Олег Белоус – Беглецы. Новая реальность (страница 4)
Бабахнуло.
В следующее мгновение над катером по крутой дуге пронеслось что-то темное. Глухой, утробный звук выстрела еще висел в воздухе, когда его оборвал оглушительный грохот взрыва, в нескольких десятках метров на пути ведущего судна вспучилось пронзительно-желтое, ослепительное облако. Над рекой с пронзительными криками взлетели испуганные птицы, закружили в мрачном, сером небе.
Ушаков удовлетворенно кивнул, губы тронула едва заметная улыбка. Вот это он понимает!
- Последнее предупреждение! - усиленный мегафоном голос, разнесся над водой, - При неповиновении стреляем по кораблям! Пристать к берегу! Немедленно!
Корабли каравана останавливались, словно наткнувшись на невидимую стену. На палубах суета, крики.
На губах Ушакова мелькнула неприятная, как бы не презрительная улыбка.
Новые крики, корабли медленно развернулись к берегу. Ушаков поежился - ветер с реки продувал насквозь и приказал возвращаться.
Намного опередивший «гостей» катер попаданцев, пришвартовался к пристани и уже покачивался на волнах.
После рева мотора и свиста в ушах ветра тишина показалась Ушакову просто поразительной. Тишина, которую нарушал только ветер, шелестящий в желтеющей листве, да ленивый плеск волн об берег.
Экипаж катера вместе с расчетом торопливо разобрали миномет, посматривая на приближающиеся корабли. Потом загрузили его в кузов грузовика и вернулись на пристань. Водитель остался в машине.
Через несколько минут караван остановился в паре десятков метров от пристани. Шуршание канатов, трущихся об древесину заглушило торжествующий всплеск воды, в которую один за другим обрушились каменные якоря. Помня о недавних взрывах, пришельцы не стали близко подходить к берегу, но и особо не опасались. Незнакомцы на пристани, конечно, в добрых стальных бронях. В руках - странные предметы, отдаленно напоминавшие арбалеты, но без дуги. Латная пехота выглядела грозно и внушала. Весьма даже внушала внешним видом! Но воинов меньше десятка. Что они смогут сделать каравану, в котором две сотни человек?
Треск автомобильного мотора спускавшегося на берег грузовика заставил Ушакова вздрогнуть. Он опустил взгляд на часы. «А быстро босы собрались», - подумал с усмешкой, демонстративно потянулся, разминая затекшие мышцы.
Над бортом ближайшего корабля, около носового украшения в виде опустившего голову быка, выпрямился человек. Худой и жилистый, с длинными руками и лицом, словно вырубленным топором, где выделялся внушительный нос. В меховой безрукавке, выглядевшей на нем так органично, что, казалось, он не снимал ее ни днем ни ночью. Человек облизал губы и, глянув на кого-то невидимого Ушакову, согласно наклонил голову и, обернувшись, крикнул на славянском:
- Почто озоруете тати? Почто обиду творите гостю заморскому Али ибн Хайсаму из царства-государства Ширваншахов (средневековое государство Ширван, одно из крупных феодальных государств Кавказа), коего князья киевские Аскольд да Дир под защиту взяли!?
Ушаков придал лицу надменное, несколько недовольное выражение - мол, а ты кто такой, чтобы с меня спрашивать? Не на того напал! Я сам наеду получше чем каток асфальтовый! А потом подумал: «Шамаханское царство – помню - Пушкин вроде писал про него. А Ширваншахов это где? Ладно – разберемся! Главное – это непосредственный выход «за рубеж»
Ушаков вздернул подбородок жестом не то Наполеона, не то Цезаря.
- А ты кто такой, что, придя ко мне в гости, лаешься аки пес?! Ты что, пес? – произнес низким хрипловатым голосом, странно растягивая слова, с непривычными интонациями, но все равно понятно толмачу.
Неизвестный несколько мгновений, выпучившись, смотрел на попаданца. Склонился к кому-то невидимому. Ветер донес обрывки гортанных фраз, напоминающих клекот орла — явно неславянская речь. После короткой паузы выпрямился.
- Почто лаешься и псом кличешь? – в голосе слышалась искренняя обида. – Аз толмач гостя заморского! А он не позволит творить татьбу!
Ушаков сделал успокаивающий жест, его лицо смягчилось.
- Не бойся, никто не причинит вам зла и не обидит. Мы хотим предложить вам свои товары. Об уральцах слыхал?
- Как не слыхать, - всплеснул руками толмач. Повернулся и несколько мгновений с отвисшей челюстью смотрел на невиданную самобеглую повозку, потом кое-как справился с изумлением и продолжил гораздо тише, - О них только и бает торжище киевское. Бают колдуны они и знаются с Чернобогом да кровь дитячью пьют! Но богатые – страсть! И товары имеют чудные да богатые, за которые гости торговые готовы платить любые деньги!
- Лжу бают аки дурни жены, а уральцы - это мы и есть!
