Олег Кондратьев – Не гневи морского бога (страница 54)
«Официант»? – предположил Лысенко.
Без единого слова тот быстро собрал со стола все документы и также беззвучно исчез.
– Тебе вернут всё в конце.
«Или не официант. И когда этот конец будет»?
– Значит, Николай сейчас в отпуске. И связи с ним нет?
– Он собирался ехать к себе на родину, а это – Западная Украина. Сами знаете, какие сейчас у нас отношения.
– Угу. И семья с ним?
– Нет. Жену и дочь он отправил раньше, поездом.
– А сам на машине?
– Да. С ним еще мичман наш поехал. Земляк.
– Угу. Драган.
Василию все эти вопросы казались абсолютно лишними. «Для поддержания светской беседы»? Не похож полковник на записного лорда.
– Материалы, которые ты мне привез, – фальшивка.
«Ничего себе поворот! Из личного-то сейфа Гулия…Чушь!»
– Придется поверить. Потому что подлинные документы мы с Николаем составили около года назад. Тогда он обратился ко мне за консультацией по поводу вашей «лесопилки» и каких-то дачных домиков. Дело-то новое, серьезное. А в Москве и некоторых крупных городах начал набирать силу новый вид преступности – рейдерство, рейдерский захват. Это целый комплекс мероприятий по отъему собственности законным, полузаконным и вовсе не законным путем. Схематично процесс выглядит так: сбор информации о компании, подделка и подмена учредительных документов, захват собственности и официальная легализация нового хозяина.
– Но лесопилку уже захватили! – Для Лысенко это было сейчас самым главным. – И документы, по вашим словам, поддельные.
– Прошу не перебивать, молодой человек! Пейте кофе и слушайте. Я составил для Коли новый реестр и зафиксировал приписку, что никто не имеет права его менять, кроме самого владельца или его доверенного лица, причем лично. Поэтому с завершающим этапом – легализацией – у преступников ничего не вышло! А без этого теряет смысл вся предыдущая кропотливая работа. Когда преступники это поняли, они быстро сменили тактику. И нападение на тебя является прямым тому подтверждением.
– Я-то здесь с какого бока?!
– Ты не внимателен, мой юный друг, и упустил мои слова о доверенном лице, в котором главный собственник абсолютно не сомневается и на которое переводятся все права компании. Догадайся с двух раз, что это за лицо. – Ответить Вольнов не дал. – Нет! Хотя, меня это тогда удивило, потому что я тоже подумал о Драгане. Но Коля категорично назвал тебя. Без объяснения причин. Так что, Василий, именно ты теперь владелец, пусть и формальный, основного предприятия. Конечно, если разобраться во всех документах, ты оказываешься «пустышкой». Только вашим рейдерам разбираться недосуг. Они сначала действуют. Не смогли по каким-то причинам добиться личного присутствия и подписи Гулия под новым пакетом, взялись за тебя. Все просто.
Ты коньячку выпей. Взбодришься. Кроме того, у меня есть и приятная новость: ты нужен им живой. Для подписания бумаг. И только потом…
«Чистый, блин, Воланд! Тот еще юмор».
– Я ответил на твой главный вопрос? Отлично. А вот у меня вопросы еще остались. Первый – кто это в вашей глубинке появился такой грамотный и умелый, чтобы провернуть полноценный рейдерский захват? Второй – столь короткий срок «разведки» говорит об одном: кто-то из ваших сотрудников «сливал» всю информацию. Причем осведомленный. И ведь подменил кто-то документы в сейфе Гулия. Признаюсь, что поначалу я подозревал тебя. А теперь тебе самому придется с этим на месте разбираться. Потому что, через него можно выйти на главных исполнителей.
А с первым моим вопросом… Я дам тебе координаты одного человека. Он работает в МВД Архангельской области. Ему можешь доверять. Во-первых, честный. Во-вторых, многим мне обязан. Сошлись на меня, но не откровенничай о своем деле. И забудь о нем после беседы.
Что примолк? Перевариваешь? Да, есть что. Все-таки дослушай мой совет. Я бы, конечно, рекомендовал бросить всё на фиг и сдать фирму. Но, вижу, ты на это не пойдешь. Тогда, хотя бы не пытайся решить вопрос «кавалерийским наскоком». Не лезь на лесопилку, чтобы устроить там побоище! Поверь, проиграешь. Найди «крысу», может, как-то через неё сумеешь выйти на главного. Впрочем, я не исключаю вариант, что он выйдет на тебя раньше. Всё решится на месте.
Вольнов посмотрел на часы.
– Сейчас начинается регистрация на твой рейс. Да-да, билет я тебе заказал, возьмешь в кассе.
В это время к столу подошел все тот же мужчина в «бабочке». В руках он держал объемный «дипломат». По кивку полковника портфель перекочевал к Лысенко, а мужчина испарился.
– Тут все документы. С тех, фальшивых, которые ты мне привез, сняли копии. Дам их посмотреть специалистам, может, найдут какую-нибудь ниточку. Еще там лежат копии всех подлинников, которые мы составили с Николаем. Изучи их, не откладывая. Там много всякой казуистики, специфических терминов. Придется вникать и разбираться. Я свяжусь с тобой через день-другой. Удачи, Василий. И береги себя и… друзей! – Вольнов протянул узкую, сухую ладошку.
