Олег Поляков – Теневая защита (страница 5)

В-целом, спорить с этим было, наверное, нецелесообразно, Хотя были и некоторые но…

Взять хотя бы Марту.

Нет, в силу состоявшегося возраста где-то на задворках сознания Андрей понимал, что Марта, при всех её закидонах, далеко не самый плохой вариант. Возможно, недостатки её характера, как он их себе представлял, явились следствием его слабой платёжеспособности, скудости их быта и, чёрт побери, его теневых способностей. Или, как не раз с пафосом и вызовом любил повторять его друг детства Валерон – трансцедентальной падлючести.

Смелое и одновременно бестолковое заявление.

Что этим хотел сказать Валерон, до конца не было ясно. Валерон не очень-то стремился развивать эту тему. Не предоставленные в своё время в займ деньги, или не распитая совместно полученная за работу фирменная бутылка, или же увод бабы из-под носа? Таких моментов за уже порядком долгую дружескую жизнь случалось предостаточно, какой из них Валерон провозгласил апофеозом природной падлючести Андрея, переведя его в ранг трансцедентальных моральных уродов, выяснить не удавалось. То в шутку, а то и в серьёз дружок продолжал вставлять эту милую на его взгляд шпильку в взаимоотношения, мол, не расслабляйся, я держу руку на пульсе. Андрей даже в своё время полез в инфополе, посмотреть определение трансцедентальности. Посмотрел, ни хрена не понял, сплюнул и забил.

Однако ж это был явный перебор. Подлости от Андрея ожидать было бы явным преувеличением, не таким он себя себе представлял. Его кредо, если уж на то пошло, было иным. Скорее, безотказно действовал единый системообразующий жизненный принцип, направленный на сбережение своей нательной рубахи. Эта самая Жизнь научила не примерять чужие терновые венки, не превращать без мольбы и просьбы воду в вино, не вынимать сердца из груди для освещения пути и не бросаться всем телом на амбразуры. Полный джентльменский набор выживальщика современного мегаполиса. С той лишь поправкой, что многое из перечисленного Андрей вполне мог бы вершить без особых для себя проблем. Не хотел.

Просто хрестоматийный случай. Рано оставшись без матери, с трудом дотянувшей его до совершеннолетия и оставившей наедине с миром по причине онкологии, отца вообще не знавший, Андрей сначала заливал потоки нахлынувшего горя одиночества в перерывах между приносившими дебет шабашками. Смерть матери в то время, когда, теоретически, он мог ей хотя бы попытаться помочь, не умолчи она о своей болезни, разделила его жизнь на до и после. Лишь остатки трезвого рассудка, полученное от матери какое-то воспитание и оставленная ею квартира на правом берегу, а также участие Валерона, помимо совместных распитий, в идейном нетрезвом словесном раскурочивании этого мира на кухне под дешёвый коньяк и отечественные сигареты, сохранили Андрею человеческий статус-кво и уберегли от бомжевания. В один момент отрицательный заряд жизненных установок плавно, но очень быстро поменялся на положительный, привнеся новый привкус реальности. Жизнь – уже идёт, другой не будет, и это не репетиция. Очередным хмурым утром Андрей, очнувшись на грязном измочаленном лежбище, окинув осоловелым взглядом горы пустых бутылок, катающихся под ногами словно по палубе пиратской шхуны, с трудом уловив время суток сквозь мутные замызганные стекла окон, уволок себя в ванную, уронил под струи холодной воды, переоделся в чистое, и приступил к очищению своей жизни, настройке своего бытия и восстановлению померкшего сознания. Вслед за пустыми бутылками, мусором и разломанным в пьяных схватках домашним скарбом в тартарары были отправлены малопонятные приблудившиеся дружки-собутыльники, социально-безответственные девки, дуралом-начальник с прежней работы и, собственно, избранный невнятный ритм существования от рассвета до заката. Качели – вверх-вниз, вправо-влево, вперёд-назад. Полный инфантильного идиотизма жизненный уклад, сосредоточенный на самосожалении, ревности к окружающим, злобы к властьпредержащим под воздействием внутреннего катализатора новой мотивированной реальности, был вытравлен, изржавлен и забыт.

Дар теневика гарантировал выживание в условиях куда более невыносимых, враждебных и даже угрожающих жизни. Возможность не просто просчитывать варианты событий, прослеживать неисчислимые нити явлений и обстоятельств, но и вершить их по своему усмотрению, переплетать, внедряться в ткань, в саму материю бытия, иметь возможность тасовать реальности как карты в колоде, проникать в структуры, существование которых не поддаётся объяснению позволяли сильному теневику ощущать себя поистине властелином мира. Расчленение цепи взаимосвязанных условий, перестановка причинно-следственных связей способны были даже устранить препятствия в виде физических законов. Такие слухи доходили и несколько ужасали. Всё это несло в себе возможность менять мир, правда, в самой непосредственной близости от теневика. При соблюдении одного незыблемого условия – отсутствие практики ведёт к забвению, к утрате способности. Словом, «Теневи – или проиграешь».

