Олег Мушинский – 13 заповедей (страница 32)

Хмурый мужчина вышел из рубки баржи и прошел по палубе туда, где отсутствовала часть борта. Антон остановил шагоход там. Иния первая выскочила наружу. Высота палубы была несколько ниже, чем двери шагохода. Ее сапоги громко стукнули о палубу. Доски скрипнули.

- Привет, Нильс! - сказала Иния. - А вот и я.

- Ини? - удивленно произнес тот, кого она назвала Нильсом. - Тебя тут твои уже обыскались.

- Да пошли они в задницу! - бесцеремонно заявила в ответ девица. - У меня теперь новая жизнь и уважаемый босс.

Антон остановился на пороге.

- Чем могу помочь, уважаемый? - спросил Нильс.

- Мне нужно на время оставить шагоход, - ответил Антон.

- Он не краденный, - тотчас добавила Иния. - Но спрятать надо так, будто он краденный.

Морщины на лбу Нильса изобразили сложную композицию.

- Чудно придумано, - сказал он. - Но если заплатите, почему бы и нет. Спрячу.

- Заплатим, - пообещал Антон, оглядываясь по сторонам.

Свидетелями их разговора было только семейство лисиц. Детеныши с любопытством таращились на механическое чудо, что так внезапно забрело к ним в гости, и даже порывались пойти познакомиться поближе, но взрослые быстро призвали их к порядку.

- В разумных пределах, - добавила Иния. - Мы как бы на мели сейчас.

- На мели, - повторил Нильс спокойным тоном, не осуждая и не одобряя, а лишь констатируя это как факт. - Это не очень хорошо. Лучше бы ты, Иния, вернулась в Беловодку.

- Беловодку тоже в задницу, - заявила девица. - Так как, спрячешь шагоход?

- Сказал же - спрячу, - ответил Нильс. - Три серебряных талера в день. И хотелось бы хоть что-то получить вперед.

Это было значительно дороже, чем за парковку в городе, но в разумных пределах.

- Договорились, - сказал Антон.

Иния стрельнула в него взглядом, сигнализуя, что он неправильно делает.

- Но вперед заплачу только три талера, - добавил Антон.

- Пойдет, - сказал Нильс. - Поставьте шагоход вон там, - он указал на корму баржи. - И готовьте деньги.

Иния ловко вскарабкалась в кабину еще до того, как Антон сел в кресло.

- Можно было сторговаться и подешевле, - сказала девица.

Антон дал "малый вперед" и шагоход медленно двинулся вдоль борта. Лисы с интересом провожали его взглядами.

- Будем считать это надбавкой за риск, - ответил Антон. - Если тут найдут мой шагоход, от него наверняка потребуют рассказать, где его владелец.

- Не сомневайтесь, босс, он вас тут же сдаст.

- Только я не собираюсь делится с ним своими планами.

Иния согласилась, что вот это разумно. Шагоход проследовал мимо кормы. За ней оказалось свободное пространство, где едва хватило места припарковаться. Дальше возвышалась на три этажа деревянная башня с огромным водяным колесом. С его лопастей неровными рядами свисали сосульки. Эти лопасти вместе с сосульками скрыли шагоход от взглядов с другого берега. По крайней мере, от не самых пристальных и внимательных взглядов.

- И как мы попадем в город? - спросил Антон.

- Под канатной линией, - ответила Иния. - Мигранты там постоянно ходят.

- Но я-то не мигрант.

- Ну, вообще-то, да, - согласилась Иния, и озадаченно посмотрела на Антона.

- Значит, придется замаскироваться под мигранта, - сказал он.

В романах героям нередко приходилось выдавать себя за кого-то другого. Причем нередко за кого-то из менее привилегированных слоев общества. К ним обычно внимания меньше.

Над кабиной скользнула тень. Антон взглянул наверх. Над ними проезжала, покачиваясь, очередная подвесная платформа. Затем ее заслонила блекло-зеленая сеть. Она была в такую мелкую ячейку, что сквозь нее ничего толком не было видно. Судя по тому, с какой быстротой Нильс развернул ее в одиночку, проделывал он этот трюк не впервой.

- Надеюсь, там документы не проверяют? - спросил Антон.

- Какие документы у мигрантов? - вопросом на вопрос ответила Иния.

- Ах да, верно. Тогда давай посмотрим, во что бы мне переодеться.

Из личных вещей у него был только запасной костюм - столь же приличный, как и тот, что был надет на Антоне, только не белый, а светло-кремового цвета. Впрочем, была еще рабочая одежда. Так Кади называл то тряпье, которое надевал во время особо грязных работ. Антон открыл рундук и застоялый запах илового масла шибанул в нос.

- Ну и вонь, - проворчал он, ладонью разгоняя воздух.

- Зато за механика сойдете, - сказала Иния.

- Скорее, за механизм, - ворчливо отозвался Антон. - Так, что тут у нас?

Он вытащил на свет дождевик из плотной ткани. На вид - чистый, но застоявшимся маслом несло так, что хоть нос зажимай. Антон тотчас отложил дождевик в сторону и полез искать дальше. Остальное оказалось еще хуже.

- Ничего приличного, - резюмировал Антон.

- Так это же рабочая одежда, - отозвалась Иния. - Вон дождевик очень приличный, кстати.

- От него за километр маслом несет!

- Ах, масло, - Иния махнула рукой. - Это ерунда, босс. Принюхаетесь.

Антон хмыкнул. Потом подумал, что времени на поиски приличного магазина за пределами стен у него нет, и со вздохом развернул дождевик. По высоте он мог укрыть Антона с головы до пят. На серо-зеленой ткани темнели темно-зеленые пятна. Скорее всего, именно они и служили источниками запаха.

- На меня же все оборачиваться будут, - проворчал Антон.

- Скорее, отворачиваться, - отозвалась Иния. - Но это приличные люди. А там, где машины работают, никто и внимания не обратит.

- То, что нам и надо, - произнес Антон.

Произнес без всякого энтузиазма. В недавно прочитанном романе герой, укрываясь от нанятых наследниками убийц, так и вовсе намазался маслом, чтобы выдать себя за крестьянина, но на такую жертву Антон пойти был не готов. Тем более что у того героя тоже не очень-то получилось. Его уже в середине книги опознали по ухоженным рукам и чуть не убили.

Антон нашел на полке рабочие рукавицы - большие, кожаные и потрепанные. Сунув внутрь руку, он ощутил пальцами что-то липкое. Антон вывернул рукавицу и обнаружил, что кожа растрескалась и через трещины внутрь попало вездесущее масло. Других рукавиц или перчаток не нашлось.

- Когда всё это закончится, - ворчливо произнес Антон. - Напомни мне, пожалуйста, что я собирался отказаться от храмовой почты и заниматься только мирской.

- Хорошо, босс.

Антон накинул дождевик поверх костюма. От воротника поднимался наимерзейший запах. Немного спас положение шарф. Антон замотал им всё лицо, оставив только глаза. Сквозь шарф запах проникал заметно слабее, но Антон не сомневался - всё, что не добралось до его носа, осядет на его шарфе. Костюм-то точно придется в стирку отдавать, а вот шарф… Шарф, наверное, придется просто выбросить.

Еще пару минут ушло на попытки пристроить под одеждой трехстволку, однако все они оказались неудачными. Носить же оружие открыто простому мигранту не следовало.

- Ладно, придумаем что-нибудь на месте, - сказал Антон.

Надев перчатки, вздохнув и натянув поверх них рукавицы, он объявил, что готов. Иния окинула его взглядом.

- Вроде, да, - сказала она.

- Тогда скорее на свежий воздух.

Иния усмехнулась.

Они вышли из кабины на крышу рубки. Оттуда вниз вела деревянная лестница. Внизу их поджидал Нильс. Взглянув на наряд Антона, он тихо хмыкнул, но свое мнение предпочел удержать при себе. Получив деньги, Нильс только спросил, через сколько дней можно будет считать уважаемого клиента погибшим и больше не заботиться о его собственности.

- Вообще-то я не собираюсь погибать, - сказал Антон.

- Тогда я буду верить в вас ровно неделю, - пообещал Нильс и взглянул на солнце.