«Хорошо, не сказал “…и семью”. Нет, какой там Оле Лукойе! Как есть Воланд. И фамилия похожая».
В Архангельск Лысенко прилетел уже вечером и все-таки решил тут же воспользоваться «контактом» в МВД, который получил от Вольнова. В самолете Василий попытался прочитать переданные полковником документы. Ха! Это же сплошной частокол из трастов, бенефициаров, обременений, аффелирований и реструктуризаций, чуть разбавленный вовсе не понятными ЕГРЮЛами и ЕГРП. Ну их к свиньям собачьим! «Найду в Северодвинске какого-нибудь юриста, пусть мне эту хренотень на русский переведёт».
Позвонив по телефону, он тут же получил согласие на встречу. Но не в тиши милицейского кабинета, а в районе Речного вокзала. «Конспиратор, мать… А может, правильно?» Не успел Лысенко устроиться на скамейке напротив причала, как к нему подошел солидного вида мужчина лет сорока, несмотря на летнее тепло, одетый в черное пальто и кепку с козырьком. «Господи, Шерлок Холмс!»
Мужчина присел рядом и, не здороваясь, хорошо поставленным голосом, но негромко, произнес:
– Владимир Ильич мне очень точно тебя описал.
«Неужели сам Ленин?!» Хотя Васька сразу понял, что речь шла о московском полковнике. «Получается, что он позвонил сюда сразу, как я вылетел. И уже тогда просчитал, что я не вернусь в Северодвинск, не заглянув к его приятелю. Все-таки Воланд!»
Собеседник усмехнулся:
– Соображаешь, как тебя просчитали?
«И этот туда же, экстрасенс! У вас это что, клановое?»
– Он мне и цель твоего визита рассказал, и твои вопросы.
«А вот уж это… удивил кактус голой жопой!» – Василия начинала злить эта игра, но мужчина очень своевременно «взял быка за рога».
– Коротко и по делу. Никаких письменных отчетов я тебе не дам, но одну ниточку подброшу. Рад бы и больше, как просил Владимир Ильич, но, – собеседник развел руками, – что имеем.
«А сам ведь даже не представился. Ни тебе имени-отчества, ни звания-должности. Трудна, опасна… непроста жизнь очень честного мента!»
– По официальным данным и на взгляд «со стороны» никаких особых криминальных вывертов у нас не происходит. Обычные «казаки-разбойники». – Мужчина достал пачку сигарет, предложил Лысенко и закурил сам. – А вот по личным наблюдениям, изнутри, так сказать, очень даже… Но, предупреждаю сразу, что особой полнотой информации я не обладаю, потому что главными «держателями акций» являются наши смежники из Управления экономической безопасности, а наш уголовный розыск задействован лишь отчасти. – «Хоть, представляю теперь, откуда ты, Шерлок Холмс». – Так вот, около года тому назад мы стали замечать специфические признаки начинающегося передела сфер влияния в уголовной среде. И эпицентром стал Северодвинск. Понимаешь, мы – не Москва. – «Да, слышал я уже это!» – Крупных, хорошо организованных банд у нас не так много, а уж коли таковые, где и имеются, то прочно держат под собой район. Конечно, и у них идет ротация кадров. И «залетные» время от времени нарисовываются. Но это так… два-три, от силы четыре человека. Взяли кассу, пару квартир подломили и скрылись. А если нет, то или мы их берем, или местные закопают. Зачем кому-то гастролеры? Но здесь все не так гладко пошло. Или, наоборот, слишком гладко. Одиночные карманники, домушники, гоп-стоперы, медвежатники как будто в оркестр к хорошему дирижеру записались: слаженно заиграли, в унисон. Без суматохи и накладок, по хорошо разработанным «целям», да еще и с прикрытием! И практически без провалов. Все наши осведомители как в рот воды набрали. А вот некоторые урки, кстати, из наиболее независимых, начали исчезать. Причем без стрелок, разборок и поножовщины.
Опер докурил сигарету и посмотрел на Лысенко:
– Извини, я знаю, что ты военный моряк, поэтому и пытаюсь использовать понятную для тебя лексику. Не сильно «гружу»?
– Нет. Все очень понятно.
Мужчина кивнул и продолжил:
– Северодвинские сыскари с ног сбились, но раскопать удалось немного. В городе явно появилась новая сила, которая железной рукой наводила порядок. На них или работали, или им платили, или… исчезали. Местные однажды попробовали восстать. Результат: на заброшенных путях железнодорожного вокзала в «теплушке» нашли двенадцать трупов. Больше никто не возникал. Оперативники поднапряглись и так потрясли своих старых осведомителей, что все-таки кое-что нарыли. Северодвинск давно уже на деле перестал быть закрытым городом. Кто хочешь, проедет. Посмотри на рынках – сплошь «черные». И у всех документы в порядке. Шавермы пооткрывали, даже чайхана есть! Говорят, что поначалу появились не более полудюжины блатных, которые быстро сколотили несколько боевых групп из «солдат», в основном кавказцев. Другие говорят, что не меньше половины – русские. Неважно это. – «Ну, почему же, неважно: на меня у ресторана явно кавказцы наехали». – Беспредельничали они недолго. Город быстро подмяли, и наступило вроде как даже благоденствие. Оно и сейчас продолжается.