Олег Шушаков – Горошина для принцессы (страница 14)
Потому что там, внизу, притягивая его взгляд словно магнитом, между девичьих ног темнел прекрасный треугольник.
Владимир опомнился и отвернулся. Он несколько раз глубоко вдохнул и взял себя в руки. Бедная девочка. Он не имеет права так пугать её! Потому что её от него защитить некому.
Боже! А кто защитит его от неё самой?!
– Нет, снова замуж не надо, – сказал он почти спокойно. – Можно поступить проще. Я мог бы на людях обращаться к тебе не полным именем Снежана, а сокращенно – Жанна или Анна, как тебе будет угодно.
– А как тебе будет угодно? – прикинулась паинькой Снежка.
– Меня бы устроило Анна, то есть Аня, – ровным голосом сказал Владимир.
– Ну, и, пожалуйста! – вдруг сверкнула она своими бездонно-серыми глазищами. – Это всё?
– Да, Аня.
Её дверь хлопнула так, что с потолка посыпалась известка.
Он знал, что ему будет с ней нелегко. Но что это будет настолько нелегко, Владимир даже не предполагал!
Однако, делать было нечего. Он сидел и смотрел на разделяющую их стену. Если бы между ними стояла только она, Владимир разнёс бы её уже по кирпичику. Но, эта межкомнатная перегородка была лишь символом, обрушившегося на него несчастья.
А, может, через какое-то время она всё-таки смягчится? Он тяжело вздохнул… Надежды на это, судя по всему, было очень мало. И всё же надежда ещё оставалась. Потому что она умирает последней.
Владимир завёл будильник и завалился спать от огорчения. Денёк выдался нелёгкий, и он мгновенно провалился в тяжёлый сон без сновидений.
Хлопнув дверью изо всех сил, Снежка воткнула в дверную ручку табуретку и упала на кровать лицом в подушку.
Нет, плакать она не собиралась! А вовсе даже наоборот! Снежка вскочила, одним быстрым движением стащила через голову рубашку и юркнула под одеяло, натянув его до подбородка. А затем уставилась в белеющий в темноте потолок. По её лицу гуляла довольная улыбка.
Что же её так обрадовало? Что?
Снежка прокручивала в голове свой разговор с Владимиром… Да, она его здорово разозлила! Это стало бы ясно даже слепо-глухо-немому. Её чуть не захлестнуло волной его ярости, когда она сказала…
Что же она такого сказала?
Сначала она сказала: «Что, разводиться и снова замуж выйти?». А потом сказала: «А за кого теперь?». И тут он взбесился!
Снежка зажмурилась. Так, так, так! Что-то тут не так!
Ну, во-первых, разводиться он, по-видимому, пока не хочет. А во-вторых, он не хочет… У неё сладко защемило в груди. Он не хочет, чтобы она вышла за другого!
А это значит…
А это значит, что не всё ещё потеряно! Если бы он так сильно любил ту, другую, то не цеплялся бы так за неё, Снежку!
А, может, он не так уж сильно её и любит, ту, другую?
И, вообще, он – её муж! Пускай и фиктивный! Снежка прищурилась. Нет, не такая уж она и дурочка! Муж, значит, муж! Раньше надо было гулять! Больше никаких подружек! Как он сказал? На людях нам лучше обращаться друг к другу на «ты», как все мужья и жёны! Вот, пусть и остережётся встречаться с той, другой! И со службы идёт домой, как все мужья! К жене! Чтобы люди ни о чём не догадались! Раз так печётся о приличиях!
Нет, она сумеет позаботиться, чтобы той, другой, его досталось как можно меньше! Чтобы, вообще, ничего не досталось!
Она сумеет позаботиться, чтобы её муж возвращался со службы прямо домой! И вовремя! Никуда не заворачивая! Или она его!.. Или она ему!.. Или она ей!.. Или…
Снежка ворочалась с боку на бок на смятой простыне. Сбросила одеяло. Снова укрылась. Потом села, обхватив руками колени. Снова легла. Она вся пылала. Её обуревали непонятные, странные чувства…
Снежка ворочалась до тех пор, пока, окончательно вымотавшись, не окунулась в тревожное забытьё.
Увы, увлекшись выяснением отношений, ни Владимир, ни Снежана, так и не вспомнили, что это была их первая брачная ночь.
И, ладно! И, слава Богу! Иначе, ни ему, ни ей, даже разделённым стенкой, в эту ночь уснуть бы не удалось…
Глава третья
Когда Снежка проснулась, солнце стояло уже довольно высоко. Нахальный солнечный лучик проскочил над задёрнутой занавеской и прошёлся по её губам.
Она открыла глаза и потянулась.
Эх, размечталась Снежка, вот если бы это был Володя! Вот если бы это он разбудил её нежным поцелуем! Вот, если бы это он…
Снежка села на кровати и вдруг увидела табуретку, заткнутую ей вчера в дверь, чтобы Владимир не смог к ней войти в комнату.
