Олег Кондратьев – Не гневи морского бога (страница 41)
– Наверно, какая-то местная «шишка». – Генка взглядом проследил траекторию передвижения троицы. – Видишь, «тело» выносят не через парадный вход, а откуда-то с заднего двора. Чтобы поменьше было ненужных очевидцев.
– Но, «несут» бережно и заботливо, – подхватил Денис. – Значит, точно, неслучайный алкаш-дебошир. О! – Он пристально вгляделся в предполагаемую исходную точку маршрута. – И провожающие в наличии.
Соловьев тоже посмотрел в сторону угла здания. Там в светлых сумерках была отчетливо различима человеческая фигура.
– Да это же… «жгучая»! Может, она – администратор? Тогда, где наш освободившийся друг?
К этому времени «группа поддержки» со своим живым грузом миновала примерно половину пути до машины и, выйдя из тени здания, оказалась на более освещенном участке тротуара. Человек в середине неожиданно выпрямил подгибающиеся ноги, вскинул голову и попытался освободиться от своих сопровождающих. Это ему не удалось, потому что двое в черном синхронно заломили за спину обе его руки и резко ускорили шаг.
– Васька! – одновременно вскрикнули Дэн и Генка.
Ошибиться было невозможно: бежевая кожаная куртка их друга теперь максимально отчетливо выделялась на фоне темного одеяния сопровождающих его мужчин. Да и знакомая короткая стрижка была гораздо светлее их практически черных волос.
Не говоря ни слова, Вилков, как заправский гимнаст, перенес вес своего тела на опирающиеся о парапет прогулочного балкона руки, сильно оттолкнулся ногами и… сиганул вниз с высоты второго этажа! Он приземлился на мягкий травяной газон, сделал классический кувырок и с низкого старта бросился наперерез подозрительной группе. Генка задержался не более, чем на секунду. Он проследил взглядом за рискованным прыжком своего друга, убедился, что тот не получил никаких повреждений, и сам стремглав бросился вниз по широкой лестнице к главному выходу из ресторана.
Около парадных дверей, заложив руки за спину, прохаживался солидный швейцар в униформе. Заметив несущегося к выходу офицера, он вместо того чтобы отойти в сторону, вытянул вперед левую руку с растопыренной ладонью и что-то громогласно возвестил. Это оказалось похоже на безнадежную попытку остановить несущийся на всех порах паровоз. Соловьев не только не услышал каких-то предупредительных слов, он даже не оторвал глаз от стеклянной двери, за которой события начинали принимать уже вовсе угрожающий оборот. А досадную преграду с растопыренной лапой Генка просто боднул головой в грудь и пролетел вперед, оставив позади звон разбитого стекла, водопад осколков на кафельном полу и копошащуюся в них тушу бдительного швейцара.
За десяток промелькнувших секунд обстановка на пятачке слева от входа в ресторан кардинально изменилась. Приближающегося на крейсерской скорости Дениса заметили не только двое чернявых, которые тащили Лысенко; похоже, что еще раньше его засекли из темной иномарки, потому что обе передние её дверцы синхронно распахнулись, и на асфальт выскочили еще двое мужчин, как две капли воды похожие на первых.
«Да у вас там что, ксерокс в “тойоте”? – Дэн мгновенно оценил новый расклад: сзади, с отставанием метров на десять, подбегает Генка, ему навстречу начал выдвигаться один из удерживавших Василия, оставив их друга на “попечение” второго чернявого. – Значит, мне надо нейтрализовать “новичков” из “тойоты”, а Соловей, надеюсь, продержится».
Вилков, чуть изменив курс, бросился к иномарке. Такой финт оказался неожиданным для «автомобилистов», которые, очевидно, решили, что Дэн бросится освобождать своего товарища. На осознание этой ошибки им понадобились две секунды времени и шаг с разворотом в пространстве навстречу новой опасности.
Однако уже через половину этого срока Вилков в мощном прыжке ударил вытянутой вперед ногой в ближнюю к нему распахнутую дверь «тойоты». Прикрываемый ею «новичок» не успел выйти из-под удара. Его левые рука и плечо попали между двух с силой захлопывающихся металлических створок, как в медвежий капкан. Раздался глухой стук, хруст ломающихся костей и протяжный стон боли.
«Раз!»
Денис даже не остановился. Приземлившись на обе ноги, он тут же исполнил чисто гимнастический этюд: опершись руками на капот машины, как на физкультурного коня, он сделал ногами «маховый перелет». Даром, что ли, успешно занимаясь несколько лет боевыми единоборствами, Вилков поддерживал себя в отличной гимнастической форме!
В это время второй «новичок», выскочивший с места водителя, как раз огибал передний бампер автомашины в районе левой фары. Пройти дальше ему не удалось. Обе ноги Дэна, описывающие на максимальной скорости широчайшую дугу, попали практически одновременно в его голову и грудь. В бойцовском ринге после таких ударов тело уносят секунданты для дальнейшей медицинской реабилитации. Здесь же шофер отлетел на середину проезжей части и замер, распластавшись, в глубоком нокауте.
