Олег Рогозовский – Записки ящикового еврея. Книга четвертая. Киев. Жизнь и работа в НИИГП, 1975-93 гг. (страница 80)
Дима считался эффективным репетитором и был таким. Но не для Васи, не говоря уже о Диме.
Правда, Вася попал в завальный поток — не думал я, что, как и в Физтехе, в Меде организуют такие потоки. В отличие от Физтеха, где отсеивали евреев, здесь отсеивали тех, кто не занес деньги или услуги. (Иногда было достаточно платить весь год репетитору, например, с кафедры физики). Правда, это не касалось отличников из украинского села.
Через год Вася поступал еще раз. На встрече с родителями абитуриентов ректор прямо сказал: «Да. Нас называют нужником. И справедливо. Мы грешим принятием нужных людей. Но мы же боремся с этим!» Как они борются, показали экзамены. На этот раз Вася занимался с репетитором, знакомым с порядками вуза. Все шло хорошо. Но за этим следили, и по русскому ему поставили тройку. Например, оборот, выделенный двумя тире, засчитали как две ошибки — нужно было две запятые и т. д. Я нашел тетку, которую учительницей называть было неприлично, а старой б. — непродуктивно. Она заверила меня, что апелляция приведет автоматом к двойке: «я первая напишу, что не раскрыта тема», а так тройки ему в этом году хватит. Не хватило. Вася весь год работал на кафедре проректора по науке со шведской фамилией на Г. По первому впечатлению, гораздо более приличного, чем ректор. Я пошел к нему. Он разыграл невинность: «Что же Вы раньше не сказали? Я бы поместил его в правильный поток, а теперь ничего не могу сделать. Хороший мальчик. В следующем году — обязательно предупредите». Уже в этом, 1992 году, хотя евреи по — прежнему еще были нежелательными, но русские уже выходили на первое место по неприятию и непринятию.
Сестра Таня с мая 1989 года работала в музее Булгакова, они восстанавливали вместе со строителями Дом и квартиру Булгаковых — Турбиных. Дом открыли 15 мая 1991, музей — в мае 1993. Туда началось паломничество. Музей приковал Таню, и уже 30 лет она в нем служит.
С Вадиком связи ослабели. Может быть, одной из причин было его продвижение в науке. Его вместе с группой взяли в Институт теплофизики АНУ и в докторантуру. Другой причиной — приобретение дачного участка в Осокорках. Вадику доставляло большое удовольствие работать на земле. Иногда, дежуря в каких — нибудь очередях на «товары длительного пользования», я вставлял туда и Вадика (например, на стенку). Но часто он присылал туда Алика — своего шурина.
Малое предприятие — семейный подряд
С Димой и Ларисой мы виделись чаще. Во — первых, они жили близко. Во — вторых, у них было много дней рождения и других праздников, на которых пеклись Димой и его мамой очень вкусные торты. В-третьих, мы стали вести с Ларисой некий «бизнес».
В октябре 1991 года мне удалось создать малое предприятие с надеждой получить заказы от НПО «Сплав» и других организаций.
Деньги при этом не растворялись бы в большом (больше 3 тысяч) коллективе объединения, а платили бы тем, кто реально работал плюс отчисления институту за занимаемую площадь и коммунальные расходы и другие услуги. Институт тоже получал бы отдельный заказ, чтобы официально числиться в исполнителях. Увы, мы опоздали. По меньшей мере, на год.
С 1992 года соотношение зарплаты/цены стремительно понижалось. Нужно было придумать, как зарабатывать. Выручила супруга зятя (жена брата Нины) Надя Галанова. Она была зам. директора по экономике Купавинской тонкосуконной мануфактуры [Рог17] и предложила получать обрезки от тонкого сукна, которое мы могли использовать. Обрезки были длиной около метра, зато ширина достигала метра сорока см.
Лариса Тугушева и придумала шить из этого сукна — черного, красного, синего — юбки. Много я узнал о зарождающемся бизнесе… В общем, бизнесмена из меня не вышло. О конце этого предприятия расскажу в последней главе. Ни Таня, будучи в декретном отпуске, ни Дима участия в нем не принимали. Хотя их фамилии присутствовали в названии фирмы РОКАР (Рогозовский — Канченко — Рогозовский).
НИС Пищевого Института начал стагнировать, и Нина по переводу перешла в Центр по радиационным и гидрометнаблюдениям (отслеживать изменение качества вод в киевских реках и озерах). Мало того, что сам центр находился в конце Лысогорской, ей приходилось ездить и снимать пробы в самых неожиданных местах вокруг Киева. Как — то успевала, кроме ведения нашего хозяйства, ездить и к Саше. Так что ее участие в шитье юбок довольно быстро свелось на нет.
С новым членом семьи — Сашей. 1992 г.
Нас еще хватало на отмечание всяких дат и событий. Значительную роль в наших отношениях с Димой и Ларисой стал играть его харьковский приятель Виталий Бабский, переведшийся в Киев из — за Вали, ставшей еще до перевода его женой. Он быстро нашел общий язык с Ниной по поводу всяких солений и варений, а со мной по поводу букинистических книг.