Как же он разбудил бы тебя поцелуем, разозлилась на себя Снежка, если ты, дура такая, сама запираешься от него на ночь?!.. Но, ведь он же не хочет ко мне прикасаться, стала она сама перед собой оправдываться. Да, ладно тебе! Ты же видела, как он на тебя смотрел, там, на кухне, когда ты стояла перед ним голая в этой прозрачной рубашке! А как он потом старательно отводил взгляд, помнишь?.. Но, ведь, он сам сказал, что не прикоснётся ко мне никогда! Тем более, не зачем запираться, сказала себе Снежка, ты просто капризничаешь, как маленькая, и треплешь ему нервы!
Снежана помотала головой и отогнала ненужные мысли.
Он любит другую женщину, сказала она себе, а на неё просто отреагировал, как любой обычный мужчина отреагировал бы на любую обычную женщину! И нечего тут фантазировать!
Она встала и увидела себя в зеркале.
Вся комната была пронизана солнечным светом, который позолотил её стройную обнажённую фигурку и превратил растрёпанную причёску в волшебную корону сказочной принцессы.
Да, прозвучал у неё внутри тихий шёпот, ты – не обычная женщина, ты – самая настоящая принцесса!
Снежка привстала на цыпочки, приподняла над собой чуть согнутые руки, поджала ногу и сделала фуэте.
А что? Она задрала подбородок. Может, и принцесса!.. И прыснула от смеха. Ага! Нашлась мне тоже тут, принцесса сказочная!
А тихий шёпот всё повторял и повторял, растворяясь где-то в глубине. Ты – не сказочная, ты – настоящая…
Снежана выкинула эти глупости из головы, вытащила табуретку из дверной ручки и выглянула за дверь.
В квартире было тихо. Похоже, Владимир уже давным-давно ушёл.
Ну, вот, проспала до обеда, подумала Снежка.
Она уже без опаски вышла из комнаты и проверила входную дверь. Само собой, заперто. Снежка почему-то даже не удивилась.
А вдруг она, действительно, принцесса, а он – разбойник с большой дороги, который похитил её и спрятал в своем укромном логове, и закрыл на сто железных замков, подумала Снежка, накидывая на себя его шёлковую рубашку.
А воображение уже услужливо рисовало перед её мысленным взором одну волшебную картину за другой...
Вот, она едет в золотой карете на свой первый бал, вся такая, в пышном платье и диадеме, как у Одетты из Лебединого озера… Вот, ужасный, но почему-то очень красивый и благородный, чем-то неуловимо похожий на Владимира, разбойник пленяет её, поднимает на руки и уносит в глухой, тёмный лес… А ей почему-то не страшно. И совсем даже не жалко, что она пропустит такой роскошный бал… Вот, он запирает её в огромной, мрачной башне, чтобы она не досталась никому, кроме него… А ей почему-то тоже не хочется доставаться никому другому… И башня уже не кажется такой мрачной. А комната, в которой она ждёт своего разбойника, вообще вся пропитана солнцем…
Господи, и чего только не придет от скуки в голову, подумала Снежана! Надо чем-то заняться! Переглажу-ка я бельё, решила она.
Утюг нашёлся ещё вчера. Как ему и положено, стоял на шкафу.
А где же ему ещё и быть-то, усмехнулась Снежана! В холостяцком-то логове. А что, очень даже удобно! И стол свободен, если что, и утюг стоит недалеко, протянул руку и всё! Она снова прыснула от смеха!
Отчего это у тебя такое хорошее настроение, вдруг спросила она себя? Не оттого ли, что понавыдумывала себе вчера, что кое-кто с тобой разводиться не собирается, фыркнула Снежана.
И вдруг застыла на месте.
Господи, она же совсем забыла! Она, ведь, со вчерашнего дня уже замужем!
Снежка кинулась к своей сумочке, достала паспорт и лихорадочно его открыла.
Точно! Иволгина Снежана Георгиевна!
Она прижала паспорт к груди и закружилась по комнате, что-то напевая от радости!.. И вдруг остановилась.
Ну, чему ты радуешься, дура?! Ведь, ты же знаешь, что этот брак – фиктивный! Он, ведь, сам это сказал! И ещё сказал, что разведётся сразу же, как всё выяснится! Ты же знаешь, что он любит другую, сказала себе Снежка!
Ну и пусть! Снежка гордо выпрямилась и пошла снимать высохшее за ночь бельё…
С первого же взгляда она поняла, что её одежды на верёвках нет. Всё Володькино висит, а её платье и трусики исчезли!
Снежку вдруг охватила бешеная ярость! Она швырнула снятое бельё на пол и стала его топтать, пинать, расшвыривать!