Олег Кром – Свидетель Маскарада. Книга первая (страница 7)
Он посмотрел прямо на Элиру. «Хейл объявил Марка Вейнера в розыск. Не только как пропавшего без вести, но и как подозреваемого в причастности к странному, жестокому убийству. В полицейской базе теперь есть фотографии следов когтей оборотня и, возможно, следы нашего присутствия. Маскарад, дорогая Элира, дал трещину. И трещина эта ведет прямо к твоему подопечному. И к тебе.»
Зал погрузился в ледяную тишину. Селена опустилась в кресло, ее лицо стало каменным. Кассиус закрыл глаза, словно молясь.
«Ты понимаешь, что ты наделала? – прошептала Селена. – Ты не просто спрятала свидетеля. Ты превратила его в самого разыскиваемого человека в двух мирах. Люди ищут его за убийство. Оборотни – за месть. И его кровь теперь на твоих руках, потому что ты была слишком… слаба, чтобы выполнить приказ и устранить его сразу.»
Элира молчала. Любые слова теперь были бесполезны. Факты говорили против нее.
«Кураторство отменяется, – холодно объявил Кассиус. – Задача «Марк Вейнер» переходит в категорию «ликвидация с очисткой следов». Твоя миссия, оперативник Нокс, – предоставить все данные о его текущем местонахождении, после чего ты отстраняешься от дела. Для расследования твоих действий будет создана комиссия.»
«Нет, – сказала Элира. Тихо, но так, что все услышали. – Я не отдам его координат. И я не отстранюсь.»
Селена Восс уставилась на нее с немым потрясением. Даже Виктор выглядел искренне заинтересованным.
«Повтори», – сказала Селена.
«Я сказала, нет. Я взяла на себя ответственность за его жизнь. Я исправлю ситуацию. Я найду способ стереть следы, убрать интерес полиции, урегулировать вопрос с оборотнями. Но я не позволю его убить.»
«Ты осмелилась… – начала Селена, но ее перебил Виктор.
«Восхитительно! – воскликнул он, аплодируя пару раз в ладоши. – Настоящий бунт. Из-за одного-единственного смертного. Селена, Кассиус, вы видите? Это не просто нарушение. Это эмоциональная привязанность. Заражение. Она выпила его кровь. Я чувствую остаточные следы в ее ауре. Свежие. Сильные.»
Теперь старшие смотрели на Элиру не с гневом, а с откровенным ужасом и брезгливостью, как на прокаженную. Нарушение Маскарада было проблемой. Нарушение иерархии – дисциплинарным проступком. Но кровная связь с человеком, да еще и подопечным, была скверной. Грехом против самой природы ковена.
«Заключить ее, – беззвучно прошептала Селена, указывая на Элиру пальцем, который слегка дрожал. – В изолятор. Сейчас же.»
Из теней у стен отделились две фигуры – стражи в полной боевой экипировке, их лица скрыты шлемами. Они двинулись к Элире.
Она знала, что это конец. Если ее заточат, Марк обречен. Его найдут по ее следам или без них. У нее был один шанс.
Когда стражи были в двух шагах, Элира двинулась. Не назад, а вперед. Ее рука метнулась к поясу Виктора – не к стилету, а к небольшому планшету, торчавшему из кармана. Он инстинктивно отпрянул, но она была быстрее. Планшет оказался в ее руке. Она швырнула его со всей силы в массивную свечу прямо перед Селеной.
Стекло и пластик разбились, горячий воск и пламя брызнули на стол и на одежду Селены. Та вскрикнула, отшатываясь. На секунду воцарился хаос. Кассиус вскочил, зовя стражу. Виктор, с лицом, искаженным холодной яростью, потянулся к стилету.
Этой секунды хватило. Элира, уже не скрывая своей скорости, рванулась не к двери, через которую вошли стражи, а к стене за собой. В каменной кладке была почти невидимая щель – аварийный ход, известный лишь немногим оперативникам. Она ударила по скрытому механизму локтем, и часть стены с глухим скрежетом отъехала, открывая черную пасть узкого коридора.
«ОСТАНОВИТЕ ЕЕ!» – проревел Кассиус.
Стражи открыли огонь. Но не пулями – сжатыми дротиками с серебряными наконечниками, наполненными парализующей сывороткой. Один просвистел у самого уха Элиры, вонзившись в камень. Она нырнула в проход и ударила по механизму изнутри. Дверь начала закрываться. В последний момент перед тем, как щель исчезла, она увидела лицо Виктора. Он не пытался остановить ее. Он просто смотрел. И улыбался. Как будто все шло точно по плану.
Тяжелый камень встал на место, поглотив свет и звуки зала. Полная темнота и тишина, нарушаемая только ее собственным, тяжелым дыханием. Она была в ловушке, но пока свободна. На несколько часов, пока не перекроют все выходы из системы старых туннелей.
Она прислонилась к холодной стене, сердце (давно не бившееся) сжалось от боли и ужаса. Она объявлена мятежницей. Ковен будет охотиться за ней. Оборотни ищут Марка. Полиция ищет Марка. И Виктор… Виктор играл в какую-то свою игру, подталкивая ее к этому краю.
