Олег Сапфир – Правила волшебной кухни 2 (страница 11)

— И-и-и, — тоненько взвизгнула кареглазка и так сильно ухватила меня за руку, что, казалось, хочет поломать мне все кости.

Дальше — путь в неизвестность. Поворот, ещё поворот, затем скрип плохо смазанных дверных петель и мы зашли… э-э-э… куда-то.

— Осторожно, ступеньки, — бесцветным голосом сказал бледный мужик, и мы начали подниматься.

Рядом цокали каблучки Джулии, а я занимался единственным доступным мне сейчас доступным развлечением — считал ступени. Сто сорок восемь, сто сорок девять, сто пятьдесят и-и-и-и…

— Можете снять повязку.

— Благодарю.

Зрение вернулось, и мы очутились в титанических размеров прихожей. Думается мне, что прихожей это помещение стало лишь на сегодняшнюю ночь, а так это либо каминная комната, либо трофейная. Ну… камин ведь есть? Есть. И трофеи тоже — вон, вся стена увешана головами зверушек. Что характерно, самых обычных — волки, лисы, олени, вепри.

Из мебели только куча вешалок посередь комнаты, на которых гроздьями висит одежда. Ну а самое забавное…

— Хм, — улыбнулся я, обернувшись назад.

За нами не было никакой двери. То есть мы с Джулией как будто бы прошли сквозь стену.

— Ваше пальто, — попросил бледный мужик сперва у моей спутницы, потом раздел меня и указал на дверь: — Прошу, вас ждут.

Соседний зал поражал воображение. Чёрт! Сводчатый потолок терялся где-то в вышине. Помимо исторических храмов, соборов и автомобильной парковки рядом с причалом, я в Венеции НАСТОЛЬКО больших зданий не встречал.

Две мысли. Первая: мы сейчас действительно в историческом храме или соборе. Вторая: явно непростое семейство Алафесто умеет играться с пространством. Я даже примерно не могу представить квадратуру этого зала, но на ум почему-то сразу же приходит сравнение с футбольным стадионом.

Никакого длинного «застольного» стола тут не было. И уж тем более тут не было линии раздачи формата шведского стола. То, что стиль для семьи Алафесто — штука важная, это я понял еще давно. По всему залу были рассредоточены маленькие круглые столики с закусками. В центре композиции ваза с фруктами и свечи, а вокруг в основном канапе различных сортов. Самое то, чтобы есть без тарелки и приборов. Взял шпажку, съел, пошёл дальше.

Народищу в зале тоже было прилично. Часть людей разбилась по кучкам, а другая часть лениво шаталась от одной кучки к другой, так сказать, поддерживая светское общение.

— Не отходи далеко, — Джулия схватила меня под руку.

— Здравствуйте, — улыбнулся нам здоровенный чернокожий мужчина, проходя мимо.

— Доброй ночи, — ответил я принялся вспоминать, где же я его видел.

Ну точно! В день моего приезда именно этот товарищ торговал на мосту куклами-вуду. В пиджаке практически не узнать. А вон те девочки-близняшки, которые заходили в «Марину» с целым мешком денег. А вон…

— О-о-о! — подошёл ко мне мужчина. — Артуро! А вы быстро освоились в городе, как я посмотрю.

— Стараюсь, — улыбнулся я.

Да-да, тот самый бородатый мужчина аристократического вида, который зашёл ко мне в мою самую первую ночь в «Марине» и пил китайский чай.

— Рад, что вы здесь. Искренне рад. Представите мне свою спутницу?

— Сеньора Джулия.

— Сражён вашей красотой! — бородатый взял и поцеловал ручку Джулии. — Сражён, покорён, и пребываю в благоговейном трепете. Что ж! Не теряйтесь. И от себя рекомендую попробовать канапе с креветками.

— Благодарю, — кивнул я.

Мужчина отошёл, и Джулия прошептала мне на ухо:

— А это кто?

— Не знаю, — честно ответил я, нашарил глазами в толпе сеньора Алафесто и вместе с кареглазкой двинулся в его сторону.

— О! Сеньор Артуро, сеньора Джулия! Исключительно рад, что вы всё-таки пришли в мою скромную обитель!

— Скромную? — я огляделся по сторонам. — Боюсь представить, что в таком случае для вас значит «нескромно».

— Ах-ха-ха-ха! Пустяки. Добро пожаловать, Артуро, — хозяин жестом подозвал одного из официантов с подносом шампанского. — Позвольте представить вам мою дочь, Беатриче.

