Олег Он – КАКОГО ЛЕПСА?!! или ВО ВСЁМ ВИНОВАТЫ ПОДУШКИ!.. (страница 3)

Стасян был юн и приятен наружностью. Девицы уже замечали его. Ростом он был немного выше среднего, широк в плечах, худощав.

Глаза его меняли цвет в зависимости от настроения.

У Стасяна были аристократически правильные черты лица. Светло-русые волосы доходили до плеч, и он собирал их в хвост.

Длинные волосы на Охотничьем острове отпускали шаманы.

Охотники, например, полностью брили голову.

Шаманы и охотники были местной аристократией, находясь на своеобразных полюсах отношения человека к природе: охотники олицетворяли потребление, шаманы – познание и жертву.

Прочие жители выбривали ту часть головы, которая символизировала их ремесло.

Например, куродятловоды отпускали пейсы на висках, выбривая затылок. Кузнецы и все, кто работал с металлом, брили почти всё, оставляя на макушке клок волос в виде креста.

Словом, каждый специалист таким образом обозначал свою социальную роль.

Настоящим шаманом Стасян пока не стал. Но явно стремился к этому – несмотря на все доводы родни против.

Потому он старался отрастить волосы как можно длиннее, из-за чего иногда получал неодобрительные отзывы островитян.

Он окончательно проснулся, пришёл в себя и вышел из спальни.

Вспомнить все подробности сна он уже не смог. В голове крутились какие-то образы, но не складывались в цельную картину.

Только образ подушек оставался удивительно ясным.

– Что ж… – вздохнул он. – Подушки подушками. Но не время спать.

Пойду жить.

* * *

Лес на Охотничьем острове всегда считался местом таинственным и заповедным.

Стасян любил прогуляться по лесу, несмотря на все слухи, отпугивавшие жителей от таких прогулок. Только охотники и шаманы могли позволить себе подобные вольности.

– Пришельцы! Пришельцы! – шипели старухи-сплетницы. – Нельзя! Опасно!.. Уже тридцать три человека пропало!..

Конечно, врали.

Пропал всего один человек. Да и того нашли через месяц в соседней деревне Сакы – в баре, где как раз именно тридцать три человека никак не могли оторвать его от очередной бутыли с очередным жутким пойлом.

Всеми сплетнями на острове заведовали Зита и Паразита – местные распространительницы слухов. Неразлучные старухи были известны по всему Сараю и Научному городку своими неудержимыми языками, а также наивнимательнейшими глазками и ушками.

Старожилы поговаривали, что у Зиты даже есть третий глаз, а у Паразиты – третье ухо.

Стасян, конечно же, не верил этим вздорным бабкам. Он спокойно гулял по лесу.

– Любишь опасности! Люби опасаться! Опасайся любить! – Стасян часто по этому поводу высказывался цитатой какого-то журналиста из одной забавной статьи, которую ему как-то дал почитать Дырявый Сом. Статья касалась каких-то честнейших чиновников, которые, посчитав себя пупом мира, так обчистили других чистейших чиновников – вчистую. Не сказать, что это был его девиз, но звучало!

Но на сей раз какое-то предчувствие тревожило его. Он не мог понять, что именно его беспокоит. То ли образы сна, который он никак не мог вспомнить. То ли странные запахи, плывшие по воздуху из глубины леса.

Тем не менее Стасян шёл, насвистывая очередной хит очередных поп-звёзд, разглядывал небо, слушал птиц и зверей.

Немного притомившись, он присел на траву на небольшой полянке.

И услышал голоса.

Они доносились из оврага – глубокого и потому тёмного.

Стасян заинтересовался. Очень тихо приблизился и подполз к краю обрыва.

Голоса были необычные. Похожие на горловые, каркающие. Они говорили не по-человечески. Может быть, это был даже не звук, а какое-то звучание прямо в его голове.

Ощущение было странное – почти фантастическое, похожее на сон.

Однако Стасян понимал всё, что они говорили.

Два голоса в темноте.

Сильный и слабый.

– Докладывай, – сказал сильный.

– Они попали в каузально-темпоральную спираль, – ответил слабый, – и оказались в прошлом. На острове во внутреннем море…

– Так вы их нашли?

– Только их потомков.

– Как так?!

– Они уже давно там. Это десятое поколение. Их численность превышает две тысячи. Они в основном освоили для обитания этот архипелаг. И прежде всего остров, на котором потерпела крушение основная группа СПЕЛА-67.

Часть потомков группы деградировала и одичала. Сам СПЕЛ-67 уже скончался.

– Что предлагают эксперты?

– Цивилизация на грани глобальных морфологических и психогенетических изменений. Контакт нежелателен – он может повлиять и на нас. Невозможно предсказать, какие изменения могут начаться. Даже сама группа СПЕЛА-67 уже подверглась, помимо деградации, изменениям непонятного характера и непонятной направленности. Чтобы изъять всех наших, потребуется полномасштабная спецоперация. Но в таком случае контакт неизбежен. Со всеми последствиями.

– Тогда пока только наблюдение.

– Продумать варианты точечных операций по изъятию?

– Да. Продумать. Но пока только наблюдать. Все действия откладываем на неопределённый срок. Жду отчёта. Исполняйте. Свободны.

– Там кто-то есть… – вдруг тихо сказал слабый. – Нас слышат.

И с этого момента юноша перестал понимать, что говорили эти голоса. Теперь он воспринимал их только слухом – как странное зловещее карканье.

У Стасяна похолодело внутри. Как в кошмарном сне.

Он даже сдвинуться с места не мог.

Из самой глубины живота стал подниматься такой неописуемый ужас, что хотелось только одного – проснуться и больше ничего не видеть и не слышать.

Голоса приближались.

Но их обладатели каркали всё тише и тише по мере приближения к краю оврага. Карканье превратилось в тихое шипение.

И тут ужас сменился паникой.

Ноги сами понесли Стасяна прочь.

Скорее, скорее.

Он бежал сквозь лес, сквозь паутину, висячий мох, ветви кустов и деревьев. Страх гнал его с такой скоростью, что редкий мопед или шахед смог бы сейчас его догнать.

У Стасяна было чувство, что он случайно подглядел в чужую тайну, потом проникся ею, а потом тайна сама заметила его и теперь будет держать под наблюдением. Он ещё не мог объяснить это словами, но ощущение чужого внимания прилипло к нему крепче, чем репейник к штанине. А репейников на штаны он действительно набрал кучу: синих, огромных и крайне липучих…

И тут в лоб ему что-то так стукнуло, что искры из глаз едва не подожгли лес.

В тот же миг он полностью вспомнил свой утренний сон.

Ему явились образы Зиты и Паразиты с криками:

– Мы же говорили!