Олег Алтайский – Мутант (страница 7)
– В санчасти.
Эта фраза произвела на мальчишек такой эффект что они как ошпаренные соскочили с коек и изумленно глядя на Сережу, переспросили и сами же ответили.
– Где? В санчасти? У Вики? Во блин везунчик. Скажи же классная тетка. Я готов себе ногу прострелить что бы к ней попасть.
– Да, – мечтательно проговорил Андрей, вспоминая счастливые моменты, – когда меня к ней в первый раз привели с зубной болью, я сразу обо всём забыл. Она только глянула на меня своими зелеными глазами, и я готов был своим больным зубом решетки грызть. Она меня оставила в лазарете на ночь и мне такие сны снились. Что угодно готов сделать лишь бы её еще раз увидеть.
– Она у нас колдунья, – гордо добавил Эдик.
– Какая колдунья, дурак, – перебил его Андрей, – она гипнозом владеет. Нас так тоже учить будут…
Вдруг в кубрике стало темно. Кто-то своим огромным торсом загораживал весь проем двери. Мальчишки мигом поправили помятые покрывала на кроватях и вытянулись по стойке смирно. В комнату вошел, уже знакомый Сергею инструктор Пахом.
– Я же сказал только Мелкому позвать Дачника на обед. Тебе что тут Канарейка надо? Я их там жду, а они тут лясы точат. Уже все поели, а вас уговаривать надо? А ну мухой в столовую и новенького не забудьте.
Пока Сергей одевался и с помощью Эдика приводил кровать в порядок, Пахом взял Андрея за шкирку и подняв как щенка спросил:
– Ну что Кенар наш, всё уже выяснить успел? Все разнюхал? Не успел я пацана предупредить что тут болтать не гоже, как ты уже, наверное, больше всех знаешь. Смотри Андрюша, не трепись. Сам знаешь болтуны у нас не в почете.
Он опустил Андрея на пол, тот поправил на себе одежду и как ни в чём не бывало ответил, хитро прищурив глаза:
– А я что, я ни чего, товарищ прапорщик. Мы его знаете сколько будили? Он проснуться всё никак не мог. Честное слово, охал, ахал, стонал, звал кого-то. По-моему, какую-то Вику. Наверное, он уже успел влюбиться в нашу медсестру Викторию Анатольевну. Вы случайно не знаете? Я думаю, что именно по этой причине, он так спал крепко. Так что мы тут не причем. Я бы на его месте тоже не просыпался бы парочку дней.
– Хорош галдеть. Запел свои песни. Точно, как Канарейка, а ну валите живо в столовую и что бы пока я дойду, у вас тарелки чистые были.
Схватив Сергея под руки, ребята бегом бросились по коридору. Пахом ухмыльнулся, прошелся по кубрику, поправил табуретки и книжки на столах, сел и с грустью посмотрев на кровать Сергея произнес:
– Эх пацаны, пацаны, во жизнь вас плющит. Не по-детски.
В компании новых приятелей Сережа немного пришел в себя. Вечером он познакомился с еще одним парнишкой которого звали Виктором, его псевдоним был Свисток. Мальчишки весь вечер рассказывали Сергею о спецшколе, что они самые младшие и с них спроса меньше всего. Что они могут позволять себе некоторые отклонения от распорядка дня. Что-то на вроде опоздания на обед, которым Сергей с друзьями уже успел отличится. А также произношение реальных имен. Более старшие курсанты общались только на псевдонимах. У старших и занятия были серьезней, и отношение к ним было, намного строже. Они уже выезжали на спецоперации и жили совсем другой жизнью.
Самые младшие, потихоньку втягиваясь в новый ритм жизни, учились, как и в обычной школе. Те же предметы, такие же преподаватели. Только оценки никто не ставил. Объясняли ровно столько, сколько требовалось для полного усвоения материала, каждым из курсантов. Химия, биология, физика, английский, немецкий, китайский и актуальный в те года в спецслужбах, фарси, язык на котором говорили в Афганистане. Многие из выпускников, после обучения, сразу уезжали на службу в Афган и знание этого языка было им просто необходимо.
Весело болтая, Канарейка и Мелкий рассказывали Сереже о всех особенностях внутренней жизни, о своих детских домах и о том, как они в них оказались. О том, что у них у всех были родители пьяницы и что они даже представить себе не могут, почему Сергей так сильно переживает их потерю.
Третий мальчик, по имени Витя, был тоже не высокого роста, как и Эдик, но в отличии от своего товарища, более крепкого сложения. Не разговорчивый и угрюмый, он старался быть всегда один и наблюдая из своего угла за новеньким, мерил его подозрительным взглядом.
Сергей, почувствовав его не добрый взгляд, посмотрел в его сторону. Веселый Эдик тоже глянул в сторону своего товарища и сразу затараторил:
– Это Витяня наш. Он из Краснодарского дет дома. Его после меня сюда привезли.
– Ага и после меня тоже, – добавил Андрей, – до тебя он самый молодой здесь был.
