Шёл месяц март, весна, вступив в права,
С холмов стекала в снежную низину.
Белёсый диск, завесу туч прорвав,
Лучами гнал на север злую зиму.
Уже летел с подтаявших полей
Игривый ветер – посевной предвестник.
И небеса, прижатые к земле,
Поднялись ввысь, и стали звонче песни.
Где земли новгородцев подошли
К Торопецкому вольному уделу
(Что от смоленской отошёл земли),
Среди лесов без края, без предела
Село стояло, в кружево берёз
Вплетаясь изб оградой светло-серой,
Оно в тот век Берёзово звалось
И представлялось средним по размеру.
Летел с пригорка колокольный звон
От стройной церкви к речке неглубокой,
В тревожный час будил округу он
Невдалеке от волжского истока.
Владел Андрей Иванович селом —
Боярин родовитый и богатый.
Он год здесь не был – ехать тяжело,
А жил в Торопце, где имел палаты.
Давным-давно свалил медведя он —
Такого зверя лучше бы не трогать! —
Но в схватке был ударом заклеймён
И за глаза народом прозван – Коготь.
У Когтя сын был – юный Изяслав,
Красив лицом и грамоте обучен.
Его отец, на всё три года дав,
Послал учиться к педагогам лучшим —
Заморским грекам. Но боярский сын,
В учении упорный, аккуратный,
Хотя уже и отрастил усы,
Но думать не хотел о службе ратной.
Вторые сутки Коготь пировал,
Господский терем сотрясали крики,
В печи трещали чёрные дрова,
Сновала челядь, колыхались блики.
Кабанью тушу, куропаток рой
Гостям готовил иноземный повар.
Менялись блюда, в этот раз икрой
Хозяин угощал, и пьяный говор
Летел под свод, что был как у шатра,
Который башня крепкая венчала,
Под кубков звон с вином заморских стран
И мёда плеск в тяжёлых, узких чарах.
Среди прислуги, обносившей стол
Вином, что в поздний час текло потоком,
Была крестьянка юная в простом
Зелёном платье и с косой широкой.
Её, победу в битве одержав,
Привёз в село из ближнего похода
И сразу отдал Когтю для забав
Товарищ давний – грозный воевода.
Старик немел от взгляда тёмных глаз
Скрывавшей грусть красавицы Любавы.
Он повелел в Берёзово тотчас
Её отправить, как пробьются травы.
Мечтал хозяин приезжать тайком
Туда, где нет боярыни суровой,
Что за открытым сидя сундуком,
Могла полдня перебирать обновы.
Но, отправляя девицу в село,
