Олег Волков – Деньги и просвещение. Том 1 (страница 9)

Эту войну уже прозвали Опиумной. Наши «Ведомости», – учитель Висар махнул рукой в сторону стойки с газетами, – скромно молчат об этом позорном факте. У нас с Фатрией и без того не самые дружественные отношения. И для укрепления этих самых отношений наше правительство отрядило в экспедиционный армейский корпус специальных наблюдателей, с десяток полковников, подполковников и майоров. Вот «Ведомости» и обходят стороной оба этих позорных факта.

– Но ведь ханку можно и у нас купить, – произнёс Саян. – Насколько мне известно, разные настойки в аптеках продают. Да и доктора, бывает, этот самый опиум как лекарство прописывают.

– Всё это так, – нехотя согласился учитель Висар. – Однако Марнейская империя не Гунсар. Фатрийцы не решаются столь нагло и в столь огромных количествах торговать у нас опиумом, да и пошлины на него очень высокие. Я очень надеюсь, что нашему императору хватит мудрости и дальновидности полностью запретить торговлю опиумом в империи. По крайней мере вся прогрессивная общественность выступает за полный запрет. Я очень надеюсь, что в ближайшее время так оно и будет. Пока, благодаря высокой пошлине, опиум является порочным развлечением для богатых. Для сравнения, в Гунсаре цены на эту самую ханку такие низкие, что её покупают даже бедняки. Ведь само производство опиума стоит сущие совирты.

Саян задумчиво потёр пальцем висок. Не удивительно, что столь позорный факт «Ведомости» тактично замолчали.

– Деньги, деньги, всё из-за денег, – учитель Висар всплеснул руками. – Подводя итог можно сказать следующее: фатрийцы решили силой заставить гунсарцев разрешить им продавать свои товары без всяких налогов и пошлин. Что самое позорное, продавать опиум в огромных количествах. А сама территория Гунсара Фатрии не нужна. Война продолжается почти год и скоро закончится. Гунсар формально останется независимым государством, но на деле он окончательно превратится в колонию, в зависимую от Фатрии территорию. Надеюсь, Саян, мне удалось объяснить тебе суть этой позорной войны? – спросил учитель Висар.

– Да, уважаемый, – Саян задумчиво кивнул.

– Тогда разрешите откланяться, – учитель Висар поднялся из-за стола. – Приятно было с вами познакомиться, но мне и в самом деле пора идти. Дела, знаете ли. Всего вам наилучшего.

– Благодарю вас за столь подробное и обстоятельное объяснение, – Саян поднялся из-за стола следом. – И вам, уважаемый, всего наилучшего.

Учитель Висар учтиво улыбнулся напоследок и вышел из «Приюта странника». Входная дверь захлопнулась за его спиной. Саян машинально опустился обратно на стул. Рассказ учителя Висара оказался весьма и весьма интересным, в чём-то даже поучительным. Но, Саян вздохнул, «ответа от вселенной» он так и не получил. Надо…

– Будете заказывать? – возле столика возник половой.

– А? Что? – встрепенулся Саян. – Нет, благодарю. Я уже отобедал и расплатился. Спасибо, было очень вкусно.

– Приходите ещё, – половой льстиво улыбнулся в ответ.

Глава 4. До чего техника дошла

Торчать в трактире не имеет никакого смысла, лучше пройтись. На Податной улице во всю бушует весна. Саян расстегнул пуговицы на новеньком сюртуке, он не в армии и уставной вид не нарушает. Лёгкий ветерок приятно омыл грудь и чуть остудил разгорячённое лицо. Деревья вдоль тротуаров оделись в ярко-зелёную листву. На маленьких газончиках под ними поднялась ещё ни разу не кошенная трава. Через грохот телег, повозок и людской гомон то и дело пробивается щебет воробьёв.

Полдень, время приостановить работу и как следует перекусить. Из распахнутых окон домов, приоткрытых дверей трактиров и чайных то и дело долетают запахи жаренного мяса, хлеба, лука, чеснока и свежего пива. Но на полный желудок убойные запахи более не злят и не вызывают желания кого-нибудь убить.

Весна! Саян вдохнул полной грудью прохладный воздух. Сейчас бы скакать и радоваться жизни. Пригласить какую-нибудь красотку на свидание, на романтическую прогулку по парку или речной набережной. Но, но, Саян сердито поморщился. Великая цель? Или великая месть?

Кстати, о набережной. На очередном перекрёстке Саян свернул в сторону речного порта. В любом случае оседать в Юдвине он не собирается. А путешествие хоть на другой конец Мирема всё равно придётся начать с речного порта. Наняться моряком – самый верный способ не только сэкономить на проезде, но, заодно, и заработать. Только, куда ехать? Что делать?

– Держи!!! Хватай!!!

Грохот и треск взрывной волной прокатились по узкой улочке. Саян тут же сиганул в сторону и присел возле стены дома. Дар Создателя на руке нервно запульсировал. Что это было?

– Ты что, скотина, наделал?

– Так, это, уважаемый, они сами упали!

