Олег Кондратьев – Не гневи морского бога (страница 55)

«Шерлок Холмс» закурил новую сигарету и осмотрелся:

– И ведь у нас, в Архангельске, тоже! «Благоденствие», мать… Наркота потоком валит, казино «пашет» круглосуточно. А сколько «пашет» бл… проституток?! – Он злобно сплюнул. – Зато кое-кто на службу стал на шестисотых «мерсах» подъезжать, а в кабинетах «дипломаты» с «баблом» валяются. И ведь даже не скрывают, суки!

Надо было направить Холмса в нужное Василию русло, но тот, отшвырнув окурок, сам перешел к актуальной теме:

– А с недавних пор под ударом оказались индивидуальные предприниматели. Они, конечно, тоже не белые и пушистые, но не уголовники! Иногда честно горбатятся, сколачивая свой капитал, а потом раз и… – Мужчина указал рукой на пришвартованный к причалу метрах в двухстах ресторан-«поплавок». – Вот тебе наглядный пример. Это заведение до недавнего времени принадлежало бывшему заместителю директора городского общепита. Сначала столовка, кафе, потом вот ресторан отделал. Но приходит сюда однажды утром, а его, хозяина, даже на борт не пускают. Он мужик тертый, со связями, знал, куда позвонить. Приехали прокурорские, так им в ответ под нос полный набор документов, что, мол, кабак совсем другим людям теперь принадлежит! Так и убрались ни с чем. А бывшего хозяина прямо на причале инфаркт хватил. Может, и не обратили бы особого внимания на этот случай: ну, мало ли, сам продал, потом забыл; только был он уже не первым. Звоночек прозвенел из твоего Северодвинска. Там в новостройках предприниматель шикарную бензоколонку воздвиг. Двухэтажную, с магазином и кафешкой наверху. Так его самого средь бела дня из этого магазина и выкинули в окно. Вместе с половиной обслуги. Ваши оперативники прикатили душегубов крутить, а оказалось, что душегубы-то как раз те, что под окном валяются. А настоящий владелец – кстати, грузин – просто защищал свою новую собственность: вот, пожалуйста, все документы в наличии.

Ох, как все это напомнило Ваське рассказ полковника Вольнова о рейдерстве!

– Потом последовала целая серия банкротств крепких и процветающих фирм. Еще парочка предприятий резко сменила весь состав руководства. А один председатель правления агрохолдинга, кажется, в Нёнексе, просто повесился.

– Сам?

– Следствие не нашло никакого криминала. Или не захотело найти. И последнее: какая-то информация по крупицам все-таки просачивалась, начал вырисовываться образ главного кукловода, но все случаи новых экономических преступлений – где сумели вообще констатировать наличие преступных деяний – резко объединили в одно дело, передали в соответствующее Управление и строго засекретили. Вот так. Нам лишь известно, что главарь – грузный мужчина лет сорока пяти, скорее всего, несудимый. Имеет кличку Князь.

– Это вам что-нибудь говорит?

– Ничего. Даже национальность может быть и русской и грузинской. Среди них Князь – тоже распространенное погоняло. Не знаем даже место его нахождения. Предположительно, это Северодвинск. Опять же по косвенным признакам: через этот город пошел крупный трафик наркотиков в регион и даже дальше, в Северную Европу. А ведь гораздо удобнее выбрать для такого дела Архангельск. Вот и все, пожалуй. Помог?

Лысенко не слишком уверенно пожал плечами, а «Холмс» понимающе покивал:

– Я же говорил, чем могу. Будут новости, я сам с тобой свяжусь, а пока возьми. – Мужчина протянул Ваське визитку, на которой вместо имени было написано: «Ремонт квартир любой сложности» и указаны четыре телефона. – Третий сверху – мой. Домашний, с автоответчиком. Звони только по нему, и то, в случае самой крайней необходимости, ясно? – «И здесь: “…если завтра война”!» – На службу мне больше никогда не звони!

Васькин собеседник уже собрался встать, но чуть задержался и, поколебавшись секунду, произнес:

– И к нашим коллегам из Северодвинского отдела МВД не обращайся ни по каким вопросам. Ни по официальным, ни даже… под страхом… в общем, понимаешь.

