Офелия Роланд – Дневник Велихова (страница 3)

Он ничего не сказал, лишь плотнее придержал меня за ноги и уверенным шагом направился к мужской раздевалке, оставив позади бледного сотрудника и шёпот ошеломлённых свидетелей.

Я продолжала сопротивляться, но в голове, поверх ярости, уже стучал холодный, трезвый вопрос: «Во что ты втянула нас, Лекси? И кто этот человек со шрамом вместо прошлого?»

Ответом стал резкий, оглушающий удар в челюсть. И тишина.

Глава 2: Арден

Машина – мой второй дом, наблюдение – молитва. Я не ждал, я медитировал. Растворялся в продавленном кресле, становился тенью, скользящей по городу за зеркальной тьмой тонированных стёкол. Дыхание ровное, мысли остры и холодны, как лезвие хирурга.

Мое текущее задание, было элементарным: найти и доставить Александру Рид, её жениху, Леониду Велихову. По его словам, девица сбежала накануне свадьбы, прихватив с собой семейную реликвию. Типичная история о брошенном мужчине и коварной невесте. Плевать на их мелодрамы.

Хотя в поведении Леонида на старте была странная, лихорадочная поспешность. Не та, что бывает у человека, тоскующего по невесте, а какая-то иная – словно он скрывал что-то поважнее украденной безделушки и уязвлённого самолюбия.

Два дня наблюдений дали чёткий портрет: Александра Рид вела себя как загнанный зверь, совершающий ошибки. Возвращение в город после кражи. Посещение аквапарка. Дерзость или отчаяние – мне было всё равно. Мне платили за результат.

Я не тратил время на бесполезное просиживание на парковке. Вместо этого, взломал систему видеонаблюдения. Ноутбук транслировал изображение с камер «Нептуна» в режиме реального времени. Мое всевидящее око. Вот она входит в премиум-зону «Идиллия» в компании подруги. Полное соответствие с фотографиями из досье Велихова: светло-русые волосы, аккуратно убранные в небрежный пучок, точёная, почти хрупкая фигура, лисьи черты лица.

Через час она появилась у перехода в общую зону. Напряжена. Плечи сжаты, взгляд шарит по сторонам, словно выискивая выход. Тщетно пыталась уговорить охранника пропустить ее без браслета. Разыгрывала беспомощность. Почти восхитительно. Неплохая актриса.

План был прост, как выстрел из пистолета. Подойти сзади, сыграть роль разъярённого бойфренда, использовать эффект неожиданности, помноженный на физическое превосходство. Вывести её быстро и чисто, прежде чем кто-либо успеет осознать, что происходит. Никаких свидетелей. Минимум шума.

Я вошёл в образ, как вторую кожу, отбросив все лишнее. Только цель.

– Вот ты где! – мой голос сочился раздражением и усталой привычкой. – Я тебя пол аквапарка обыскал! Кто бы мог подумать, что Лера опять забыла активировать тебе полный доступ. Пошли, разберёмся.

Я почувствовал, как её тело мгновенно превратилось в стальную пружину. Не испуг – скорее, ярость. Хороший знак. Значит, не сломается. Плохой – значит, умеет думать.

Моя рука сомкнулась на её талии, притягивая к себе. Она не закричала. Не заплакала. Зашипела, словно дикая кошка, загнанная в угол.

– Руки прочь, ублюдок! Отпусти! – её голос резал, как скальпель. Ни намёка на истерику. Только презрительная ярость. Именно такой её и описывал Леонид – хитрой и неукротимой.

Тишина в служебном коридоре была обманчивой. Где-то за стенами бушевало море чужих восторгов и визгов, а здесь, в бетонных объятиях технических помещений, царил лишь гул вентиляции и тяжёлое дыхание девушки на моем плече. Ее тело было напряжено в молчаливом, яростном протесте. Не та реакция, которую я ожидал от избалованной беглой невесты.

– Спусти меня. Немедленно, – её голос, приглушённый моей одеждой, был низким и обжигающе холодным. – Или ты ради развлечения носишь женщин, как мебель?

Я не ответил. Просто сильнее сжал её лодыжки, без слов давая понять всю бессмысленность сопротивления. Она выдохнула с шипением. Ее слова были шипами, попыткой отгородиться. Обычная тактика.

Скользнув через мужскую раздевалку, я лишь краем глаза зарегистрировал вспышки удивления, отразившиеся на чужих лицах. Свидетели. Неприятно, но терпимо. Лёгкой шуткой я развеял смущение, повисшее в воздухе, и покинул помещение. Охранник уже получил свои инструкции и денежный бонус за невмешательство. Его карьера теперь зависела от молчания.

Охранник, мой подкупленный мальчик, сделал нерешительный шаг вперёд, словно сомневаясь в правильности моего триумфа.

– Э-э-э, сэр, вы не можете…

– Могу, – я оборвал его, испепелив взглядом. Он отшатнулся. – Все улажено с руководством. Не мешай, если не хочешь проблем.

Она продолжала вырываться, осыпая меня словами, острыми, как осколки стекла.

