О Годман – Локдаун (страница 23)

– Орден Алис… – прошептал Дин и дёрнулся от неожиданного «угу». Оказывается, Герман уже сидел рядом и тоже выглядывал через листву вниз.

Оставшиеся религи сбились в кучу вокруг своего командира, направляя автоматы на автомобили. Некоторые кинулись занимать более выгодные для стрельбы позиции. Прорелиг же стоял прямо и несколько даже вальяжно смотрел на приближающиеся микроавтобусы.

Дин вытащил бинокль.

Автомобили остановились, и из открывшихся задних дверей выбежали десятка два солдат в чёрной форме, касках и разгрузочных жилетах. Они были неплохо вооружены, у многих висели автоматы Калашникова, о каком всегда мечтал Дин. Некоторые были с прямоугольными, закрывающими всё тело, тяжёлыми щитами. За ними в цепочку выстроились остальные.

Дин с большим любопытством осматривал солдат Ордена. У каждого на груди, спине и на затылке шлема был маленький жёлтый кружок, в котором издалека в окуляр бинокля угадывался смайлик. Он впервые видел, как работает Орден, хотя о них не рассказывал байки только немой. По слухам, у них были очень натренированные бойцы с хорошей тактикой.

Из микроавтобуса выпрыгнул ещё один боец со щитом и встал с ним наизготовку между фургонами. Последним не спеша появился командир отряда. Он был намного мельче своих бойцов, так что, встав за человека со щитом, полностью скрылся за ним от религов. Боец со щитом присел на одно колено, открывая обзор командиру.

Дин не услышал, но тот явно что-то сказал прорелигу, показывая рукой круг, вероятно, обозначающий всю эту территорию. В громком ответе прорелига послышался агрессивный тон.

Командир Ордена снял шлем и, к удивлению Дина, им оказалась довольно молодая девушка с миловидным лицом и рыжими волосами, заплетёнными в короткую косичку.

Она показала прорелигу шлемом куда-то за его спину, что-то добавив, и ехидно улыбнулась.

Переводя бинокль с неё на прорелига, он заметил движение на крыше одного микроавтобуса. Приглядевшись, увидел, что на крыше крутится какая-то изогнутая Г-образная чёрная труба.

«Да это перископ, что ли!» – удивился Дин. На втором автомобиле он отметил то же самое. Они смотрели по окнам домов.

Было слышно, что градус разговора между религами и Орденом явно повышается.

Дин не понял, что произошло, потому что как раз в это время рассматривал в бинокль крышу микроавтобуса: внезапно рядом с перископом открылся люк, высунулся боец в чёрной форме с тубусом на плече и, выстрелив, присел обратно. В колодце двора прозвучало два взрыва, и многоэтажку сотрясла слабая вибрация. Дин рефлекторно присел на пол, спрятавшись за парапетом. Осмотрелся: Герман смотрел вниз, Тик охранял вход, испуганно поглядывая на отца.

– Они попали в наш дом! – прошипел с нотками истерики Герман. – Мы не упадём???

– Не должны, – ободрил его Дин. – Наверное.

Снизу затрещали автоматные очереди. Ещё два взрыва на мгновение перекрыли выстрелы – здание опять тряхнуло.

Дин осторожно выглянул вниз: религи яростно отбивались от рассредоточившихся бойцов Ордена. Четыре чёрных балахона через кусты спешно уводили пригнувшегося прорелига к другому выходу со двора. Часть солдат Ордена отстреливалась из-за машин, отвлекая на себя внимание, пока три группки по три человека вместе со щитоносцем впереди постепенно зачищали двор. Напротив в многоэтажке, на уровне второго и третьего этажей, зияли огромные чёрные дыры. Снизу поднималось облако пыли от попадания реактивных гранат в их дом.

– Быстро! – крикнул Дин и, схватив Германа за плечо, потянул к выходу с крыши.

Они бегом спустились до пятого этажа. Дин бежал первым с заряженной винтовкой, Герман пыхтел вторым, их прикрывал Тик. С пятого этажа они спускались более осторожно и тихо.

– Помни! Мы не должны попасться Орлису! – схватив Дина сзади за рукав, нервно прошептал, Герман.

– Помню.

Спустились на первый этаж и, упав на пол, по-пластунски проползли на площадку квартир первого этажа. Вбежав в одну из квартир, выходившую на обратную от двора сторону дома, они на четвереньках подползли к окну.

Со двора всё ещё были слышны одиночные выстрелы и автоматные очереди.

Дин выглянул в разбитое окно – никого. Выпрыгнул и перекатом ушёл в кусты. Осмотрелся.

– Пс-с-с! – прошипел он. – Чисто!

Через секунду увидел Германа, который осторожно перелезал в окно.

