Олег Кондратьев – Двойной захват (страница 30)

– Спасибо, Федор Генрихович. Я просто хочу предложить еще один возможный ход. Если удастся им воспользоваться… – Порывшись в своей объемистой сумке, Сергей вытащил несколько исписанных форматных листов. – Почему бы не попытаться привлечь в качестве союзников еще и другие силы? Как вы относитесь к средствам массовой информации?

– Ну-уу… – Верным было бы впечатление, что адмирал просто не может быстро найти ответ. – Вообще-то именно эти средства и досаждали больше всего Вооруженным силам. Уж они-то точно способствовали нашему развалу.

– Пусть это на их совести останется. Я предлагаю подергать за их слабые струны. Сыграть на неуемной жажде сенсаций.

– Да, пожалуй. – Кулебяка начал как-то неуверенно, но потом воодушевился. – А ведь за такое дело они душу черту прозакладывают!

– Вот-вот. Ничто быстрее не всколыхнет Москву. Не знаю, правда, как это технически осуществить, может, через флотскую газету или радио. Я на этих листах подробно описал все, что вам говорил, даже изрядную долю экзотики подпустил. Если пригодится…

– Давай-давай. Это, кажется, очень даже неплохой путь!

– А еще хорошо бы официально уведомить военную прокуратуру. – Чувствовалось, что Редин не с бухты-барахты выдает идеи, а обдумал серьезно эти вопросы. – Здесь и для них экземплярчик есть. Вам, товарищ адмирал, вполне сподручно переговорить с нашим главным прокурором.

Кулебяка посмотрел на Сергея с заметным уважением:

– Слушай, капитан, и почему ты все еще капитан? – И тут же сам себе ответил: – Потому и капитан, что грамотный да умный. Грибоедов свой опус для всех времен и народов писал!

Вот уж прокуратуре флотской я ручки-то повыворачиваю! Они медленно запрягают, но нам важен задел, а потом пусть крутится машина. Главное, что и тот и другой пути дают нам выход в верхи. Ну почему мы тогда с тобой чемпионат по «козлу» не выиграли?!

Сергей с тревогой посмотрел на часы:

– Федор Генрихович, мне бежать пора. Катер скоро отходит в Ханту.

– Да я тебе свой личный дам.

– Не надо внимания привлекать. Я ведь и сюда-то, как Штирлиц пробирался.

– Да, Сережа, мы как-то об одной существенной детали забыли, о безопасности.

– Ох, только не я! – Редин погладил затылок.

– Так. – Голос и вид адмирала был суров и решителен. – Убирать тебя оттуда нельзя, я понимаю. Будешь сидеть на своем пароходе тише воды, ниже травы. Это приказ! Шило хлещи, я разрешаю. Теперь это не твое дело. Прибудете на Новую Землю, там тебя сразу наши люди отыщут, будешь уже под охраной. Понял?

Сергей кивнул:

– Ну, до чего же похожие инструкции я получаю от двух противоположных сторон! Сопьюсь ведь! А вообще-то я, конечно, напуганный и осторожный, но не мертвый же. Так что, еще будем посмотреть…

– Ладно-ладно, беги давай, супермен. А мы тут закрутим по полной программе. Береги себя, Серега! Нам еще потом пережить сауну с коньячком. Вот, блин, поэт, а?!

Пожав шершавую адмиральскую ладонь, Редин чуть не опрометью выскочил из кабинета. Времени не оставалось вовсе.

Сбежав со ступеней Дома офицеров, Сергей трусцой направился к автобусу. Успеть бы на причал! Конечно, он не обратил абсолютно никакого внимания на незнакомого офицера, прогуливающегося в числе других по центральной площади и озабоченно посматривающего по сторонам.

С появлением на площади Сергея взгляд незнакомца неотрывно сопровождал его до посадки в автобус. Затем офицер посмотрел на часы и торопливым шагом направился в сторону казарменного городка.

– Алло! Это капитан второго ранга Шевкунов? Игорек, привет! Узнал? Выполняем тут твою ориентировку по объекту из Ханты. В 14.30 целая группа оттуда на катере прибыла. Нас по телефону предупредил твой человек. По магазинам расползлись. Объект ходил в одиночку. В 16 часов мой агент его потерял. Зашел на вещевой склад, когда через полчаса не вышел, агент зашел внутрь. Объекта не было.

Нет, через запасной выход не появлялся. В 17.25 его увидели выходящим из ДОФа.

Да не кричи ты, Леонидыч. Виновные свое получат. Пошустрили ребятки потом по ДОФу, выяснили точно: объект встречался с первым заместителем Командующего. Кулебяка там прием проводил. Объект мозги адъютанту запудрил и проскочил. Ну, вот, сумел! 30 минут беседовали в отдельном кабинете…

Не зарывайся, Игорь Леонидович! Знаю, что твой должник еще с прошлого года. Вот и отработал честно. А за адмиралом не пойду! Мне тут жить и служить еще под его командованием.

Все. В расчете. Привет!

– Это «Арктика»? Соедините меня с номером 711 по коду через коммутатор. «Полюс-14». Спасибо.

