Олег Кондратьев – Не гневи морского бога (страница 39)

Вторая порция показалась Василию даже более приятной. Он уловил странный аромат каких-то неизвестных сухих цветов и легкий вкус ванили. Из состояния элегической задумчивости его вывел голос начальника:

– Ты, Василий, теперь наш человек. Значит, я могу тебе доверять?

Это был уже прямой вопрос, на который Лысенко абсолютно искренне и определенно ответил:

– Так точно, можете, Николай Богданович!

И дальше услышал много такого, о чем до этого даже не подозревал.

Со стороны могло показаться, что начальник отделения МИС капитан 3-го ранга Гулий оказался втянут в происходящие вокруг перемены помимо собственной воли. Так, впрочем, и произошло изначально, когда мирная береговая жизнь офицера в середине 80-х годов начала преподносить ему сюрприз за сюрпризом. И все, как один, негативные.

Отправляется он в банк, чтобы получить ежемесячно переводимые туда из Центрального военного финансового ведомства деньги для выплаты содержания всей бригаде, а их-то и нет, денег этих самых: извините, мол, в самой Москве с наличностью проблемы, придется чуть-чуть подождать. Как подождать?! Его же собственное начальство и в хвост, и в гриву… съест! Кто объяснит офицерским детям, что «надо чуть-чуть не есть, не пить, не одеваться»?!

А на продовольственных складах еще хуже. «Мясо не завезли. А заодно с ним и рыбу, макароны, масло, сгущенку, сахар… Вот берите, пожалуйста, перловый концентрат или гороховый, тощую селёдку в ржавых бочках и овощи сезонные: свёклу, брюкву, капусточку с морковью, даже картошку… Они, правда, слегка подгнившие, но повыбирать можно. Завезут. Обязательно! Скоро!! Придется чуть-чуть подождать».

С вещевым и техническим обеспечением картина постепенно сложилась аналогичная. Хотя здесь вроде бы и можно «подождать», но интересно, куда же подевались километры высококачественных тканей и тонны элементарных гвоздей, шурупов, фланцев, труб, кабелей?!

Мучительные размышления и реальные опасения за свое здоровье привели Гулия на центральный рынок. Там, среди полуразвалившихся прилавков, он и заметил немногочисленные островки благоденствия: кто-то предлагал свежие яйца, мясо, молоко; кто-то обещал кабели и тряпки из надежных советских запасов. Но за какие бешеные деньги! Таких сумм обнищавший вместе со всеми капитан 3-го ранга и представить себе не мог. Зато возможен бартер. Ну, ченч, баш на баш, ты мне – я тебе, услуга за услугу. Яйца на сапоги, мясо – на фрагменты военного гардероба.

Денег у Николая Богдановича не было. А вот услуги… Ну, хотя бы по доставке.

Разговорив, не без помощи великого и безотказного шильного эквивалента, несколько местных «воротил», Гулий начал представлять себе общую картину. Продукты отыскивались в близлежащих деревнях и селах на полуразвалившихся птицефабриках и среди жалких остатков скотоводческих хозяйств. Многое приобретали напрямую у непосредственных владельцев не успевших окончательно загнуться подсобных хозяйств в обмен на мыло, соль, спички, керосин. Надо было лишь доставить туда-обратно то и другое. Это был выход!

В гараже бригады под личной ответственностью начальника ОМИС стоял шикарный новейший военный грузовик-вездеход УРАЛ-43206. Каким ветром это чудо автомобильной техники занесло в северодвинскую глубинку, остается загадкой. Гулий сам ездил в Архангельск, чтобы получить его; и после этого не позволял даже выводить из гаража, используя для всех нужд старенький ГАЗ-51, ветерана освоения целинных земель ещё в далекие 60-е. Что ж, теперь – дорогу «молодым»!

И как поётся в популярной песне: «…замелькали города и страны, параллели и меридианы…» Так далеко, конечно, не замахивались, но близлежащие и среднеотдалённые «точки» исколесили основательно. Зеленый Бор, Белое Озеро, Лахта, Сюзьма, Солза, Кудьма, Таборы, Рикосиха, даже Нёнекса и экзотические Кукушка и Кривляево – охватили всех!

На столах комбината питания бригады появились масло и молоко, яйца и мясо плюс законсервированные на зиму заботливыми руками овощи и фрукты, а также аккуратная картошка и свежая(!) капуста из глубоких и прохладных деревенских погребов. Сельчане же в обмен стали бесперебойно получать то, что никак не могли выращивать сами: чай, сахар, керосин, а ещё неснашиваемые брезентовые комбинезоны и утепленные «рыбьим мехом» военные ватники с подштанниками. Не было пока только денег.