Серьёзные теневые способности доступны были далеко не каждому из отмеченных этим даром. Они сильно варьировались и допускали значительное профессиональное расслоение. Вследствие чего представления о чужих возможностях подчас строились на банальных предположениях. Что в итоге вполне могло не только лишь как-то повредить собственным планам, но и просто лишить жизни.

Андрей точно знал, игры с тенью были похожи на заигрывание с прирученным медведем в цыганском разъездном шапито. Выглядит миролюбиво, временами даже забавно, контактен вне всякой меры, но лишь один неверный шаг…

Собираясь на выход, Андрей бегло осмотрел квартиру. Его просаженных теневых сил хватило лишь на присобачивание грубо скомпилированной из обломков входной двери к такому же изгвоздованному дверному косяку-франкенштейну, складированию крупного мусора в углу зальной комнаты и удалению веником и совком мелкой пыли за обесстекленное окно кухни. Видно было, что приходило гестапо, сердилось очень, но люди воспитанные были, однако, убрали за собой. Смех да и только. Кого он хотел обмануть? Марту?!!

Наспех напялив куртку, рассовав по карманам ключи и зажигалку, переложив из барсетки в карман джинсов некоторую сумму наличности и кредитку, Андрей, бережно прикрыв дверь, оценив степень разрушений снаружи квартиры, сбежал по лестнице вниз, задержав лишь на миг безразличный взгляд на человекоподобное пятно на стене.

Время неспешно приближалось к обеду. Дороги были уже порядком запружены бесчисленными авто, а пешеходные потоки в стиле броуновского движения уносили, утягивали за собой, стоило лишь шагнуть вглубь кишащей особями матрицы.

Человекопровод начинался не у дверей дома, а на удалении, при выходе со двора на магистральный тротуар. Идти в ту сторону не очень хотелось. Вызвав через приложение такси, Андрей принялся расхаживать на углу, присматриваясь ко всем таксомоторам, проезжавшим мимо. Словно намереваясь таким образом ускорить прибытие вызванного экипажа.

Раскинувшаяся мутно-рыжим киселём лужа, погребя под собой и тротуар, и проезжую часть асфальта, отделяла жителей многоквартирника от уличной суеты как Стикс от мира мертвых. Андрей, презрев её угрожающие размеры и глубину, вышагивал своими демисезонными кроссовками наискосок водяного зеркала, упорно не замечая превращения своей обуви в подобие жалких изношенных онучей. Не вполне соображая зачем, погруженный в свои мысли, одновременно с чавканием грязной жижи Андрей силился спланировать свои дальнейшие действия. Но, с каждым шагом и хлюпом жижи подступало ощущение, что он удалялся от маячившего где-то на горизонте решения. Выход тонул в этой грязи и никак не хотел вырисовываться. Осознание сего факта делало обстановку еще более неприятной и отталкивающей. Мысли расползались, превращались в мрачный туман, и лишь движение напролом липкой и грязной лужи интуитивно поддерживало у него иллюзию хозяина положения. Попирающего и ломающего препятствия.

На миг показалось, что эта лужа и есть квинтэссенция его жизни. Шагами меряя слякотную субстанцию из конца в конец подумалось, может, и не нужно этого. Всего вот этого… Не стоит уподобляться и ходить по воде как по сухому, или с помощью тени раздвигать липкую грязь в стремлении не замарать ботинки. А вполне достаточно отступить, шагнуть в сторону, выйти из замкнутого круга и навсегда распрощаться с окружающей его грязью и нечистью. Всего только шаг, один шаг…

Андрей отступил в сторону, на асфальт, свободный от лужи, и с удивлением посмотрел под ноги. Затем, не отдавая себе отчета, вновь шагнул в мутное мессиво, покорно склонив голову, позволяя измызганным ботам повторно погрузиться в полужидкую хлябь.

Наконец загрузив себя в подъехавший автомобиль, Андрей ухохлился на заднем сиденье и, подняв воротник, обхватив себя руками, вознамерился вздремнуть по дороге к месту работы Гуля.

Водитель, пожилой дядька в смешном пенсне и ярко-синем шарфе безуспешно пытался найти просвет в людском потоке, чтобы преодолеть преграду в виде заполненного бесконечно идущими людьми тротуара и выскочить на оперативный простор. Цыкая языком и недовольно что-то мыча, он понемногу продвигал машину вперед. Наконец ему это удалось. Не менее плотный поток транспорта с большой неохотой принял такси в свои ряды и увлёк на запад, в сторону нового города.