Олег Моисеев – Во имя искусства (страница 5)

– Не торопись, – ответил Герман. – Я не из полиции, так что свободного времени у меня предостаточно.

– Очень рад за тебя, но у меня такой роскоши нет, – осклабился Володя. – У меня на шее ещё несколько надоедливый писак, которые постоянно требуют моего внимания. Пришлось, знаешь ли, подобрать парочку дарований, потому что мой главный козырь ушёл не попрощавшись.

– Я ещё тогда попросил у тебя прощения, – пожал плечами Герман. – Да и ты до сих пор должен получать проценты с переизданий и остальных продаж.

– Да ладно. Это всё шутки, – ответил агент. – Пытаюсь собраться с мыслями.

– Можно начать издалека, – предложил Герман, сделав ещё глоток кофе после чего поставил чашку обратно на стол. – Кем работала твоя дочь?

– Журналисткой, – ответил Володя.

Ника тихо присвистнула. Писатель не обратил на это никакого внимания, продолжая смотреть на своего литературного агента.

– Ничего такого, – сказал толстяк. – Вела что-то типа блога в интернете. Считала себя независимым журналистом. Освещала, в основном, всякие светские мероприятия. Ещё любила ковыряться в грязном белье местных знаменитостей. Пару раз публиковала материалы о зарвавшихся чиновниках, но там были мелкие сошки. Ничего серьезного.

– Ты уверен, что никто из тех, про кого она писала, не затаил на неё обиды? – спросил Герман.

– Она писала о всяких пустяках, – отмахнулся агент. – Может я и не лучший отец, но всё равно приглядывал за ней. Если бы кто-то точил на неё зуб я бы узнал об этом раньше всех.

– Ты бы удивился как часто из-за всяких пустяков случаются беды, – произнёс писатель.

– А ты, я смотрю, в таком разбираешься?

– Больше, чем мне хотелось бы, – ответил Герман.

– В любом случае, полиция проверила всех, кто хоть как-то ей угрожал за последнее время, – сказал Володя. – Да и никто из них не виноват.

– Откуда такая уверенность?

– Оттуда, что я видел письмо, которое ей пришло накануне её исчезновения, – ответил агент.

Герман вопросительно посмотрел на своего собеседника.

– В общем, она получила письмо с наводкой, – продолжил толстяк. – Кто-то написал ей, что в одном пустующем здании проводят сделки. Торговля людьми.

– Звучит серьезно…

– Да ерунда это всё, – отмахнулся Володя. – Не было в том здании ничего такого. Просто новый офисный комплекс, готовящийся под аренду. Никаких торговцев людьми. Да и кто в здравом уме станет это делать почти в центре города? Моя дурная дочь, видимо, поверила в эту историю и пошла проверять… После этого её никто больше не видел… Но это не самое страшное… – Володя тяжело вздохнул. – Самая жуть в том, что в подвале этого здания нашли скульптуру.

– Скульптуру? – переспросил Герман.

Ника подалась вперёд, ожидая продолжения.

– Да, скульптуру. Вот только… – толстяк запнулся, стараясь оформить мысль. – Не знаю, как сказать даже… Это дерьмо как будто из твоих книг.

– В каком смысле? – удивился писатель.

– Скульптуру сделали из мертвого тела, – ответил агент. – Букет цветов вместо головы, постамент, выставленный свет, дыра в груди… Кто-то очень сильно постарался. Я боюсь, что моя дочь нашла её раньше, чем того хотели. И ещё я боюсь, что…

– Она уже мертва, – закончил за него Герман.

– Да, – Володя бросил позолоченную ручку, которую всё это время крутил в руках обратно на стол. – Не хочется в это верить, – он закрыл лицо руками, – но выглядит вся эта история очень хреново, понимаешь?

Герман кивнул и бросил короткий взгляд на Нику в соседнем кресле. Девушка задумчиво смотрела куда-то в сторону.

– Полиция вообще ничего не нашла? – спросил писатель.

– Они всё ещё ищут, но… – пожал плечами агент, убирая руки от своего лица. – Времени прошло уже много. Они, конечно, не говорят, но я-то знаю, что у них и без этого хватает забот, а зацепок по делу моей дочери никаких нет, кроме того письма. Так что на них у меня нет надежды. Тем более, их намного больше заинтересовала эта жуткая скульптура.

– Я тебя понял, – кивнул Герман.

Они немного помолчали, каждый думая о своём.

– Ты же вроде теперь занимаешься такими вещами? – спросил толстяк. Он наконец-то притронулся к своей чашке кофе, сделав небольшой глоток.

– Всё немного сложнее, – ответил Герман, – но я попробую тебе помочь.

– Что от меня требуется? Деньги? Связи? Только скажи – я готов облизать любую влиятельную задницу в этом сраном городе, если потребуется.

– Попридержи коней, Володь. Для начала мне нужно попасть к ней в квартиру, – ответил писатель.

– Полиция там уже всё перевернула верх дном.

Ника фыркнула и откинулась назад в своём кресле.

– Неважно, – ответил Герман. – У меня свои методы.

– Думаешь она вернется туда? – тихо спросила Ника.

Герман ей ничего не ответил.

– Я попробую раздобыть ключи, – сказал Володя.

– Ещё было бы неплохо взглянуть на это письмо, – продолжил писатель.

– Оно наверняка у полиции, – вновь подала голос Ника.

– Тут сложнее, – ответил агент. – Полиция приобщила его к делу. Я могу попробовать получить копию.

– Копия не подойдёт, – сказал Герман. – Нужен именно оригинал.

– Зачем?

– Лучше не задавай лишних вопросов. Я всё равно не смогу на них ответить. Просто доверься мне.

– Хорошо… – медленно кивнул Володя. – Я попробую связаться с парой людей… И это всё?

– Ещё не помешает адрес того здания, где она была в последний раз.

– Это самое простое, – ответил агент. – Только там теперь всё перекрыто.

– Это уже мои проблемы. У меня есть свои методы, как проникать в такие места.

– Ты поменял карьеру писателя на карьеру взломщика? – слабо усмехнулся толстяк.

– Нет, конечно, – покачал головой Герман. – Я же просил не задавать вопросов?

– Ладно, но теперь ты меня немного пугаешь, – ответил Володя. – Что с тобой творилось все эти четыре года?

– Когда-нибудь я тебе всё обязательно расскажу, – сказал Герман. – Хотя ты, скорее всего, мне не поверишь.

– Если ты найдёшь мою дочь, то я буду готов поверить любым твоим рассказам. Хоть про летающего макаронного монстра, – парировал агент.

Они ещё немного поговорили, обсуждая куда менее важные дела, после чего Герман поднялся со своего места и двинулся к выходу. Ника молча последовала за ним.

– Будем на связи, – кивнул писатель, открывая двери кабинета. Девушка выскользнула в приёмную вперёд него.

– До встречи, Владимир Федорович, – улыбнулась она, помахав ему.

– Я позвоню, как только будут какие-то подвижки, – сказал агент. – Чем ты пока займешься?

– Съезжу перекусить, – ответил Герман.

– Я думал…

– Я понимаю, – кивнул писатель. – Но пока нет ключей от квартиры или письма, то мне не за что уцепиться. В здание со скульптурой днём тоже не сунуться, так что придется немного подождать. Скорее всего, ты не такого ответа от меня ожидал, да?

– Да, – кивнул Володя. – Прости, у меня просто уже мозги набекрень от всего происходящего.