«Два!»
Только теперь Вилков оглянулся. Генке приходилось туго, соперник превосходил его в весе и к тому же явно имел практику кулачных боев. Капитан 2-го ранга уже пропустил пару сильных ударов и с трудом сдерживал натиск методично работающего кулаками врага. Зато положение бойцов оказалось более, чем благоприятным: чернявый стоял к Дэну спиной. Тут уж было не до джентельменских реверансов. Пригнувшись к земле, Денис несколькими быстрыми, бесшумными шагами приблизился сзади вплотную к «боксеру» и ударил его ребром ладони в основание черепа. Чернявый мгновенно обмяк и кулем опустился на асфальт.
«Три!»
В этот момент от автомобиля донесся звук выстрела, и Вилкова, как оглоблей, ударило куда-то в район левой лопатки. Он рухнул вперед, но тут же приподнялся на одно колено, переместился на шаг в сторону и оглянулся. Второй «новичок» сидел, привалившись к корпусу «тойоты». Его левая рука висела плетью, зато в правой он сжимал пистолет и продолжал целиться в наших друзей.
«С “раз” это я поторопился!»
– Генка, на землю! – заорал Дэн и сам распластался на асфальте.
Раздались еще два… три… четыре выстрела. Что-то даже чиркнуло совсем рядом с его головой.
«Странный какой-то звук, – подумал Вилков. – И крошки в стороны не полетели».
Он быстро оглянулся вокруг себя и не заметил никаких следов крови, хотя, полспины и левая рука совершенно одеревенели.
«Значит, просто сильный удар! Травматика! Пять выстрелов. Я такую пистоль видел. Хороший импорт. Но теперь магазин пуст!»
Он с трудом поднялся на ноги. То же самое сделал и Соловьев. Оба тут же повернулись к тому месту, где оставшийся чернявый удерживал Лысенко. Ан нет! Это Василий теперь оседлал своего противника и методично стучал кулаком по его «наглой черной морде». Рядом валялся узкий выкидной нож.
– Васька! – крикнул капитан 2-го ранга. – Кончай! – Потом быстро поправился: – Не в смысле «кончай совсем», а прекрати колошматить!
– Эта сука мне куртку порезала!
Геннадий подошел ближе.
– Да не только куртку. У тебя кровь на животе… и голова в крови!
Лысенко приложил ладонь к затылку и поморщился:
– Представляешь: только в подсобку зашел – сзади по башке звезданули! Отключился напрочь. Когда очнулся, меня уже волокут куда-то с заломленными руками. А потом этот, – Васька пнул неподвижно лежащего под ним мужика, – ножичком размахался. – Он быстрым взглядом окинул поле битвы. – А вы тут времени даром не теряли, я смотрю!
– О, черт! – воскликнул Генка. – Там же, у машины, еще один остался. С пистолетом!
Усевшийся прямо на асфальт Вилков негромко уточнил:
– Вот только пукалка у него и осталась. Все заряды по нам с тобой расстрелял. Хреновый из него снайпер.
– Да ты ж ему полтуловища поломал, как тут прицелишься!
– Поломал – не поломал, все равно сходи и… обездвижь его. Остальные-то, думаю, не скоро очухаются. А вот народец уже начал собираться. – Дэн неловко махнул рукой в сторону фасада ресторана и поморщился от боли. – Если бы не предшествующая алкогольная анестезия, еще хуже было бы. Хорошую «травматику» за бугром делают.
Из-за разбитой двери ресторана и с прогулочного балкона опасливо выглядывали наиболее любопытные посетители. Наверняка и милицию уже вызвали. Соловьев приблизился к неподвижно сидящему у «тойоты» боевику. Поднял выпавший из его руки пистолет и задумался: «Обездвижить – это как? Связать, в машине запереть? Может, ноги вырвать? Хлопотно все это».
Капитан 2-го ранга оглянулся на театр военных действий. Один бандит по-прежнему распластался на мостовой, двое других под надежным присмотром тоже отдыхали на асфальте, явно не намереваясь в ближайшее время переходить к активному образу жизни.
«А ты, стрелок, чем лучше приятелей, а?»
Он перехватил травмат за ствол и не слишком сильно стукнул рукоятью по затылку бандита. Тот медленно сполз под колеса автомашины. Генка удовлетворенно кивнул – «обездвижил» – и направился к своим друзьям.
– Ну что ты там копался так долго?! – Василий окончательно оклемался, и теперь на правах хозяина командовал, как заправский полководец. – Быстро сматываемся, пока милиции нет. – Заметив, что Соловьев хочет что-то сказать, он добавил безапелляционным тоном: – Никаких возражений! Ловим тачку и отчаливаем. Вы, друзья, просто не в курсе очень многих нюансов. Оставим на потом объяснения и разборки. Гена, помоги Дэну подняться и… топ-топ ножками за мной!