Офелия Роланд – Геном (страница 1)

Офелия Роланд

Геном

Пролог

Каждый из нас когда-то говорил себе, что нужно быть выше каких-то кретинов. Не надо обращать на них внимание. Просто нужно расслабиться и забыть. Но…

Что-то во мне взорвалось. Горячая волна ярости поднялась из самой глубины души, сметая все доводы рассудка. Я медленно поднялась из воды, чувствуя, как капли стекают по моей спине, словно слезы, которые я не позволила себе пролить.

– Моральные уроды, – прошипела я, и мой голос прозвучал тише шёпота, но от этого стал только опаснее. – Только и можете, что языком чесать.

Наступила тишина, напряженная, словно перед ударом грома. Волчицы замерли, их глаза расширились от изумления, а затем загорелись яростью.

– Что ты там вякнула, полукровка? – самая высокая из них поднялась, блокируя мне путь к отступлению. – Думаешь, если тебя привёл сам господин Сэиджи, то тебе всё можно?

Я не отвечала. Все слова уже были сказаны. Вместо этого я двинулась вперёд – не как ученица Академии, не как агент, а как загнанный зверь, у которого отняли последнее, что у него осталось – веру в своих друзей.

Моя рука впилась в мокрые чёрные волосы первой насмешницы. Хруст, вопль, брызги. Кто-то бросился на меня сбоку, но я уже была готова, отвесив оплеуху, от которой та отлетела к бортику. Третья выпустила когти, но я была быстрее, яростнее, отчаяннее. Я вцепилась ей в прядь и дёрнула, чувствуя, как под пальцами что-то поддаётся.

Крики, плеск, чьи-то сдавленные рыдания. Вода вокруг нас забурлила, наполняясь тёмными прядями и запахом чужой боли. Это была не честная битва: их трое и я одна. Но мне повезло, что эти курицы хороши только в служении господам.

Когда они, наконец, отступили – униженные, с вырванными клоками шерсти – я осталась стоять посреди бассейна, дрожа от выброса адреналина. Грудь вздымалась, сердце стучало где-то в горле.

Я медленно опустилась, стараясь дышать глубже. Руки тряслись. Я собрала в пучок свои длинные русые волосы, в которых запутались чужие пряди, и снова погрузилась в воду по подбородок.

Горячая вода обжигала кожу, но внутри я была холодна как лёд. И сквозь оглушительный гул в ушах пробивался один единственный вопрос, на который у меня не было ответа:

– Как я умудрилась до такого докатиться?

Акт 1: В ПАСТИ ВОЛКА

Глава 1: Осколки прошлого

Тьма не была просто отсутствием света. Она была живой, плотной, вязкой как смола. Она залепляла рот и ноздри, и каждый вдох обжигал лёгкие не воздухом, а едкой, сладковатой гарью. В ушах стоял оглушительный грохот – не отдельные крики, а сплошной вопль улицы, животный и полный такого ужаса, что по коже бежали мурашки. Они бежали. Мимо меня, сквозь меня, отталкивая, сбивая с ног. От чего? От огня? От самих себя?

А потом я увидела их. Не ярких мотыльков. Это были сгустки живого, яростного пламени, рождённые не из дерева, а из самой плоти и души. Они не порхали – они набрасывались. С шипящим треском впивались в обшивку стен, в занавески, в волосы бегущих людей. Один, алый и невероятно горячий, приземлился мне на руку. Боль была мгновенной и ослепительной – не ожог, а укус раскалённого до бела металла. Я закричала, но мой крик потонул в общем хаосе.

Сквозь слёзы, застилавшие зрение, я пыталась найти его. «Папа!» – хрипло вырвалось у меня, но дым превратил этот крик в беззвучный шёпот. И тогда я увидела его. Не среди обломков. Он стоял спиной ко мне, в самом эпицентре огненного вихря, пожиравшего нашу гостиную. Его фигура была искажена жаром и пляшущим воздухом, но я узнавала его очертания. И он не кричал. Не звал на помощь. Он что-то искал. Лихорадочно, с какой-то одержимостью рылся в пылающих обломках своего кабинета.

Вдруг он обернулся. Его лицо было не лицом спасителя. Глаза, обычно такие ясные, горели тем же странным, нечеловеческим огнём, что и всё вокруг. В них не было страха. Была жажда. Азарт. И в этой жуткой, оранжево-чёрной мгле наш взгляды встретились.

В тот миг мир окончательно рухнул. Пол подо мной провалился с оглушительным рёвом, и я полетела вниз, в угольную темноту, чувствуя, как мою кожу обжигает, а кости ломаются от удара.

И в этой окончательной, безмолвной тьме, лишённой всего, даже боли, до меня донёсся голос. Он был таким же нежным и разбитым, каким я помнила его всегда, но теперь в нём была ещё и вселенская скорбь.

– Ами, девочка моя… – прошептал он, и шёпот этот был громче любого крика. – Забудь эти невзгоды. Будь сильной… и попробуй простить…

Я попыталась дотянуться, найти её в кромешной тьме.

– Мама… – мой собственный голос был хрипом умирающего. – Мама, он… он…

Но тьма уже сомкнулась, поглотив последний проблеск сознания.