А я чуть было не ляпнул: «ой!»

Как оказалось, девушка всё это время стояла рядом, но я её не замечал. Причём как-то очень избирательно не замечал, и у меня невольно сложилось впечатление, что сеньора Беатриче только сейчас РАЗРЕШИЛА нам себя увидеть.

— Здравствуйте, — я чуть поклонился.

А про себя подумал — как так вышло, что Лучиано таскал всю свою семью в «Марину» через день, но дочь его я вижу впервые. Хм-м-м… а может быть она и приходила? Может быть я просто не замечал её так же, как и сейчас?

Что до самой девушки, то она была хороша. Длинные чёрные волосы и в качестве контраста кожа оттенка слоновой кости. Губы накрашены чёрной помадой, а всё платье чуть ли не полностью состоит из чёрного фатина в кружавчик. Однако её бледность не была нездоровой, отнюдь. Девушка была пышкой ровно в тех местах, где надо.

— Очень приятно.

— Давайте скорее праздновать! — крикнул Лучиано.

Ну давайте, так давайте. Мы с Джулией взяли по бокалу, чокнулись с сеньором Лучиано и выпили. Назрел вопрос:

— Прошу прощения за мою неосведомлённость, сеньор Лучиано, но всё же хотелось бы уточнить.

— Да-да?

— А что именно мы сейчас празднуем?

— Победу!

— Простите… над чем?

— В бою, конечно же! Хм-м, — Алафесто нахмурился. — Я думал, что вы из тех, кто не спит ночами.

— Так и есть.

— И что? Вы разве не заметили вчерашнее побоище?

А я в ответ на это крепко задумался. О чём сейчас говорит Лучиано? Какое ещё побоище? Ничего такого я вчера не… стоп! Тут мне на глаза попала картина. Здоровенная и перевязанная красным бантиком в уголке, то есть как подарок. На картине была изображена почти вся семья Алафесто, а на заднем фоне…

— Хм-м-м…

…на заднем фоне огромная туча в виде демонической головы. И это что же получается? Пока я просто пялился на облака и размышлял над природой их возникновения, сеньор Лучиано со своими родными спасли город от реальной угрозы? И без меня⁈

Вот чёрт. Лучше бы не на бал приглашали, а на битву.

— Ах э-э-э-это побоище, — протянул я, дескать окончательно понял, что к чему и предпринял попытку: — Да, весь город вам теперь обязан, сеньор Лучиано.

Лицо хозяина осветила довольная улыбка.

— Пустяки! Что ж, Артуро. Прошу меня извинить, но моё внимание требуется и другим гостям.

Хозяин вечера вместе с дочерью удалились, а мы начали думать, чем себя занять.

— Ну что? Продегустируем местную кухню?

— Пойдём.

Разглядывая людей вокруг, я пришёл к окончательному мнению на тот счёт, что они ВСЕ по-своему интересны.

Зал был похож на ожившую гравюру, где каждая деталь дышала странной, чуть устаревшей изысканностью. Гости перемещались почти бесшумно, и только шелест ткани нарушал тишину, которую не могли заглушить даже негромкие голоса. Музыка в зале по какой-то неведомой мне причине не играли.

В центре самой большой из кучек стояла дама в платье цвета запёкшейся крови. Её кожа была так бела, что казалась фарфоровой. Она ловила на себе восхищённые взгляды мужчин, но отвечала на них лишь лёгкой, загадочной улыбкой, не открывая губ. Когда один из официантов, неловко споткнувшись, брызнул на её руку каплей вина, она не отдернула кисть, а лишь медленно провела по коже другим пальцем, и капли и следа не осталось.

А в углу, в самом глубоком пятне тени, стоял высокий худой господин. Его лицо было скрыто полумаской из чёрного бархата, но даже без неё разглядеть черты было трудно — они словно колебались, как марево над раскалёнными камнями. Он не общался ни с кем, но многие, проходя мимо, слегка склоняли головы в почтительном, даже робком поклоне.

И вот интересный персонаж. И вон тот. И этот.

Все они были разными, но объединяло их одно — лёгкая неестественность. Слишком плавные или, наоборот, резкие движения. Слишком пристальные или, наоборот, пустые взгляды. Они были гостями сеньора Лучиано, и это было красноречивее любых титулов. Они праздновали победу в своём бою, на своём поле, по своим, давно забытым миром, но от этого не менее жёстким правилам. Ну… наверное…

— Ну как тебе? — спросил я у Джулии, когда та отправила в рот канапе с грушей и голубым сыром.