Эдик недовольно посмотрел на товарища, который влез в его рассказ и остановив его жестом руки продолжил:
– Прикинь, родоков своих пьяных в хате закрыл и с наружи подпалил избу. Сгорели все под чистую. Его в детский дом привезли. Воспитатели по привычке стали обламывать, а он и им тоже петуха подпустил. Детдом спалить решил. Поджигатель блин.
Его в милицию сдали и держали в клетке, не знали, что делать. Боялись выпустить, наверное, догадывались ментяры гады, что тюрьму спалит.
Мальчишки весело засмеялись. Не желая молча слушать, Андрей решил продолжить рассказ сам. Эдик на него недовольно посмотрел, но перебивать не стал и через несколько секунд уже улыбаясь в полный рот, слушал друга:
– Видать за эти заслуги и попал к нам. Мы тут все талантливые. Так Пахан сказал. А у Витьки погоняло, псевдоним то есть, Свисток. Потому что он у ментов умудрился свисток стырить. Его, когда привезли, он все свистел в него, пока Бате не надоело. Батяня вышел как-то на зарядку, посмотрел своим пластмассовым лицом, не моргая и ушел. Я тогда думал, что Свистка Пахан пристрелит.
– Ага я тоже, – снова встрял Эдик, пришла очередь молчать Андрея.
– Но Витяня не дурак, дураков тут нет. Он сразу все просек, молча подошел и свисток Пахану отдал. А то бы точно завалили.
Мальчишки снова весело засмеялись. Потом Андрей повернулся к Вите и спросил:
– А чё ты в самом деле свисток-то свой ему отдал?
Виктор насупился и стал рассказывать.
– Да я не хотел, просто из санчасти на меня так врачиха посмотрела, что мое тело онемело всё, и будто кто-то им управлял. До сих пор свисток жалко. Железный был.
Мальчишки снова весело засмеялись. Даже Сережа смог ухмыльнутся, первый раз после гибели родителей. Но тот факт, что Виктор сам убил своих родителей, засел в нем так сильно, что он сразу невзлюбил этого молчаливого паренька.
Эдик тем временем продолжал тараторить.
– Вот поэтому, он у нас и Свисток. А рассказать почему Андрюха, Канарейка? Про меня то и так все понятно, я Мелкий, мелкий и есть. Все правильно.
– Ну расскажи, интересно будет тебя послушать. Что ты про меня насочиняешь, – Андрей развалился на кровати и приготовился слушать.
– Насочиняю? Ща посмотрим кто из нас сочиняет, – начал с вдохновением Эдик и обращаясь к своему товарищу стал задавать вопросы:
– Сколько ты раз из детдома сбегал?
– Раз десять.
– Где тебя всегда ловили?
– На птичьем рынке.
– Возле клеток с кем?
– С канарейками.
– Вот и весь рассказ, что тут сочинять.
Сергей, немного придя в себя, принял участие в разговоре. Он с интересом слушал ребят и ему было все очень интересно. Немного помедлив, он спросил, у Андрея:
– А ты сюда как попал?
Вместо Андрея снова ответил Эдик.
– О! – восхищенно начал он. – Ты знаешь какая у него башка. Ему и счетная машинка не нужна. Все в голове решает. И память отличная. По литературе стихи учить задают. Он один раз прочитает и потом сколько надо, столько и помнит.
А в шахматы как играет! Даже Пахана выигрывает. Пахан здесь за столом с доской сидит и думает по полчаса, а Андрюха в коридоре на подоконнике книжку читает и когда Пахан называет свой ход, Андрюха сразу свой говорит. Пахан его ни разу не выиграл.
В коридоре послышались тяжелые шаги. Андрей, немного расстроенный что прервали такой хвалебный рассказ о нем, недовольно произнес:
– О, накаркал. Легок на помине, сейчас опять порядок в шкафах проверять будет.
Мальчишки соскочили с кроватей и быстро поправив помятые покрывала, сели за письменные столы и стали делать вид что учат уроки.
В проеме двери появился огромный прапорщик. В руках у него была большая картонная коробка. Он подошел к пустому столу и поставив на нее коробку сказал:
– Вот это все тебе, Дачник. Учебники, ручки, карандаши, линейки, тетрадки. Форма на зарядку и повседневка. Давай сынок, обживайся коли так оно получилось.
А вы пацаны помогайте ему. Дай Бог вам такого горя не пережить какое на него свалилось. Хотя и на ваш век беды хватит.
Он по-отечески потрепал густую шевелюру Сергея и добавил:
– Завтра подстригу тебя. Будешь наши стрижки носить.
Он посидел немного на табуретке, пообщался со всеми на предмет успеваемости. Поинтересовался самочувствием и выяснив все что ему требовалось, пошел обратно.
Выспавшись за день, Сережа после отбоя не мог даже сомкнуть глаз. У него было огромное количество вопросов и ни одного ответа. Он лежал и вспоминая своих родителей, просто смотрел перед собой.
Вдруг он услышал голос Эдика.
– Что, тоже не спиться?
– Ага, – ответил Сергей.
– Пошли в коридор поболтаем, чтобы пацанам не мешать.
Они поднялись и босиком вышмыгнули из кубрика. Сев на подоконник Сережа спросил: