Под тяжесть сбросившую матку.
Но лишь когда большой огонь
Открыл всю необъятность грота,
В углу увидел греков он
И грубо крикнул сквозь зевоту:
– Кто там шевелится в углу,
Для глаза еле различимый,
Посмевший разбросать золу
И грязью затоптать овчину?
Вы в наши дивные края
Пришли по синеве бездонной,
Так знайте – здесь владыка я,
Сын бога моря Посейдона!
Я всех пришедших по воде
Встречаю очень неохотно —
Чем жизнь влачить среди людей, —
Уж лучше жить среди животных!
Теперь признайтесь, до травы
Едва доросшие злодеи,
Из стран каких плывёте вы?
Потом решу, что с вами делать…
Всё громче рык, всё ближе пасть,
От страха никуда не деться,
И, потеряв над телом власть,
Войну прошедшие ахейцы
Открыли рты в немой мольбе,
Лишь царь, как прежде, был спокоен:
– Сын Посейдона, мы к тебе
Пришли, разрушив стены Трои…
Нас – греков, грозных во вражде,
От отчих стен к троянским землям
Вёл предводитель всех вождей —
Непобедимый Агамемнон.
Он вёл нас в дальнюю страну
И нёс разгром чужому краю,
Стремясь помочь вернуть жену
Родному брату Менелаю.
Враг девять лет стоял стеной,
Но год десятый стал победным:
Приама город золотой
Пал жертвой копий наших медных.
Но даже в злые времена
Путь силы был всегда рискован,
Ведь и кровавая война
Подчинена своим законам.
Но мы презреть посмели их —
Жестоко разгромили царство.
Мужей без счёта истребив,
Детей и жён забрали в рабство.
За необузданный разбой
На илионском пепелище
Мы были прокляты судьбой,
И в отчий дом, в своё жилище
Немногим было суждено
Вернуться по морской дороге…
Кто с кораблём пошёл на дно,
Кому разгневанные боги
Иную предрекли судьбу —
Скитаться по морям полжизни.
И корабли, устав от бурь,
Не могут путь найти к отчизне.
Мы, перед тем как плыть сюда,
Волшебный посетили остров.
Там крайне чистая вода
Весьма способствовала росту
