти смеялся, глядя на него. Сережа повернулся, чтобы уйти.

– Если будут любые проблемы или просьбы, заходи! – уже в спину крикнул ему Буаро.

Дорогу к училищу Сережа умудрился найти только с четвертого раза, постоянно сворачивая не туда и путаясь среди кип лохматых кустов – выбранных им же ориентиров. Дорожки были усыпаны грубым песком и обломками вездесущих рыжевато-красных камней, и мальчик то и дело спотыкался об их угловатые выступы. Когда наконец из-за тонких яблонь вынырнула длинная трехэтажная постройка, с Сережи градом катился пот и ноги предательски дрожали. Он опустился на корточки, пытаясь сфокусироваться на своем новом жилище. Деревянные бревна плыли перед глазами, и на фоне ярко-голубого весеннего неба Сереже показалось, что он видит большой бревенчатый плот, уложенный набок. Закружилась голова, и он завалился на траву, по привычке ища за спиной сумку с мягкой курткой. Пусто. Несколько минут Сережа пытался нашарить в памяти момент, когда и кто забрал его вещи.

От размышлений его отвлекло движение впереди. Легкие темные тени мелькнули, заслоняя на миг здание училища, и, проследив за ними дальше, Сережа заметил сбоку еще одно странное строение, напоминавшее ему сушилку для посуды. Корпуса опускались и замирали на ее тонких балках. Солнце ушло за облака, и стали лучше различаться цвета. Вглядываясь в корпуса, Сережа внезапно увидел среди ярких пятен синее – кусочек вечного шторма. Дик Рихард.

Сережа вскочил мгновенно, не обращая внимания на обрушившуюся боль в висках. Еще не хватало, чтоб этот малолетний мученик увидел его в таком виде. Перед глазами сама собой возникла непрошеная картина: пренебрежение на лице Дика сменяется издевкой и его вечной гадкой ухмылкой. Прогоняя видение, Сережа не удержался и мысленно бросил кулак вперед, разбивая картинку, как зеркало. Лицо Дика с разбитым носом его повеселило, и он наконец двинулся дальше.

Несмотря на передышку, перед самым входом в здание его снова охватили прежние мысли. Вблизи постройка выглядела обычно и отбрасывала темную тень. Пустые оконные рамы без стекол, занавесок и тем более подобия растений в горшках. Никакого уюта. Серость, тяжеловесность и принуждение. Хмуро вглядываясь через порог внутрь, Сережа мысленно заставлял себя понемногу вдыхать дух казармы.

За спиной раздались шаги, и нестройный хор голосов окликнул его по имени, здороваясь. Радуясь возможности оттянуть неприятный момент, Сережа отступил от двери и повернулся к компании.

Лица все были знакомые. Компанию мальчишки, стоящего к нему ближе, чем остальные, он знал еще по Городу. Они мало общались с ним, однако, к немалому удовольствию Сережи, друзьями Дика тоже не считались. Хотя это были единственные ребята не из клана, которых молодой Рихард терпел без особых усилий.

Главаря здесь звали Анри. Сережа, видевший соревнования, знал это, а даже если бы и не видел вживую, узнал бы по рассказам горожан: яркая одежда ребят, совпадающая с раскраской их корпусов, хорошо запоминалась, и их имена часто были на слуху. В отличие от взрослых Лётных, компания подростков не удовлетворилась новыми именами и выделялась на общем фоне еще и бьющими в глаза красками, бесшабашностью и горячностью поступков.

Сережа в итоге поприветствовал их вполне радостно, даже спокойно выслушал, как они называют свои выбранные имена, правда, пока никак не мог их соотнести с приятелями из раннего детства. Его имя в компании тоже помнили, и он запнулся, не зная, стоит ли говорить очевидное. Но…

– Ты уже выбрал имя? – Вопрос парня, представившегося Лао, поставил его в тупик. Опять ему напоминали об этой гадостной части обучения. Он зло и резко мотнул головой, вызвав смех всей компании. Сережа уже был готов ввязаться в потасовку, когда до него дошло, что его не дразнили. На лицах было скорее понимание. И что-то еще. Ожидание?

– Все, кто приходил не по своей воле, строили такие рожи, – пояснил Рэй с довольной ухмылкой. – И через пару часов в воздухе могли кричать до хрипоты, убеждая новеньких вроде тебя, как здорово в небе.

Терпение Сережи неожиданно иссякло. Сорвавшись, он в сердцах плюнул на песок и быстро вошел в дом, не слушая смешков за спиной.

Темнота поглотила его сразу, и на какое-то время он снова потерял ориентир. Команда Анри не пошла за ним, и пришлось ждать, пока глаза привыкнут к полутьме.

Он стоял в центре длинного коридора, в обе стороны от него убегали двери. В обоих концах коридора были прорублены окна, но их перекрывали молодые деревья, и свет через них практически не проходил. Сережа вытащил из кармана ключ (вот черт! Нет бы потерял его где!) и попытался разглядеть номер комнаты. Возвращаться к Анри с его сюсюканьем о небе не хотелось. На всякий случай он ощупал ключ пальцами – ничего.

Ругнувшись про себя, Сережа наудачу пошел направо. Только сейчас он заметил, что все двери были открыты – не настежь, а совсем чуть-чуть, но ясно было видно, что запирать здесь что-то очень не любят. Обдумывая это, Сережа не заметил, как уткнулся в конец коридора, и уже почти решился окликнуть из окна Лао (этот хоть не улыбался так, будто всю жизнь мечтал встретить его именно здесь), как заметил на ближайшей к нему двери нарисованные синие полосы – эмблему волнующегося моря. Дик подписал свою дверь.

Ключ так и не понадобился. Дверь была открыта, как и все остальные. Сережа прислушался, пытаясь понять, внутри ли хозяин, потом вспомнил, что речь идет о Дике и такие штуки с ним бесполезны. Сжал зубы и толкнул дверь. Пусто. В отличие от коридора, здесь окно выходило на незасаженный участок и света было вдоволь. Комната была очень похожа на необитаемую. Заправлены были обе постели, на левой стопкой лежали новые вещи, и Сережа подошел к ней. На половине Дика вещей почти не было и царила безукоризненная чистота, будто здесь жила девчонка. Единственное, что выдавало молодого Рихарда с головой, – развешанные над кроватью короткие копья и мечи.