– Послушай, мускулистое недоразумение! – она прошипела, и я почувствовал, как она пытается изогнуться, чтобы нанести удар. Дикая кошка. – Ты вообще представляешь, что за драму устроил? Ты только что на глазах у охраны похитил человека! Меня! И все из-за какой-то идиотской оплошности!

Оплошности. Слово, которое я ненавижу. Оно пахнет дилетантством. Я резко остановился, вжимая ее в стену у выхода в следующий коридор. Моё терпение таяло.

– Мило, – я усмехнулся, притягивая ближе, чувствуя, как её мышцы напряглись в отчаянной попытке освободиться. – Но твои дешёвые трюки не сработают. Я знаю, кто ты, Александра.

– Послушай! – продолжала она, её слова были остры, как лезвие бритвы. Слишком уверенные для лжи. – Ты схватил не того человека! Я не Лекси! Проверь документы, идиот!

Стандартная отговорка. Я слышал это миллион раз. Но в её голосе не было паники загнанной в угол жертвы. Это заставило меня насторожиться. Слишком уверенно. Слишком… правдиво.

Я отбросил сомнения. Профессионалы не сомневаются. Они действуют.

Она уже открыла рот, чтобы произнести очередное ядовитое замечание, но я не дал ей шанса. Мой локоть описал короткую, точную дугу в воздухе. Удар в челюсть был выверен с хирургической точностью, чтобы не нанести серьёзных повреждений – только отправить в глубокий, безмятежный сон. Ее тело обмякло, как кукла, лишённая нитей.

Я бережно, почти нежно, подхватил ее. Никакого пренебрежительного отношения, как к охотничьему трофею. Она все ещё была «ценным товаром», который нельзя повредить. Мой подкупленный охранник молча отвёл взгляд, когда я пронёс мимо него бесчувственную ношу.

Машина ждала в условленном месте, припаркованная в тени. Я осторожно уложил ее на заднее сиденье, пристегнул ремнем безопасности. В тусклом свете салона её лицо казалось неожиданно хрупким. Не таким, как на отфотошопленных снимках в досье.

Я сел за руль, включил зажигание. Мы сорвались с места, уносясь прочь от сверкающих огней «Нептуна». Задание было на полпути к завершению.

Но в голове, настойчивее гула мотора, звучали её последние слова.

«Ты схватил не того человека».

«Я не Лекси».

«Проверь документы, идиот».

Они не звучали как отчаянный крик загнанной в угол крысы. Они звучали как… правда. Чистая, неразбавленная правда, которую я, ослепленный досье и собственной непогрешимостью, проигнорировал.

Я с силой сжал руль, мои костяшки пальцев побелели от напряжения.

Нет. Это невозможно. Я не ошибаюсь. Я не могу ошибаться. Это против моих правил.

«Профессионал проверяет. Всегда», – застучало в висках навязчивым ритмом. Я достал телефон, отправил Сергею запрос: «Срочно. Нужна проверка отпечатков. Соколова Валерия vs Рид Александра». Ожидание заняло двадцать минут. Каждая секунда наполняла салон свинцовой тяжестью. Когда ответ пришёл, я сжал руль так, что кожа затрещала.

«Соколова В. И. Не совпадает с целевым профилем Рид А. А.»

Проклятие. Ошибка. Фатальная, детская, непростительная ошибка.

Тишину в салоне разрывал лишь рокот мотора и свист ветра за стеклом. И голос в моей голове. Не её – мой собственный, внутренний критик, безжалостный и точный.

«Ошибка. Фатальная. Уровень – дилетант. Объект: Соколова Валерия. Не представляет операционной ценности. Похищение и применение силы – неоправданный риск. Репутационный урон – критический.»

Отчёт Сергея с подтверждением личности по отпечаткам жёг внутренний карман куртки, как клеймо позора. Я не просто ошибся. Я позволил эмоциям нанимателя и собственному высокомерию ослепить себя. Теперь я везу похищенную женщину, чья единственная вина – дружба с настоящей целью. И где-то там Александра Рид смеётся, пока я, Арден, тот, кто никогда не ошибается, превратился в похитителя не тех девушек.

Ярость была не горячей, а ледяной. Она сконцентрировалась в комок в районе солнечного сплетения. Эта девушка на заднем сиденье из проблемы превратилась в актив. Единственный актив, который мог помочь мне вывернуть эту ситуацию и спасти то, что осталось от моей профессиональной чести. Её нужно было не просто отпустить. Нужно было заставить работать на исправление моей ошибки.

Глава 3: Валери

Сознание накатывало, как мутная волна: сначала тупая, ноющая боль в челюсти, затем свинцовая тяжесть во всем теле, словно после затяжной болезни. Я лежала на чем-то мягком, но комковатом, стиснутая ремнем безопасности. Двигаться было страшно – не из-за боли, а из-за инстинктивного понимания: лучше показывать, что я все ещё без сознания.

Я пыталась совладать с паникой. Воздух в машине был спёртым и пах дорогим кожаным салоном, но под этим чувствовался другой, странный аромат – горьковатый, как полынь, с примесью чего-то старого. Он резал обоняние, вызывая смутную тревогу. Я запомнила этот запах. Как предвестник беды.