– Владимир Павлович? Шевкунов беспокоит. Линия чистая. «Казачка» нашего на коротком поводке водим и с рук кормим. Двадцать четыре часа в сутки. Правда, сегодня днем выпал он из контроля. Но это вина местных ребят. Отнеслись наплевательски. Мы разберемся, накажем…

– Да бросьте вы эти свои тупые военные отговорки! – голос в трубке едва не срывался на крик, – …разберемся, накажем…» Игры закончились! Вы что, еще не поняли, капдва, во что ввязались?! Ваш объект вполне профессионально «кинул наружку»! И вышел на прямой контакт с заместителем Командующего. Вы ему что, такие инструкции давали? Нет? Значит, он вам не доверяет!

– Да он же сам ко мне, как к старому другу и последней надежде пришел…

– Вы мне это уже рассказывали! Значит, все еще хуже: он сумел вас просчитать и нашел новый канал. Любая информация, попавшая к адмиралу, нам уже неподконтрольна. Впрочем, скорее всего, старый морской волк ему не поверит или просто не захочет ввязываться в сомнительную аферу. Но что-то наружу все равно вылезет.

Ладно, нам важно завершить свой этап операции в Ханте. Ваш «Казачок» стал серьезной проблемой. Его надо нейтрализовать. Идти на Новую Землю на своем корабле он не должен! Болезнь, дезертирство, пьянство, умопомешательство, просто опоздание на выход – придумайте что угодно и организуйте сами. Это ваш протеже. И ответственность за него несете вы лично. Сколько ваших людей на борту?

– Двое.

– Вот и дайте им такое задания на ближайшие часы. А потом – строжайший контроль за зоной! И беспрекословно выполнять приказы моего агента. Ну да мы с вами это уже обговаривали. Поторопитесь, Шевкунов. Действуйте, как профессионал, а не как советский военнослужащий. Все!

Человек, проживающий в гостинице «Арктика» в Мурманске под фамилией Жилинский, опустил на рычаг трубку телефона. Зеленая лампочка на стационарном аппарате подтверждала защищенность линии от прослушивания. Этот гостиничный номер и смежный с ним 713-й были штатной явочной точкой ФСБ. Он знал, что за стенкой и сейчас находится один из двух постоянно проживающих там под видом коммерсантов агентов. На случай экстренной ситуации. Теперешнюю он к таковым не относил.

Время – вещь неумолимая. Оно сейчас безоговорочно на их стороне. До отхода плавмастерской из Ханты оставалось одиннадцать часов, да и те ночные. А дальше, хотя его люди и будут продолжать контролировать груз, вся полнота ответственности ложится на агентуру на борту судна, и, как он догадывался, не всегда русского происхождения. Впрочем, какое ему до этого дело? Вот подстраховываться в вопросе с Рединым не мешает. Да и перетрусивший Любимцев занозой сидел у него в нехорошем месте.

Эх, ну разве раньше стал бы кто-нибудь привлекать к операции непрофессионалов?! Да не то что привлекать, даже просто ставить в известность или хоть намекать о чем-либо считалось категорически недопустимым. Что же за заразная вещь эта демократия, если и в органы въелась уже? Впрочем, по поводу понятия «демократия» у него было свое категоричное мнение: этим словом просто прикрывали некомпетентность, неумение и нежелание работать по строгим правилам, разболтанность и демагогию. Свое мнение он предпочитал держать в секрете.

«А капраза этого мы сейчас поставим на уши, – злорадно подумал он и снова снял телефонную трубку, – не обосрался бы с перепугу или удар бы не хватил».

– Послушайте, уважаемый Валерий Яковлевич. Я бы давно мог доложить руководству о благоприятном завершении нашего этапа операции, если бы не досадные неувязки со стороны ваших подчиненных. Не перебивайте, пожалуйста! Один возомнил себя эдаким Рэмбо, спасителем русской цивилизации, другие не могут найти на него элементарную управу. Это в военной-то системе! Я вынужден решать ваши проблемы.

Не надо мне ничего говорить! Оставьте ваши объяснения для беседы с Генералом. Думаю, она будет не очень лицеприятной. А сейчас лично контролируйте каждый час подготовки корабля к выходу. Пока чалки не отдадут. Надеюсь, это входит в круг ваших обязанностей?

Довольный собой, он закончил разговор, не вслушиваясь в еще доносившееся из трубки бормотанье. Несмотря на досадные случайности и некоторые нестыковки, общим ходом событий он был пока удовлетворен.

Может, он недостаточно внимательно смотрел все фильмы о Рэмбо?

На катере в Ханту собрались все, кто по своим делам ездил в поселок. Добавился только один капитан третьего ранга. Очень угрюмый на вид, неразговорчивый мужчина лет тридцати двух. Он-то и оказался приписанным на переход командиром корабля. На правах помощника Владимир представил его всем остальным офицерам. Новый командир ограничился общим кивком, не выказав ни малейшего желания к более близким контактам. Рядом с ним продолжал оставаться только Владимир, что-то негромко объясняя и энергично жестикулируя в такт словам.