Собственный хриплый шёпот вырвал меня из объятий кошмара. Я резко села на кровати, сердце колотилось где-то в горле, а в лёгких всё ещё не хватало воздуха, будто я всё ещё дышала едким дымом. Я провела ладонью по лицу, смахивая мнимую сажу, и почувствовала, как дрожат пальцы.

Комната медленно проплывала перед глазами, выплывая из остатков ночного кошмара. Она была невелика, с высоким потолком, от которого веяло лёгким холодом. Лунный свет, пробивавшийся сквозь стрельчатое окно, выхватывал из тьмы знакомые очертания: грубый деревянный стол, заваленный свитками и чертежами, простой шкаф для одежды и замысловатую металлическую конструкцию в углу – недавнее изобретение Кортни, назначения которого я до сих пор не понимала. Воздух пах пылью, старой бумагой и едва уловимым ароматом ладана – обычный запах Академии. Я сбросила одеяло – грубое, но тёплое – и босыми ногами ступила на прохладный каменный пол.

Подойдя к окну, я упёрлась лбом в холодное стекло. Отсюда, с башни общежития, открывался вид на Академию Мефистотеля во всём её противоречивом величии. Это был не просто учебный корпус, а целый укреплённый комплекс, гордо возвышавшийся над спящим Ренвилом. Высокие стены из светлого камня надёжно укрывали нас от внешнего мира. За ними – целый лабиринт зданий: учебные корпуса с устремлёнными в небо шпилями, библиотека с огромными витражными окнами, казармы для стражей и даже несколько мастерских, откуда доносился лязг металла и чувствовался запах гари. Академия была нашим домом, нашей крепостью и нашей тюрьмой.

Здесь гибридов, рождённых в Городе N, вроде нас, учили контролировать свои способности и жить среди людей. А ещё в академии был особый класс – те, кого отбирали для секретных миссий. Мы с ребятами как раз были из таких. Нас готовили быть орудием в тени, защищающим хрупкий мир Ренвила.

В дверь постучали. Легко, почти несмело.

– Амайя? Ты уже встала? – это был голос Роя.

Я отвела взгляд от окна, за которым ночь уже отступала перед рассветом. И только сейчас осознала, что полностью оделась и застелила кровать, начисто позабыв о прошедших часах. Мои мысли поглотили меня целиком, крадя остаток ночи.

Глубокий вдох, затем выдох. Так, достаточно. Пора успокоиться и надеть привычную маску – маску того, кем я была для всех здесь.

– Да, входи.

Дверь скрипнула, и внутрь просунулась знакомая рыжая голова с взъерошенными вьющимися прядями. Большие зелёные глаза Роя смотрели на меня с беспокойством, а его пальцы нервно почёсывали затылок. Он уже был одет в свою обычную форму – прочные штаны и тунику, слегка помятую после сна.

– Эм, принёс тебе кофе. Ты… опять плохо спала?

Он протянул мне кружку, и я кивнула, с благодарностью принимая тёплый напиток. Горький аромат немного прогнал остатки кошмара. Рой всегда всё чувствовал. Возможно, сказывалось его волчье чутьё.

– Ничего страшного, – буркнула я, делая глоток. – Просто приснилась лаборатория. Опять.

Я солгала. И он знал, что солгала. Но мы давно научились уважать границы друг друга. Он никогда не лез с расспросами, а я не спрашивала о «монстре», которого он так тщательно скрывал за сотней масок – о той части его природы Варга, что бушевала в нём, когда он терял контроль.

В дверном проёме, как всегда вовремя, возникла Кортни. В её смуглых руках был свёрнут чертёж, а в золотистых глазах искрилось озорство.

– Ну что, ребята, – спросила она. – Готовы покорить Академию?

Я невольно улыбнулась. Её неукротимая энергия всегда действовала на меня лучше любого кофе.

– Сомневаюсь, что мисс Грей так просто расстанется со своим креслом, – парировала я.

– Ничего, просто приложим усилия, – Кортни вошла в комнату, и пространство сразу же стало ярче. Она развернула чертёж на моём столе, смахнув на пол пару свитков. – Смотри. Сегодняшнее задание. Заброшенный завод на нейтральной территории. Разведка и ничего более.

Я подошла к столу, и моё сердце, только-только успокоившееся, снова ёкнуло. Завод. Есть открытое пространство. Высокий риск столкновения.

– Что-то не так? – Кортни посмотрела на меня пристально. Её интуиция, в которую она не верила, иногда была пугающе точной. – У тебя такой вид, будто ты уже видишь там стаю голодных волков.

– Нет, всё в порядке, – я поспешно отвела взгляд, делая вид, что изучаю план. – Просто… не люблю открытые пространства. Легко попасть в засаду.

– Не бойся, лапуля, – Рой ободряюще хлопнул меня по плечу своей большой ладонью. – Если что, я покажу свой грозный волчий оскал. Ну, или мы очень быстро побежим. Я в этом мастер.

Он подмигнул, и я фыркнула. Он пытался меня подбодрить, напоминая о нашей общей легенде. Для всех в Академии я была Амайя – гибрид-оборотень, Варг с нераскрытым потенциалом и неумеха, которую из жалости взяли под крыло. Рой, как настоящий друг, поддерживал эту иллюзию, иногда «подсказывая» мне, как ведут себя волки. Никто, кроме нас троих, куратора и директора, не знал, что под этой маской скрывается не неумеха-волчонок, а кумихо, чья истинная сила была опасной тайной.