Саян нервно рассмеялся и встал в полный рост. За раздумьями не заметил, как ноги сами привели его в речной порт Юдвины. Возле причала порушенный штабель пустых бочек. Грузный мужик лет пятидесяти с окладистой бородой, в добротной шерстяной рубахе навыпуск на чём свет стоит честит простого работягу в грязной холщовой рубахе и в драных штанах.

– Смотри у меня! – мужик с окладистой бородой поднёс к носу работяги пудовой кулак. – Вычту из заработка!

– Так, это, уважаемый, в порядке же всё. Ни одна бочка не треснула, – работяга в драных штанах пытается пугливо оправдаться.

Саян двинулся дальше. Речной порт живёт обычной жизнью. У длинных причалов пришвартованы баржи и парусники. Вереницы грузчиков таскают на суда и обратно на берег мешки, кули, кирпичи, брёвна и прочие грузы. Толстые доски настилов мелко трясутся под драными грязными лаптями.

Саян остановился на самом краю набережной и опустил глаза. Внизу, между каменной стеной причала и деревянным бортом баржи, лениво плещется вода. Низенькие волны словно пытаются взобраться по массивному камню, но лишь бессильно откатываются обратно в реку. А вот этого двадцать три года назад точно не было.

Носок ботинка поддел колотую щепку. Саян склонил голову на бок. Набережная и причалы облицованы камнем. Не иначе городские власти наконец-то поняли, за чей счёт пополнятся казна Юдвины. На ту сторону Станового хребта к побережью Бескрайнего океана и в обратном направлении идёт огромное количество грузов. Транзит и транзитная торговля в первую очередь наполняют казну Юдвины. А всё остальное, магазины, трактиры, бани и лавки, лишь обслуживают тех, кто занимается транзитом и транзитной торговлей. А это что такое? От удивления Саян вытянул шею. Из глубины порта над крышами пакгаузов тянется шлейф чёрного дыма.

Неужели пожар? Саян в недоумении огляделся по сторонам. Да нет, всё как обычно. Мимо вразвалочку прошёл матрос. Рядом бородатые мужики в лаптях и полосатых штанах затаскивают на борт баржи пиленые доски. Порт живёт обычной жизнью. Никто и не думает поднимать тревогу, хватать багры и вёдра и вызывать из города пожарную команду.

Тем более странно, Саян развернулся в сторону дыма. Баржи и парусники, штабеля досок и бочек, крыши и стены пакгаузов – всё, буквально всё, из дерева. Тёплый сухой день с лёгким ветерком и в аккурат с реки. Не дай бог красный петух крылом взмахнёт. Полыхнёт так, что мало не покажется. Да и город рядом. Однако порт упорно не обращает внимания на чёрный шлейф дыма. А это уже интересно, Саян прибавил шаг.

Из-за угла серого пакгауза открылось чудное зрелище. Саян даже замер от удивления. На каменном причале работает, бренчит и пыхтит паром самая настоящая машина. Балка, крюк, чёрные от смолы канаты. В кабине со снятыми окнами молодой человек в чёрной инженерной куртке и в задорно сдвинутой набок фуражке увлечённо дёргает за рычаги.

Так это же, Саян тихо захихикал над собственными страхами, кран. Паровой кран. Из толстой длинной трубы за кабиной валит тот самый чёрный дым. Саяну ещё четверть века назад, до переселения в «Там, где живёт вечность», довелось прочесть в каком-то научном журнале о паровых машинах во Фатрии. Они там что-то крутили, вращали, кажется, воду из шахт откачивали.

Саян подошёл ближе, его тут же обдало влажным теплом. Из-под кабины вырвалось облачко пара. Точно из Фатрии. На стальном боку парового крана гордо красуется эмблема: полукруглый котелок над символическим костром с тремя язычками пламени, а сверху нависает молот. Над эмблемой надпись на фатрийском: «Экор. Паровые машины». Это должна быть та фирма, что сделала этот паровой кран.

Недалеко от крана на старом бочонке скучает старичок в коротком полушубке. То ли сторож, то ли смотритель порта, то ли праздный зевака.

– Скажите, уважаемый, – Саян остановился возле старичка, – что это за чудо такое?

Старичок смерил Саяна презрительным взглядом, словно перед ним предстал деревенский дурачок, который упорно не понимает, почему это вода мокрая.

– Это фрийский кран на пару, понимаешь, – высокомерно протянул старичок. – Его господин Липадос из самой Фритии привёз, понимаешь. Вот до чего техника дошла, ни черта ты не понимаешь.

А действительно, Саян вновь уставился на пыхтящую паром машину, до чего техника дошла. Паровой кран за раз поднимает большую связку брёвен, плавно переносит её через борт баржи и аккуратно опускает через распахнутых люк прямо в трюм. Судя по коре, это горный кедр, весьма ценный товар в центральных и южных губерниях Марнеи. Молодой инженер-механик в кабине за рычагами управления разом заменяет пару десятков дюжих грузчиков, да и работает гораздо быстрее. Лишь двое помощников на пристани стропят толстыми канатами брёвна, да ещё двое в трюме баржи принимают и складируют их.