Олег Новиков – Агора. Попаданцы поневоле (страница 48)

– Проклятье, я безоружен, а если это Земля, если война и – немцы…, живым не сдамся.

Он быстро отполз за ближайший куст и затаился.

– Кустарник густой, могут не заметить, – подумал он

Но, когда на поляну вышли трое, у Евгения отлегло от сердца.

– Все-таки это не сон, – подумал он. – Другая планета, их новый мир.

На поляне стояли и озирались вокруг Жуков, Вяземский и Игнатьев. Они негромко переговаривались и явно кого-то искали.

Кириллов встал и вышел из-за куста. Его заметили и все устремились в его сторону.

– Ну, вот и командир нашелся – воскликнул Жуков, – а мы думали, что уже вас потеряли, или не отпустили эти кураторы.

Игнатьев козырнул и хотел по привычке доложить.

– Товарищ капитан…

– Погоди, Андрей, потом доложишь, – совсем по-простому сказал Кириллов и сгреб в охапку обалдевшего Игнатьева.

– Живы, живы, понимаешь, и слава богу, раз из той передряги выбрались, то, значит, и здесь выживем.

Затем обнял Вяземского и крепко пожал руку Жукову.

– Как себя чувствуете, Евгений Николаевич, – спросил Вяземский.

– Прекрасно, доктор, а где Денисов и Головачёв.

– Они в лесу в полукилометре отсюда. Головачёва переместили не совсем удачно, он до сих пор в себя не пришел, капитан Денисов с ним остался, ну, а мы вот за вами, значит, пошли. Думали и у вас проблемы, может, без сознания или ещё что похуже.

– Да, видимо, я тоже очнулся не сразу, а как вы узнали что я здесь? – удивился Кириллов.

– Это сложно объяснить, – сказал Вяземский, – но когда, с позволения сказать, тело материализуется в этом мире, то окружающие люди чувствуют странную вибрацию и оптическое искривление пространства в месте перехода.

– Вот мы и определили направление и примерное место вашего нахождения, – подтвердил Игнатьев.

– Ладно, теперь все ясно, пойдемте к Головачёву и Денисову, а там и своих начнем искать.

– А чего их искать, там они, недалеко, – Жуков махнул куда-то в сторону, – на другом берегу реки или озера. Их слышно было, моторы работали, этот звук не спутать.

– Хорошо, что недалеко. Кстати, оружие у кого-нибудь есть, а то у меня кобура пустая.

– У нас тоже, – почти хором сказали Игнатьев и Вяземский.

–Ну, а мой "Тигр" вообще с машиной утоп, – ответил Жуков.

– "Тигр"?

–" Тигр" – охотничий карабин, – пояснил он.

– Понятно, – хмыкнул Кириллов. – Забавное название, ну да ладно, пошли, охотник.

Через несколько минут они нашли Денисова, который, намочив из фляжки свою пилотку, прикладывал ее к голове пришедшего в себя, но бывшего явно в не лучшей форме Головачёва.

– Что болит? – спросил Вяземский. – Как вы?

– Голова раскалывается, даже говорить больно.

– Потерпите, я сейчас вам помогу.

Вяземский осторожно взял голову моряка и стал сначала легко, потом все более интенсивно массировать и разминать какие-то точки на его шее затылке и висках. Боль понемногу стала стихать, и Головачёв почувствовал себя лучше.

– Спасибо, доктор, мне лучше, отпускает. Помогла ваша акупрессура.

– Шиацу, – ответил Вяземский, – у нас его практиковал один врач, долго служивший на КВЖД в Харбине, он меня кое-чему научил. А вы, я так понимаю, тоже знакомы с точечным массажем?

– Да, но очень поверхностно.

– Если вам лучше, можем продолжать движение, нужно до своих добраться. Идти сможете? – спросил Кириллов.

– Да. Думаю, да.

– Тогда вперед!

Своих они обнаружили, как и предполагалось, на берегу довольно большого озера, вытянувшегося с востока на запад.

Кириллов с удивлением ещё издали увидел большое количество разнообразной техники, в основном автомобильной, и очень приличный табун лошадей, голов под сотню.

– Ни хрена себе, – удивленно произнес Игнатьев, – откуда такое богатство, чего мы со всем этим делать-то будем?

– Не бойся, лейтенант, – усмехнулся Денисов, – имущества много не бывает, оприходуем.

– Не сомневаюсь, – проговорил Жуков, – бесхозным не останется.

– Да, бывшим хозяевам оно ни к чему, – сказал Вяземский и снял с головы фуражку.

Его примеру последовали остальные.

– Ладно, не раскисать, товарищей наших не вернуть и нам уже в прошлое не вернуться. Тем более, вон глядите: не только наша техника тут, вон за кустами мышиного цвета машины, – ободрил их Кириллов и показал в сторону зарослей.

В нынешнее расположение отряда вела едва заметная тропа, петлявшая вдоль берега, по ней они и пошли. Как оказалось, их давно заметили, лейтенант Кузьмин, временно взявший на себя командование, довольно грамотно выставил секреты. Когда они поравнялись с кустами терновника или похожего на него местного растения, их окрикнул часовой.

– Стой, кто идет?

– Свои, не узнал, что ли, – весело откликнулся Кириллов.

Из кустов, широко улыбаясь, поднялся младший сержант из денисовской роты и, приложив руку к пилотке, громко, как на плацу, произнес.

– Старший поста младший сержант Гришин, Я, товарищ подполковник, узнал вас сразу, вы с товарищами командирами мимо одного секрета уже прошли и не заметили, а мы – второй. Я уже послал бойца к лейтенанту Кузьмину, он пока у нас за старшего, чтоб вас встретили.

– Послал, хорошо, но мы и сами дойдем, думаю, не пристрелите, как шпионов, – пошутил Кириллов

– Что вы, никак нет. Мы за вас очень волновались, некоторые думали, что вас в заложниках оставили эти…как их? Тьфу ты пропасть, забыл…

– Кураторы, – подсказал Вяземский

– О, точно – кураторы.

– С оружием как у вас сержант? – спросил Кириллов.

– Вот винтовка и четыре обоймы имеются, – сержант показал на свою мосинку.

– Я имею в виду вообще в отряде?

– Аа… с этим полный порядок: и оружие, и бронетехника, и боеприпасы.

– Бронетехника? – переспросил Денисов.

– Ну да, танк там, наш БТшка, тот что на броде, и броневики: один-то наш да немецкие две штуки.

– Похоже, сюда стащили всё, что было в районе перехода и должно было погибнуть, – заключил Головачёв.

– Похоже, – согласился Кириллов. – Надо посмотреть, что на ходу, а что – откровенный хлам, если такой имеется. Смотрю, и лошадей у нас прибавилось.

– Так точно, пасутся, стреножили, чтоб значит не разбредались, – ответил Гришин.

– Ну, это правильно, – одобрил Кириллов, – Ладно, товарищи пошли дальше. Благодарю за службу, сержант.