– Не очень.

Мужчина недовольно крякнул, но пояснил:

– Слишком уж вольготно чувствует себя этот Князь на вашей территории. Ни одно дело не раскрыто, всё на тормозах…

– Да понял я! – Лысенко действительно понял, как неудобно этому человеку говорить постороннему о проблемах своих же коллег. – Что ж, порядок-то не наведете?

Ничего не ответив, «Холмс» встал, плотнее надвинул козырек на глаза и, не оглядываясь, направился по набережной.

На следующий день Лысенко вызвали в финансовый отдел завода, чтобы подписать какие-то документы. После короткой процедуры финансист пододвинул к нему телефонный аппарат и со словами: «Сейчас вам позвонят» вышел из своего кабинета. Звонок раздался через полминуты:

– Документы я проверил. – «Да это же Вольнов!» – Зацепок никаких. Даже удостоверение нотариуса подлинное. Чисто работают. Если бы не наша с Колей предусмотрительность, то согласно всем этим новым протоколам вашу фирму можно на раз отсудить.

– И что мне делать?

– Ничего. Положи их обратно в сейф и забудь. У меня другая главная новость. Гулий на территории соседней Украины не появлялся.

– Как это?!

– Он вообще не пересекал границу России ни в каком месте. Кстати, и гражданин Драган тоже.

– А это точно? – Глупый вопрос, у Воланда всё точно. – Ну-у-у… Николай Богданович мог заехать к друзьям в Питер.

– Ты сам в это веришь?

Василий не верил.

– А, может, он… они по чужим документам?

– Может быть, может быть… На службе кто-нибудь удивился твоему неожиданному отсутствию почти на сутки? Интересовались?

– Нет. Все, как обычно.

– Тогда, ход сейчас не за тобой. Всё.

Собеседник отсоединился.

А, где же Гулий?!

– Послушай, Вась, а может, правда, ну её? – Первым подал голос рассудительный Соловьев после довольно продолжительного раздумья. – К чертям собачьим эти ваши леса, поля и озера, а?!

Лысенко тут же откликнулся:

– Да я давно уже «к чертям собачьим», только, как это на деле должно выглядеть? Выйти на центральную площадь и кричать во все стороны, мол, забирайте лесопилку, так?

– Можно просто ничего не делать. Они поймут.

– Так мы и так ничего не делаем.

– Логично. Значит, ждём?

– А я бы эту сволочь обязательно нашел и… – Денис Вилков негромко пристукнул кулаком по столу.

– Воинственный ты наш!

– Не, у нашего Дэна кровь бурлит. Роман у него!

– Чего-чего?

– Девушка у него появилась.

– Какая девушка, когда? Я вас всего-то на три дня оставил без присмотра. И то всё время в квартире.

– А вот умудрился как-то.

– Ну что, почесали языки? Как смешно! – Вилков не выдержал подкалываний. – Навыдумывал Генка невесть, что…

– Постой, постой, я что, вру? Или не тебя я встретил в нашем Ягринском торговом центре за милой беседой с незнакомкой? А потом вы в кафе целый час сидели.

– Следил, что ли?

– Случайно наблюдал.

– Так вот, это моя старая знакомая.

– Ага, притом что ты в Северодвинске без году неделя находишься.

– Да мы гораздо раньше встречались.

– Когда ты еще верным мужем был?

– Генка, это запрещенный прием. – Дэн повернулся к Лысенко. – И потом, Василий, вовсе это не девушка…

– Уже?

– И ты туда же! Она лет на десять меня старше!

– Для Северодвинска это нормально.

– Да у неё трое взрослых детей!

– А это уже, скорее, плюс.

– И муж… Был…

– Еще два плюса! У тебя ведь тоже «была». Клуб одиноких сердец.

– Задолбали! Друзья называется.

– Мальчики, не ссорьтесь! – Это вмешалась в перепалку Наташа. – Мало ли, какие бывают встречи. – При этих словах она посмотрела на мужа, и тот ответил понимающим взглядом.