– Быстрее! Ты чё, дебил? – зло, сквозь зубы, приказал Дин, и в тот же момент Белый, округлив глаза, прыгнул на траву. Не удержав равновесие, он упал лицом в землю. Сразу за ним выпрыгнул Тик и тут же лёг в траву наизготовку с обрезом.

– Меня толкнула эта мелкая мра… – довольно громко начал было Герман.

– Заткнись! – отрезал Дин. – Бежим!

Белый со страха подорвался даже быстрее Дина. Они бежали что есть сил, стараясь уходить дворами. Дин направлял Германа, ухватив его за воротник куртки. Тик бежал замыкающим, оглядываясь назад. Преследования не было видно. На пути Дин заметил нескольких прохожих и двух проповедующих религов, смотревших на них удивлёнными глазами.

Через полчаса уровень адреналина в крови Германа пошёл на спад и, начав задыхаться, он замедлил бег. Сделав буквально ещё пару заплетающихся шагов, он споткнулся и сел на землю, схватившись за грудь.

– Что? – Дин попытался поднять его за шиворот.

– Не… могу… больше… Огонь… Горит всё… в груди… – тяжело дыша, прохрипел Белый.

– Надо! Надо идти! Мы пробегали мимо религов, они могут передать наше направление. Надо уйти в сторону и запутать шаги. Вставай!

– Не… нет… не… могу. Правда… Горит… – Герман хватал ртом воздух.

– Вижу бойцов Ордена за нами! – крикнул Тик и подмигнул быстро обернувшемуся Дину.

Это помогло. Опираясь на Дина, Герман, подстёгиваемый новой дозой страха и адреналина, спотыкаясь и хрипя, всё же побежал туда, куда его за шкирку тащил Дин.

Белого хватило ещё на пятнадцать минут, после чего он просто упал на землю.

– Дыши, – Дин присел рядом. – Спокойно дыши, не глотай. Ровнее дыхание.

– Ж… жёт…

– Да, жжёт легкие. Это нормально. Жить будешь. Отдышись. На, попей, – предложил Дин, но, взявшись за флягу, понял, что она пуста. Тик протянул свою. Белый без прежней брезгливости прильнул к горлышку фляжки и начал жадно пить, делая большие глотки. Дин отсчитал четыре и отобрал воду.

– Много не стоит в таком состоянии. Идти можешь? – Герман кивнул головой.

Дин помог ему подняться и, подставив руку, повёл дальше.

Начало темнеть. Вряд ли они планировали ночью вести поиски. С другой стороны, им тоже не следовало идти ночью. Тем не менее, Дин вёл их ещё полтора часа, резко меняя направление и делая большой крюк. Это удлиняло маршрут, но зато затрудняло их поиски.

Когда стало уже совсем темно, Дин свернул к девятиэтажке.

– Проверь, куда нам, – кивнул он Тику.

Тот пробежал несколько подъездов и вошёл в самый дальний. Белый сидел молча, восстанавливая дыхание, и это очень нравилось Дину, который пытался по звукам и шорохам ночной тишины определить присутствие посторонних.

Послышались тихие шаги со стороны последнего подъезда, и через минуту появился Тик.

– Пятый этаж, квартира слева, – прошептал он.

Дин повернулся лицом к Белому.

– Ну, пошли, Герман… Сергеевич.

Расставив ловушки на лестничной площадке и забаррикадировав входную дверь, они расположились в большой комнате. Здесь у стены стояла пыльная раскладная софа, по углам два кресла, шкафы с одеждой и покрытой толстым слоем пыли посудой с нарисованными на ней цветами.

– О! Это супер! – Дин сильно обрадовался найденным свечам в одном из ящиков шкафа.

Герман опять полулежал в кресле в темноте.

Дин задёрнул шторы, отметив, что в некоторых окнах домов мерцает свет. Значит, свечение в их окнах тоже не привлечёт внимания. Он достал из шкафа тарелки и, капнув воском, установил на них свечи. Комната озарилась прыгающим тёплым светом.

Дин завалился в кресло и с пляшущих огоньков свечей перевёл взгляд на Тика, вгрызающегося в кусок мяса.

– Ладно. Я тоже хочу. Давай, – отозвался Герман, поднимая голову со спинки кресла.

– Уверен? – добавил в голос сарказма Дин.

– Да, да. Не выброшу, не парься, – в тоне Германа чувствовалась безысходность.

Дин вытащил завёрнутую в пакет порцию собачатины и отрезал ножом небольшой кусок.

– Пока вот столько, а то мало ли. Потом ещё дам, если понравится.

– Не понравится. Но вариантов нет, – огрызнулся Белый, взяв мясо.

– Так что с Орденом-то у вас не сложилось?

Герман откусил от куска и, с брезгливой миной жуя мясо, пробурчал:

– Мешают они нам. Не боятся, не уважают, как другие. И умные, сука, слишком, в отличие от остальных зверушек, – он глянул мельком на Дина. – Ну, тебя не имею в виду, конечно. Хах, я так, образно, по привычке.