Она достала простой, «человеческий» телефон. Тот, что с одним номером. Батарея была на исходе. Она набрала номер Марка, который был теперь для нее маяком в этом хаосе.
Он ответил почти сразу, голос полный тревоги. «Элира?»
«Слушай, – ее голос звучал резко, отрывисто. – Все плохо. Они знают. Ковен объявил на нас охоту. Оставаться там больше нельзя. Уходи. По тому пути, который я тебе показала, вниз, к старой угольной шахте. Жди меня у знака с номером семь. Если я не приду к рассвету… беги. Дальше. За город. И забудь обо мне.»
«Элира, что случилось? Где ты?»
«Некогда. Просто сделай, как я сказала. И, Марк… прости меня. За все.»
Она отключилась, не дав ему ответить. Затем раздавила телефон в руке, превратив его в кучку пластика и микросхем. Следующий шаг – добраться до него, пока сеть не сомкнулась. И затем… затем нужно было думать о невозможном. О том, как вдвоем, человеку и вампиру-изгою, выжить в городе, где каждый камень, каждая тень будут против них.
Она двинулась вперед по темному туннелю, на ощупь. У нее не было плана. Была только ярость. Было только решение. И был он. Ее единственная ошибка и единственное спасение. Война начиналась. Их война.
Старая угольная шахта «Зеленая» была не зеленой и не рабочей уже лет пятьдесят. Ее устье, скрытое за ржавой проволокой и зарослями лопухов, зияло черным провалом в склоне холма на самой окраине города, где уличные фонари уже сдавались, уступая место полной, непроглядной тьме. Внутри пахло сырой глиной, плесенью и чем-то еще – холодным металлом и страхом.
Марк Вейнер сидел на сложенном спальном мешке у самого края зоны слабого света, который отбрасывал его собственный фонарик, поставленный на камень. На коленях у него лежала открытая записная книжка, куда он механически, дрожащей от холода рукой, вносил заметки. Не лабораторные отчеты, а нечто иное.
Субъект А (Э.Н.):
– Регенерация ускорена при внешнем питании (кровь). Яд оборотня (?) замедляет процесс, требует больше ресурсов.
– Физические параметры: сила, скорость, акробатика – на порядок выше человеческих. Не наблюдалось утомления при переносе взрослого человека (меня) на расстояние ~3 км по сложной местности (крыши).
– Сенсорика: обоняние (обнаружила оборотня в квартире), зрение в темноте (полная темнота туннеля), слух (?).
– Психологическое состояние: высокий уровень дисциплины, подавленные эмоциональные реакции. Прорыв эмоций – гнев, страх (за меня?). Нарушение иерархических связей (бунт). Причины: ?
Он остановился, глядя на последнее слово. Причины. Он знал причину. Она сидела у него в груди, теплым и тревожным комком. Ради меня. Он был причиной ее падения. Ее изгнания. Ее возможной смерти.
Снаружи завыл ветер, просачиваясь сквозь щели в покосившейся двери машинного отделения, где он устроился. Марк вздрогнул и потянулся к ржавой монтировке, лежащей рядом. Смехотворное оружие. Но оно давало иллюзию контроля.
Прошло шесть часов с того момента, как он, дрожа от каждого шороха, выполз из убежища в архиве и, следуя смутным указаниям Элиры, добрался сюда. К знаку с выцветшей цифрой «7». Она не пришла. Рассвет давно миновал, сменился хмурым днем, а теперь снова сползала ночь. Он боялся выйти. Боялся остаться. Боялся, что она не придет никогда.
Его мысли прервало едва уловимое движение в темноте, за кругом света. Не звук. Скорее, сдвиг воздуха. Исчезновение тени, которой там не должно было быть.
«Элира?» – позвал он шепотом, хриплым от напряжения.
Из мрака, прямо за лучом фонарика, вышла она. Не появилась, а просто оказалась, как будто всегда там стояла. Марк вскрикнул и отпрянул, задев спиной холодную металлическую стенку. Его сердце бешено заколотилось.
Она выглядела… иначе. Не раненой, нет. Силы в ней чувствовалось даже больше, чем раньше. Но ее обычная оперативная форма была заменена на темные, невзрачные, похожие на человеческие, штаны и толстовку с капюшоном. Капюшон был надет, скрывая часть лица. Но в его тени горели два слабых алых уголька, которые погасли, когда она шагнула в свет.
«Ты жив, – сказала она, и в ее голосе не было облегчения, только констатация факта, от которой стало еще холоднее. – Хорошо.»
«Где ты была? Что случилось?» – он поднялся, забыв про монтировку.
«Ковен объявил меня мятежницей, – она говорила отрывисто, как отдавая рапорт. – Тебя – целью для ликвидации. Полиция разыскивает тебя по подозрению в убийстве. Оборотни знают твое лицо. Ты – самый разыскиваемый человек в городе, сам того не зная.»
Слова падали, как удары молота. Марк снова опустился на мешок, ощутив, как почва уходит из-под ног в прямом и переносном смысле.
«Ликвидации?» – повторил он глухо.