Этикетки армянских коньяков на дегустации
Дима с «папой» Фрейманом
Он любил подтрунивать над Димой и знал его слабости. Другие, и я в том числе, тоже подшучивали над Димой. Он слыл знатоком коньяков, хотя предпочитал только один, который научили его пить в Харькове — «Енисели». Остальные, в том числе армянские, ставил ниже, хотя марочных армянских он не пил (их в Киеве не было). Однажды, на каком — то празднике у нас, я устроил для Димы дегустацию армянских коньяков, включая «Отборный», «Армения», «Двин», «Праздничный», «Ереван». Дима не знал, какие коньяки ему дают. С разной степенью одобрения или безразличия он их пробовал и, наконец, сказал: «предпоследний был самым лучшим!»
Я прочел его описание: «Изготавливается из выдержанных свыше 15 лет коньячных спиртов. Крепость — 42 %, сахара— 1,1 %. 7 золотых медалей. Любимый коньяк армянских женщин, „Праздничный“ является украшением десертного стола». Грянул хохот.
Дима и Лариса славились гостеприимством. На снимке Дима, оставивший на время в полемическом задоре разрезание приготовленного им торта. Рядом с ним, к сожалению, нечетко, его харьковский друг Юра Фрейман, которого Дима называл папой Фрейманом. Сын Юры поехал учиться в Тартуский университет к Ю. Лотману, но стал православным священником с многочисленными чадами. Хотя сам Дима перешел в православие, но на воспитание его детей это влияния не имело. Мне казалось, что программой воспитания детей больше занималась Лариса. К ним был приглашен талантливый учитель русского языка и литературы, кто — то еще. Физике и математике их мог учить сам Дима. Дети (Маша, Катя, Коля) той поры запечатлены в портретах маслом, которые написал молдавский юноша, которого они приютили в Киеве — Леня Балаклав. Леня в Америке стал известным художником. Графитом на ватмане он сделал портреты и нашей семьи — Тани, Оли, Нины и мой. Особенностью портретов было то, что он изображал портретируемых такими, какими они становились в будущем. Например, Катя с распущенными волосами (лет в пять) стала особенно похожа на портрет лет в 10. Я стал похож на свой портрет в графике через 20 лет.
Снизу вверх: Катя, Коля и Лара Тугушевы — вы, Нина, Олег
Если в 50-летии Димы Бабский участвовал, то на его юбилее нам побывать не пришлось. Виталий сильно продвигался в последнее время.
Возглавил лабораторию в Институте молекулярной биологии и генетики, защитил докторскую диссертацию, стал зам. директора научного и коммерческого объединения «Спектр», с использованием оборудования лаборатории (электронный микроскоп и аппаратура электрофореза). После защиты уехал на дачу, чтобы снять стресс. Дача была на реке Псёл дальше Полтавы. Пошли с Валей на речку и Виталий поплыл на другой берег. Плавал он хорошо, но вдруг ему стало плохо и он стал тонуть. Валя плавать не умела, она в ужасе бегала по берегу и звала на помощь. Никого не было. У Виталия был «разрыв сердца». Похоронили его там же, недалеко от дачи.
Виталий и Валя Бабские
Попугай, говорящий на идиш
Дедушка, а чем отличается интер — национализм от социал — национализма?
— Объяснить, внучек, трудно, но ехать надо.
Первый президент Украины Кравчук, которого неожиданно выбрали во втором туре 1 декабря 1991 года, побоявшись выбрать победившего в первом туре Черновола, теперь гордится, что это он развалил Союз. 8 декабря в Беловежской Пуще он настоял на подписании договора о СНГ.
Уже до этого были проблемы в экономике, а тут начался хаос. В магазинах продукты, если появлялись, то исчезали мгновенно. Киевлянам раздали талоны — на масло, на сахар, на мясо. Хлеб нужно было покупать с утра. Сейчас (2019 год) Кравчук говорит: если бы экономисты мне тогда сказали, к чему приведет договор о СНГ, я бы задумался, нужно ли его подписывать. Уровень компетенции высшего лица (и кандидата экономических наук) в общем и целом удивлять не должен.
Мы с Ниной были в Таллинне (где — то в 1990/91 гг.). В номер гостиницы «Виру» кроме прочего, доставляли газету «Сельская молодежь» на русском языке. Там был аналитический обзор того, что произойдет, когда Союз разделится на отдельные союзные республики. Прежде всего, их интересовала, естественно, Эстония. Они писали, что такую роскошь, как Академия Наук со всеми их институтами они позволить себе не смогут. Ученые пойдут работать учителями, немногие — в университеты. Нормально будут себя чувствовать экономически две страны: Россия и Азербайджан, страны обладающие нефтью и газом и инфраструктурой для их добычи, переработки и транспортировки. Остальные, грубо говоря, будут далеко в анусе (пардон, в минусе). Они ошиблись насчет Азербайджана и себя. Правда, со временем Азербайджан поднялся. И они, вопреки своим прогнозам, тоже. То, что нам стало известно потом (например, на сайте «Кто кого кормил в СССР») говорит о том, что Украина была самым большим по объему получателем дотаций из Союза. За счет России, как и все остальные республики. На душу населения дотации получались не столь значительными, как для Грузии (40 % потребления) или Эстонии (более 30 %).