Олег Новиков – Агора. Попаданцы поневоле (страница 55)

– Господа хотели бы осмотреть комнаты?

– Хотели бы, – с этими словами старший из варваров расстегнул плащ и снял шлем.

Уже в следующую секунду Панкратий онемел от удивления: на варваре висела цепь, и какая? Мало того, что она сама по себе выглядела произведением искусства, её вес, по прикидкам владельца постоялого двора, превышал две мины и это только в серебре, но ведь на ней были и золотые бляхи.

– Целое состояние, вот уж поистине варварская роскошь, – подумалось ему.

Два остальных гостя тоже выглядели вполне презентабельно и богато, но в сравнении с их вождем были просто воронами перед павлином.

Тем временем варвары закинули за спины висевшие у каждого из них на плече какие-то странные железные приспособления и поправили ременные перевязи с длинными кавалерийскими мечами незнакомой Панкратию конструкции.

Впрочем, хозяин «Золотого быка» был так увлечен созерцанием драгоценного колье на шее архонта, что почти не обратил на это никакого внимания. Наконец, он пришел в себя и, не отрывая свой взгляд от цепи, щелкнул пальцами – за спиной у хозяина, словно ниоткуда, появился мальчик-раб, выполняющий обязанности посыльного.

Панкратий сменил елейно–заискивающий тон на строгий и приказал мальчишке:

– Прими у господ плащи и почисти их от пыли, да осторожней, это очень дорогие вещи.

– Чистить не надо, это лишнее, – сказал спутник вождя.

Этот варвар выделялся своим ростом и богатырским телосложением. Череп его был наголо выбрит, нос перебит, а на щеке красовался шрам.

– Ну и рожа, – подумал Панкратий, – как там его, Леонидус Виталий, с такой только в цирке гладиатором выступать, а глаза! Взглянет – и мурашки по коже забегают, по коммерческим делам он приехал, купец говоришь, угу, купцы с большой дороги.

Тем временем слуга очень осторожно взял плащи, облегченно вздохнув, довольный тем, что его избавили от лишней работы, тихо удалился.

– Я отдам распоряжение об обеде, господа, на три персоны, а ваших слуг покормят на кухне. Пока же готовится обед, мы можем осмотреть комнаты.

– У нас нет слуг, – вдруг заявил старший из варваров, потом добавил, – с нами нет. Там во дворе – наши боевые товарищи.

– О, простите, достойные господа, тогда, конечно, на пять персон. Что господа предпочитают на обед: цыплят в медово-горчичном соусе, мясо ягненка, может быть, молочных поросят?

Варвары переглянулись, на секунду повисла гробовая тишина, но ее быстро прервал варвар со шрамом.

– Неси поросятину, фруктов, закуски и вина получше, а то горло свербит от дорожной пыли.

– Конечно, господа, сейчас отдам распоряжение. Он похромал в сторону кухни, прикидывая в уме, сколько запросить за обед с этих дикарей.

– Да, и ещё, хозяин, – окрик застал его на полдороге, – скажи слугам, чтоб не смели разбавлять вино водой, мы его сами разбавим, если захотим.

– Как скажете, господа, как скажете.

Жуков. Игнатьев. Артём

– Ну что, товарищ лейтенант, что скажешь по поводу отеля? – обвел пространство руками Жуков.

– Что такое отель? – спросил Игнатьев.

– Это так в наше время гостиницы называются, английское слово, -пояснил Артём.

– Вам что, русского языка мало? Да кстати, что это мы на местном балакаем, так и родной язык забудем, а то эти кураторы и думать на румелийском научили.

– Не цепляйся к словам, лейтенант, переходим на язык родных осин. Так что скажешь? – примирительно сказал Жуков.

– Скажу, что разместить личный состав можно вполне, я бы сказал, с комфортом, и навесы во дворе есть под технику, и конюшни для лошадей найдутся.

– И закрытый периметр двора: у входа соорудить огневую точку, укрепив ее мешками с песком, шлагбаум поставить, заграждения с рогатками и колючкой, по углам пулеметные вышки… – продолжил его мысль Жуков.

– Да ты стратег, Леонид, – усмехнулся Игнатьев.

– Нет, Андрей, жизнь научила, просто имею некоторый опыт.

– В этом, как его, Афганистане?

– В нем родимом, чтоб ему…

– Ясно, ну тогда в продолжение твоей мысли нужно и ограду укреплять, а то она для отражения штурма не подойдет, больно хилая.

– И гульбище тогда уж делать, – вставил свою мысль Артём.

Игнатьев и Жуков вопросительно уставились на Головачёва-младшего. Не дожидаясь вопроса, тот пояснил.

– Гульбище – это галерея на стенах крепости для стрелков.

– Аааа… А мы-то совсем другое подумали, – хмыкнул Жуков.

– Каждый понимает в меру своей испорченности, дядя Леня, – пошутил Артемий.

Игнатьев засмеялся.

– Поговори у меня ещё, салага, – беззлобно огрызнулся Жуков.

– Уел он тебя, Леонид.

– Угу, можно подумать, что ты знал, как называются эти крепостные галереи, тоже мне – знаток.

Они рассмеялись.

– Ладно, если серьезно, мы тут размечтались, а вдруг с хозяином не договоримся. Что думаешь Леонид?

– Договоримся, Андрей, договоримся. Гостиница у него пустует, видимо, низкий сезон, на ремонт денег нет, вон видишь, – он показал рукой на стены, – штукатурка обшарпана, росписи не обновлялись, дверь рассохлась – не все так у него хорошо, деньги ему нужны. Ты, главное, не торопись: поторгуемся и заедем к утру. Не сомневайся.

– Хорошо. Артём, иди, зови наших.

Артём пошел во двор за Емельяненко и Манвеляном.

Жуков спросил:

– А ты видел, Андрей, его реакцию на твою цацку? – он потрогал иннаугурационную цепь. – Он тебя, наверное, за варварского царька принял. Ты уж, извиняй если что, ваше величество, или, как там Пилипенко сказал, "Прынц," кажется?

– Пошёл ты, знаешь куда, со своими царьками и принцами.

– Всё, все уже иду, – с улыбкой ответил Жуков, – а вот, кстати, и наш хозяин появился.

В атриум в сопровождении молоденькой служанки, несшей на плече вместительный кувшин с вином, вошел Панкратий.

– Ну вот, почтенные господа, распоряжения отданы, в течении часа будет готов обед. Не угодно ли гостям, наконец, осмотреть комнаты? – и, обращаясь к рабыне, приказал: – Накрой стол и принеси чаши.

– Что же, пойдем, хозяин, поглядим, что ты нам можешь предложить, – ответил Жуков.

Панкратий повел их вдоль галереи и открыл одно из помещёний.

– Вот, господа, это лучшая комната, просторная и светлая, с удобной широкой кроватью, вот тут ниша для багажа и верхней одежды. Под кроватью ночной горшок, чтобы господа не утруждали себя посещёнием уборной, кстати, уборная и термы находятся в отдельных помещёниях, и постояльцев не беспокоят лишние запахи и шум.

Панкратий продолжал экскурсию по номеру, демонстрируя письменный стол с вдвижным ящиком, масляный светильник и удобное резное кресло, при этом думая про себя:

– Зачем я это делаю, всем же известно, что варвары не умеют писать, они же дикари, чуть умнее животных.

К его удивлению звероподобный варвар спросил:

– Хозяин, а у тебя есть письменные принадлежности?

Если бы кошка Клитии вместо своего мяуканья заговорила человеческим языком, он бы удивился меньше.

– Эээ… Прости, господин, ты сказал – письменные принадлежности? Я правильно тебя понял?

– Абсолютно правильно. Что там у тебя: стилусы и восковые таблички?

– Да-да, конечно, прикажу всё принести.