Зато теперь мозг начальника ОМИС работал в нужном направлении. Было, наверно, что-то заложено в генетическом коде уроженца населенного пункта с примечательным названием Боблы Волынской области Западной Украины. К тому же у Николы Богдановича появился преданный и оборотистый помощник в лице мичмана Драгана, западноукраинского земляка из деревни Великая Глуша, служащего в ОМИС под его командованием. Именно ему пришла в голову великолепная идея организовать в одном из поселков, который когда-то славился уникальными тканевыми вышивками, небольшую мастерскую по украшению входящей в моду на всей территории страны джинсовой одежды этими самыми вышивками.

Эффект превзошел все самые оптимистичные ожидания! Разноцветные цветочки-лепесточки, птички-курочки, вышитые умелыми мастерицами на тусклом фоне брюк, рубашек и курточек из псевдоджинсового материала, многократно повышали стоимость товара и пользовались неимоверным спросом и в Архангельске, и, по слухам, даже в самой Москве и Питере! И «бабло» потекло!

А столь неожиданно разбуженные гены уже не давали Гулию остановиться. Зачем вышивать кем-то сляпанные джинсовки, если их и ляпать-то можно самим? Надо только закупить материал. А денег на это теперь как раз хватает. И еще на то, чтобы арендовать какое-нибудь окончательно прогоревшее из-за полного отсутствия заказов от населения пошивочное ателье. Так, уже в центре самого Северодвинска появился новый модный салон «Прелестница» – индивидуальное частное предприятие, которое еще до недавнего времени числилось по всем городским документам, как ателье первой категории «Элегант». Даже менять ничего не пришлось, кроме вывески: ни оборудование, ни опытный, но безработный персонал! «Творите, девочки. Заказы будут!»

Откуда, откуда… Капитан 3-го ранга быстро вспомнил, как около полугода назад встретился на одном из заводских совещаний со всклоченным пожилым человеком с большими, печальными глазами за толстыми линзами бифокальных очков. Они даже сидели рядом, и Николай Богданович до одури устал от нескончаемых жалоб этого, как оказалось, представителя творческой интеллигенции, на полное отсутствие оптимистических тем и зовущих на новый трудовой подвиг свершений, которые можно было бы прославлять в руководимой им, Моисеем Абрамовичем Рохлиным, заводской многотиражке.

Не надо ничего прославлять, уважаемый редактор! Реклама – двигатель торговли. Разукрасим вашу унылую газетенку броскими, яркими картинками и выпустим за пределы заводской проходной. Пусть каждая домохозяйка города увидит её на своей замызганной кухне и мимоходом прочтёт, что «…только в “Прелестнице” вам пошьют идеальный джинсовый наряд из материалов, доставленных самолетом прямо с фабрик благословенных Монтаны, Техаса и Wranglera с неповторимыми лейблами, оригинальной вышивкой и уникальной фурнитурой…»; что «…только в этом наряде вы будете выглядеть современной, неотразимой ЛЭДИ и на вашей очаровательной кухне, и на великосветской презентации в модном бутике…». И бабы «потекли»!

Но самый неожиданный сюрприз преподнес немногословный капитан Лисин, который весьма убедительно предложил Гулию абсолютно новое направление для приложения «индивидуальных частных сил». А главное, требующее лишь минимальных «производственных расходов». Дело в том, что Северодвинск уверенно располагался в первой пятёрке закрытого рейтинга городов страны с максимальным числом разводов на тысячу брачующихся пар. И было тому достаточно много объективных причин, первой из которых являлось повальное пьянство его мужского, «работоспособного» населения. Одинокие женщины и разведенки, выбиваясь из сил, пытались на своих хрупких плечах тащить тяжкий груз домашнего благоустройства. А что делать, если в квартире прорвало батарею, напрочь забился слив на кухне, раскололся дешевый унитаз или разом пропало всё электропитание?

«Чего моей матросской бригаде дурью маяться, выравнивая поребрики на плацу или поправляя никому не нужную ограду? – низким голосом бубнил Лисин. – Тут и пары человек хватит. А с остальными я ого-го-го, как могу отладить быт любой квартиры. Да у меня такие мастера-умельцы есть…»

И вот уже рохлинская типография штампует рекламные листовки, обещающие по первому зову «прибытие высококвалифицированного специалиста, который за час решит все ваши бытовые проблемы».

Матросов переодели в «гражданку», чтобы лишний раз не светиться. Оповещать о «нововведении» командование бригады Гулий посчитал излишним: половина хозяйственного взвода также успешно справлялась с ремонтным очковтирательством на территории части, как и целый взвод. Сами исполнители были абсолютно довольны, потому что регулярно получали приличное денежное вознаграждение за свой труд. Появилось, правда, одно непредвиденное непроизводственное осложнение.

Некоторые домохозяйки, впечатленные скорой и качественной работой молодых мастеров, в своем желании отблагодарить «спасителей» переходили из сферы чисто производственных отношений на зыбкую почву, так сказать, личных человеческих контактов.