Послышался рев мотора, стремительно приблизился и Ушаков на миг повернулся – по песчаному пляжу всего в паре сотен метров от пристани ехал грузовик. «Ну что, отцы командиры. Что смог – сделал. Дальше сами – сами!»
Толмач залупал глазами и только через пару мгновений сумел открыть рот:
- Охти мне! – всплеснул руками и снова наклонился к невидимому собеседнику, на этот раз разговор длился значительно дольше.
Рядом с толмачом поднялся смуглолицый мужчина с иссиня-черной бородой. Роскошный восточный халат, подпоясанный алым кушаком. Карие глаза с золотистыми искрами, смотрели на попаданца с хищным интересом, выдавая острый ум и проницательность.
«Это гость торговый Али ибн Хайсаму» - понял Ушаков.
Человек с достоинством поклонился, приложив руки к груди, потом увидел приближающийся грузовик и удивленно замер, но спустя несколько мгновений справился с чувствами. Ушаков склонил голову в ответ.
Грузовой автомобиль резко затормозил у пристани, взметнув веера песка. Из кузова высыпали вооруженные стрелки второго взвода - не меньше отделения. Начищенные доспехи стрелков тускло поблескивали в лучах осеннего солнца. Открылись двери кабины и показалось руководство колонии попаданцев: Александр Петелин – он был за водителя, следом – Чепанов.
С полминуты купец и попаданцы молча изучали друг друга. Затем торговец склонился к толмачу, коротко прошептал что-то на ухо.
- Гость торговый бает: почто остановили? – нарушил молчание толмач.
Старший по возрасту уралец улыбнулся:
- Уж извиняй, гость торговый, за такое приглашение, но поговорить надобно, а ты приглашения не принимал, - Чепанов развел руками. На лице разочарование и простодушие, - Добро пожаловать, гость торговый, в шатер.
Чепанов повернулся и махнул в сторону автомобиля. Стрелки, сбросив с кузова брезент, подхватили его втроем и потащили. А из кузова уже подавали легкие пляжные кресла и стол из пустоцветовских трофеев.
Торговый гость, сохраняя внешнее спокойствие, медленно обвел взглядом вооруженных людей, затем снова посмотрел на Чепанова. Повернулся к толмачу и произнес что-то с вопросительными интонациями в голосе.
- Как ваш град называется? - выкрикнул толмач, - Гость торговый Али ибн Хайсаму спрашивает! В прошлом году здесь еще ничего не было.
Попаданцы переглянулись. И правда, как? До этого дня они говорили «город», и все понимали, о чем разговор. За всеми заботами они так и не удосужились дать название колонии. Неожиданно для самого себя Чепанов произнес:
- Мастерград.
Попаданцы переглянулись. Петелин ревниво посмотрел на него и с досадой подумал: удачное название и как я раньше об этом не подумал?
Слово сказано, и, как часто бывает, оно обрело материальную силу. Название города мастеров и умельцев как-то незаметно прижилось и стало официальным, отражая суть владевших недоступными никому в этом мире технологиями.
- А ты откуда, гость торговый, уж не знаю, как тебя звать-величать?
После недолгих переговоров с толмачем, попаданцы выслушали ответ и представились сами.
- Что ж, - после недолгой паузы произнес, закончив переговоры с купцом, толмач, - коли приглашаете, отчего не поговорить? Только чур, по-честному, без подвохов.
Через несколько минут на берегу возвышался роскошный шатер, еще несколько дней тому назад принадлежавший князю русов Олегу. Искусно расшитый позолоченными и серебряными нитями, он сверкал в лучах солнца, словно драгоценность, а мастерство исполнения вызывало восхищение. Солдаты заносили в него последнюю мебель, а лодка с купцом, толмачом и двумя матросами ткнулась в берег.
Чепанов с Петелиным с достоинством поклонились, приложив руку к сердцу, вновь склонившемуся в церемонном поклоне купцу.
- Давайте пойдемте, гости дорогие, - как можно радушнее произнес Чепанов, широким жестом приглашая следовать за собой.
Внимательный взгляд сузившихся глаз купца остановился на шатре. Это было поистине царское жилище, достойное князя или шаха.
Матросы остались у лодки, а купец с толмачем последовали за хозяевами, предвкушая выгодную сделку. Их шаги были неторопливыми, словно время текло по-другому, подчиняясь законам восточного гостеприимства и делового этикета.
Купец медленно переступил порог шатра. Просторные пестрые кресла с незамысловатой резьбой, небольшой стол в центре - все это выглядело слишком скромно для того величия, которое он себе напредставлял. Во взгляде купца мелькнуло разочарование. Где богато вышитые ткани? Где золоченая утварь? Где роскошь, достойная шаха? От трофейного серебряного кувшина, на столешнице, шел парок, знакомый аромат свежезаваренного чая смешивался с запахом сдобы, создавая уютную атмосферу.