Оксана Кириллова – Эмилия проснется во вторник (страница 14)

– Ладно, – успокоилась Тоня. – Пошли в номер, не спеша переоденемся, а потом – к магазину. Времени еще полно.

– К магазину? Нам разве нужно что-то купить? Я вроде наелась за ужином…

– Опять ты в себе и никого не слушаешь! Вся группа – ну, или почти вся – собирается там в двадцать один тридцать. Возьмем что-нибудь выпить и закусить и пойдем в лес, чтобы нас никто не спалил. Отпразднуем знакомство. Или ты таки жаждешь свидания с тем самовлюбленным типом?

– Да ну, – мотнула головой я. – Что ж, здорово. Я… не против. Говоришь, пойдут не все?

– Мне почему-то кажется, что одна сладкая парочка не пойдет.

– Рома с Юлей?

– Нет, Дима с Инессой. Они практически не отрываются друг от друга, за ручки держатся, во взглядах искрит… сто процентов дождутся, пока все уйдут, и уединятся в его или ее номере. – Тоня поморщилась. – Веришь, в основном мне противненько от таких телячьих нежностей, но иногда… не знаю… это не зависть, конечно, но… тоже хочется испытать что-то такое. Когда ты настолько влюблен, что больше ни о чем думать не можешь, больше ничего не желаешь. И вряд ли беспокоишься о том, чем бы на свидании заполнить паузу.

– Думаешь, у Димы с Инессой никогда не возникает пауз? – Я постаралась выглядеть равнодушной, хотя горло предательски сдавило спазмом.

– Думаю, если и возникают, они быстро заполняют их – и не разговорами.

– А… ну да. Понятно.

Какая же я глупая, если хоть на миг допустила, что эпизод, имевший место несколько минут назад, хоть что-то значил. Что ж, и ладно. Мне все равно. Ну, почти. Станет все равно чуть позже. По крайней мере, хотелось бы на это надеяться.

***

Минут через пятнадцать Тоня в одном нижнем белье раздраженно перебирала свои вещи. Я впервые видела, чтобы люди относились к одежде так заботливо и небрежно одновременно: вроде как развешивали на вешалках, но в скомканным виде.

– Я не знаю, что надеть. Наверное, тебе кажется, что это неважно, а я думаю, одеться уместно и стильно даже на самое обычное мероприятие – целое искусство, которое должна освоить каждая девушка. Особенно лайфстайл-блогер! Так ведь? – вещала она, стоя ко мне спиной.

– Разумеется.

Я ждала ее, сидя на своей застеленной нежно-розовым покрывалом постели, облаченная в рваные джинсы и футболку с надписью «I know I`m hot» – шутливой, разумеется, какая же я горячая, никто так и не подумает.

– Кстати о блогах. Ты что-нибудь запостила в свой канал с учетом того, чему мы сегодня научились?

– Н-нет еще…

– А говорила, что хочешь потренироваться на книгах, которые привезла, в составлении отзывов. И сказала, что думаешь о какой-то книге.

– Да, но ведь я ее не дочитала – вообще-то, только начала. Вот закончу – тогда…

– Думаешь, блогеры пишут, только когда им на самом деле есть о чем?

Признаться, я вовсе об этом не задумывалась.

– А разве нет?

– Господи. – Тоня глубоко вздохнула, будто мысленно сетуя на то, что мне приходится объяснять такие простые вещи. – Фоткаешь книгу на красивом фоне. Подписываешь две строки: мол, читаю вот это, а дальше – как сама чувствуешь. Например: «Главный герой такой сексуальный, м-м!» или «Не могу поверить, что Белинда и правда убила Карлоса!». Даже если за три страницы ты не успела толком узнать Белинду и привязаться к Карлосу – кому какое дело, аудиторию просто нужно зацепить и заставить зайти к тебе еще раз, чтобы узнать, что ты думаешь о следующих главах. И о следующей новинке. И еще, и еще. Да, хештеги не забывай. В Telegram они не так явно работают, как в некоторых других соцсетях, но все же… помнишь, нам сегодня как минимум пару раз намекнули, чтобы мы ставили хештег Школы и тем самым ее популяризировали.

– Ты права. Надо привлекать аудиторию уже сейчас. – Ага, аудиторию несуществующего канала из нуля человек. – Не стоит ждать, пока я закончу книгу.

– Звучит так, будто ты писатель, ха.

– Честно говоря, – я скрестила руки на груди, – я и правда пытаюсь кое-что написать.

Не знаю, зачем это сказала – до сих пор знала только бабушка. Наверное, меня задел насмешливый тон Тони.

– Да?

Она немедленно обернулась, и я еле успела отвести глаза – оказывается, на ней уже не было бюстгальтера. Ее саму это, похоже, не волновало. Видимо, зря я беспокоилась о возможности нарушения ее личных границ.

Соседка заметила мое смущение и прокомментировала:

– О-ой, да умоляю, у меня две сестры, и мы все живем вместе, а иногда и в баню вместе ходим. Старшая недавно сделала татуировку в виде огонька на лобке и гордо нам показала – мама бы ее убила, конечно, но она не узнает. Короче, если бы я парилась из-за того, что кто-то из девочек увидит мои соски… Если ты, конечно, не лесбиянка и не би. Ты же не..?

Я озадаченно заверила ее: нет, самая что ни на есть убежденная гетеросексуалка.

– Отлично, так и думала, – расслабилась Тоня и наконец принялась одеваться. – И что ты говорила о своей книге?

– «Книга» – пока громко сказано. Я несколько раз начинала разные сюжеты, но пока ничего до ума не довела. Хотя, надеюсь, у того, что я пишу сейчас, перспективы есть.

– И что же это? Роман?

– Ага. Вроде как роман.

– О чем же?

Хотелось ответить что-нибудь такое, чтобы заинтересовать Тоню. Не говорить же, что я пишу об очень одинокой девушке, которая получила в наследство книжный магазин. Мне и самой вдруг показалось, что это скучно, избито и несовременно.

– О параллельных мирах. О жизни после смерти. О магии и драконах. В общих чертах как-то так.

– Жизнь после смерти, драконы и магия? Хм, да, такое сейчас вроде модно… – «Сама знаю!» – Не пробовала связываться с издательствами?

– Тоня, мне шестнадцать, а страниц в этой книге пока еще меньше.

– И что? Пусть скажут, интересует их это или нет. Не ответят – ничего не потеряешь, а если ответят? Можешь уже к восемнадцати стать не только крутым блогером, но и известной писательницей! Подумай об этом, Вась.

– Конечно, – отозвалась я, прекрасно понимая, что «Вася» об этом, может, и подумала бы, а я, Эмилия, и пытаться не стану.

Где я, у которой даже нет ни одной подруги, а где популярность? И потом, когда это я бывала такой инициативной? Это что-то само по себе из параллельного мира. Хотя-я…

Я вспомнила то щекочущее, пьянящее чувство предвкушения, которое испытала несколько дней назад, когда бабушка уговорила меня податься в Школу. То желание нового опыта, новых эмоций… Может, и стоит позволить себе хотя бы в эти три дня быть не совсем такой, как обычно. Или совсем другой.

Поставить что-то вроде эксперимента. Превратиться в яркую и смелую Василису – пусть это будет мое «курортное» альтер эго. Да, я приехала в основном учиться, но ведь не только. И здесь все не так, как в городе, и людей этих я, скорее всего, больше никогда не увижу, поэтому ассоциации с курортом вполне оправданны. Побыть Эмилией всегда успею.

– Слушай-ка. – Я, прищурившись, наблюдала, как подкрашивается Тоня. – А у тебя есть еще что-нибудь из косметики?

– Спрашиваешь! Конечно, я с собой всегда большую косметичку таскаю. Что одолжить?

– Не знаю. Но этим вечером хочется выглядеть как-то… поэффектнее.

Соседка подарила мне одобрительный взгляд через плечо.

– Тогда, может, тебе и кое-что из одежды предложить?

– Моя выглядит не очень, да?

– Н-ну… нормально в принципе.

– Говори как есть, я переживу и не обижусь. Правда.

– Ладно. И драные джинсы, и футболки с крупными принтами, тем более с такими надписями – вроде как соблазнительными, но на самом деле глуповатыми, – вышли из моды сто лет назад. Это еще сошло бы на пляже, но мы собираемся на тусовку, пусть и небольшую, и раз ты сама сказала про эффектность…

– Да, сказала. – Я решительно подошла к ней. – Есть платья?

Может, мне удастся выглядеть лучше, чем Инесса. А если она при этом не придет, разница между нами точно не будет бросаться в глаза.

Глава 8

Я и забыла свою легенду о том, что предпочитаю остальному алкоголю сидр – к счастью, пока мы стояли в очереди, растянувшейся почти на весь маленький душный магазин, Тоня дернула меня за руку: «Смотри, вон в холодильнике твой любимый напиток! Везет, тебе и думать не надо, а что же взять мне? Я сидр не хочу…».

В итоге Тоня выбрала медовуху. Когда наконец подошла наша очередь, я собиралась взять одну баночку, но соседка заказывала первой и взяла для себя целых три. Меня заранее замутило, но я напомнила себе, что собираюсь развлекаться, да и не обязательно все выпивать. Лучше просто взять про запас, а то потом магазин закроется. В общем, я тоже взяла три банки – и хлебцы, чтобы заедать. Продавец смерил меня внимательным взором, явно заподозрив, что я несовершеннолетняя, но за товаром все же отправился.

В том виде, в котором обычно ходила в городе, я бы алкоголь не купила точно. Но сейчас на мне было ненавязчиво обтягивающее талию синее платье до лодыжек, умело наложенные (честно говоря, Тоней) румяна создавали впечатление, что у меня есть скулы – так круто и по-взрослому, – а густо накрашенными и волшебным образом удлинившимися ресницами впору было, как в старой песне, «хлопать и взлетать». И, напомню, в тот вечер я была не шестнадцатилетней Эмилией, а почти-восемнадцатилетней Василисой – это совсем другое дело, так?

И вот наступает исторический момент: наша большая – пришли почти все! – компания в темном лесу, и под аккомпанемент чьего-то смеха, включенной кем-то музыки на телефоне, болтовни и жужжанья комаров я открываю банку. Она издает протестующее шипение, как газировка. И я делаю первый глоток сидра. Первый в своей жизни глоток спиртного. На миг почтительно застываю, чтобы увековечить это событие…