Олег Новиков – Агора. Попаданцы поневоле (страница 46)

– Этот человек среди нас? – спросил Игнатьев.

– Нет, Андрей Максимович, увы, его с вами больше нет.

– То есть, как нет?

– Он погиб в бою незадолго до перехода, мы просто не успели его спасти. Нелепая случайность – пуля в голову и разрушение более половины мозга.

– А ваша регенерация тканей, как же она? – поинтересовался Вяземский.

– Только не в этом случае, Владимир Викентьевич: разрушение мозга – это конец. Если бы это были просто органы или даже сердце, но голова – увы.

– Это был ефрейтор Труханов, – сказал Игнатьев, – у него одного полголовы снесло вместе с каской. Единственная потеря моего взвода, какая нелепость, угораздило же.

– Война, – философски заключил Вяземский.

– Так, ну и что же нам теперь прикажете делать? – спросил Жуков, – Мы же не вырастим в своем коллективе нового уникума, или без него можно обойтись?

– Без него нам не обойтись, и вырастить его вам не удастся, – ответила голограмма, – а что вам делать, я скажу. Вам, прежде всего, нужно жить и вживаться в этот мир, подстраивая его под себя и готовя материальную и политическую базу для приема очередного посланника с уникальными способностями. Он должен появиться в течение трех местных лет, может, чуть раньше : именно тогда на краткое время откроется окно в ваш бывший мир, и мы постараемся переместить нужного нам человека сюда.

– Вы нам сообщите об этом? – спросил Кириллов.

– Сообщим, безусловно, сообщим и точное время перехода, и район. У этого человека будет одна особенность, в отличии от вас, он не потеряет сознания при перемещёнии или, точнее, почти не потеряет: ему будет плохо, но в продолжительное беспамятство он не впадет.

– Вы сказали, что сообщите время и место, стало быть, он минует эту базу, – Кириллов обвел вокруг себя руками.

– Да, краткий период открытия хроно-пространственного окна не даст возможность задействовать нашу базу. Так что перемещаться он будет прямо на Агору, но об этом говорить рано. Ваше основное задание здесь и сейчас – это выжить и достичь определенного общественного положения в структуре одного из государств планеты.

– Ясно, приложим максимальные усилия, – сказал Кириллов.

– Да, прикладывайте, это, прежде всего, в ваших же интересах, Евгений Николаевич, тем более, со своей стороны мы обещаем вам определенную поддержку. А теперь давайте поговорим о социальной и политической структуре мира, в котором вы окажетесь. Я уже говорила вам, эту планету населяют потомки выходцев с Земли, пострадавших от пандемии. Так вот, так как болезнь распространялась с востока на запад по всей Евразии, мы так же заселяли спасенных по линии Восток-Запад на основной континент.

В этот момент на месте столба из света и голограммы Эолы в центре зала возникла огромная рельефная 3D карта с очертаниями границ расселения племен и народов, городов и государств. Появлялись и исчезали этнические облики людей, причудливые архитектурные формы дворцов и храмов, порой до боли знакомых, а порой абсолютно неведомых зрителям.

Голос Эолы комментировал это шоу:

– В результате случившегося на востоке этого континента живут, как и на Земле, потомки китайцев, создавшие империю Син, и полностью от них зависящие народы, населяющие земную Юго- Восточную Азию. На экране возникли очертания большого государства с Востока и Юга, омываемого морями и прикрытого от соседей высокой горной грядой на Севере и Западе.

Эола продолжала:

– Далее на Запад лежит Ассанидская империя или царство Ассанидов – это потомки персов и покоренных ими племен.

У всех перед глазами раскинулась бескрайняя империя, простирающаяся от Синских гор и далее на заход местного Солнца, она включала в себя пустыни и степи, леса и равнины, заснеженные пики гор и плоскогорья, сотни больших и малых городов и селений.

Кириллов, Денисов и Игнатьев завороженно смотрели на экран, немалый интерес проявили Головачёв и Жуков, они хоть и имели представление о 3D графике, но такое качество изображения просто ошеломляло. К тому же подобный экскурс в местную историю и политику был не просто интересен, он был жизненно необходим.

Наглядная лекция продолжилась, экран сместился ниже.

– Южнее располагаются потомки индусов, у них нет единого государства, а наличествуют больше сотни более-менее крупных княжеств и царств.

Перед присутствующими возник большой полуостров с многочисленными островными архипелагами, он мало чем походил на известную всем Индию, скорей уж по форме напоминая изогнутый полумесяц, клином уходящий в океан. На политической карте его перерезали десятки границ, делавших местный Индостан похожим на лоскутное одеяло.

– А почему тогда их не захватили соседи, если нет единого центра? -подумалось Кириллову, он вспомнил учебник по истории Древней Руси. – Там феодальная раздробленность и все такое…

Свою мысль он высказал вслух. Эола ответила.

– Вы правы, Евгений Николаевич, все они находятся в перманентной войне друг с другом. Однако попытки захвата их соседями всегда кончались плачевно: при вторжении на их территории междоусобные распри заканчиваются и, объединившись, им удается выкинуть непрошенных гостей с своего полуострова, а потом междоусобица вспыхивает вновь.

– Интересно живут местные феодалы, весело – хмыкнул Игнатьев.

– Да, не скучают, – подтвердила Эола, – только хочу поправить вас, Андрей Максимович, – обратилась она к Игнатьеву. – Здесь пока нет феодалов, феодализм и крепостное право, если пользоваться известной вам марксистской концепцией, это светлое будущее местного человечества.

– Ничего себе, – присвистнул Игнатьев, – а сейчас-то у них что?

– Рабство и классический рабовладельческий строй, но об этом потом, – ответило изображение девушки.

– Далее на Запад от Ассанидов, – продолжила она, – находится около двух десятков, так называемых, "вольных" городов-государств и мелких деспотий, которые то вступают за мзду и преференции в союз Ассанидами, то продаются их основному противнику Румелийской республике.

Вот о последней мы и поговорим подробней, потому что именно туда вы и отправитесь.

– Я так понимаю, Румелийская республика – это что-то вроде древнего Рима, – не удержавшись, спросил Головачёв.

– И да, и нет, Виктор Сергеевич. В отличие от Рима ее основали не только римляне, хотя, пожалуй, их потомки там доминируют, но в целом это республика народов, так называемого, внутреннего моря или огромного соленого озера.

– Это как наше Средиземноморье.

– Можно сказать и так, только климат более жаркий, потому что ближе к экватору, так что почти не бывает зим. Надо вообще сказать, что на Агоре в силу ряда причин теплее, чем на вашей родной планете.

На экране возникла карта Румелии или Румелийской республики.

– Эта страна раскинулась на западе континента и располагалась поначалу вокруг Внутреннего моря, постепенно расширяя свои границы в основном на север и запад континента, покоряя окрестные племена потомков галлов и, прежде всего, германцев.

– Хм, ты зараза, и тут германцы есть, – не удержался Денисов, – и сюда пролезли твари.

– Насколько понимаю я, между вашими германцами и местными полудикими племенами, живущими по лесам и болотам севернее Румелийской границы, дистанция огромного масштаба, – заметила Эола.

Денисов ничего не ответил, только дернул краешком рта.

На экране возникла карта Внутреннего моря с островами, береговой линией, изрезанной многочисленными бухточками, большими удобными заливами, гаванями кораблей и приморскими городами. Центральным из них была столица Румелия. Город насчитывал более полумиллиона жителей и считался одним из трех самых крупных мегаполисов планеты, превосходя Ассанидский Иштар и сильно уступая синскому Аньфэну- столице местных китайцев. Все это отражалось на графике. Далее шли цифры и статистика.

Кириллов пытался их запомнить, но у него плохо получалось, заметив его внутреннее напряжение, Эола успокаивающе произнесла:

– Вы просто смотрите и слушайте, постарайтесь уловить суть, а детали сами ложатся вам в подкорку мозга и всплывут, когда будет нужно.

Кириллов успокоился и отдался потоку общей информации.

Вскоре они узнали, что румелийцы – это не только потомки римлян, но и греков, и даже частично финикийцев из Карфагена или, как правильно сказать, Кар Хадаша. Заброшенные на эту территорию все вместе, а стало быть, вместе были вынуждены выживать и бороться с природой и агрессивными соседями.

Так, что Пунических войн между римлянами и карфагенянами в этом мире не было, да и Карфаген не был разрушен, потому как нельзя разрушить то, чего нет. В общем, народы приспособились, притерлись друг к другу, основали города, установили законы и создали устойчивую государственную структуру.

Главенствующую роль в них заняли потомки Ромула, они составили политическую и большую часть военно-административной верхушки, держали примерно половину банковской системы, владели землей. Финикийцы занялись привычной им морской торговлей, слава их торговых домов гремела по всему внутреморью, не брезговали ростовщичеством, а порой и пиратством, а как следствие, безусловно, имели свое лобби в сенате. Производственные предприятия Румелии, как правило, находились в руках потомков греческой общины, они же брали на откуп рудные месторождения. Были, конечно, и нередкие исключения, но они, как известно, лишь подтверждали правило.