Нуштаев Андрей – Невключённый (страница 4)

Крон помолчал, будто взвешивая слова. «Для моей расы имя священно», – произнёс он. – «Зови меня Вейр».

После обмена именами Лир внимательно выслушал повторный рассказ пришельца.

«Значит, в запасе сутки», – пробормотал он, стиснув зубы.

«Меньше», – отрезал Вейр, его голос звенел в голове

– «Из-за… особенностей моего пребывания в тебе, я впадаю в гибернацию от зари до заката. Энергия, мальчишка. Действовать будем ночью. И тебе придётся нести меня туда, если, конечно, не желаешь быть безмолвным свидетелем событий» – крон проговорил сухо, намекая на потерю контроля над телом. Выбор за тобой, но я бы не хотел проливать кровь невинных. «Нести тебя?!» – Лир внутренне взорвался, но голос его дрогнул. – «Ты шутишь? А если твои сородичи решат по-другому? Как я узнаю, что тебе можно верить?»

Вейр помолчал, будто взвешивая ответ. «Мои офицеры подчиняются приказам. А я… у меня нет причин лгать. Но гарантий, человек, ты не получишь. Есть поблизости ретрансляторные установки?»

Лир задумчиво потёр подбородок и подошёл к информационному терминалу на стене. Его пальцы забегали по сенсорному блоку, а губы шептали команды, выуживая данные из базы «Мависа». «Вот оно!» – воскликнул он. – «Промышленные ретрансляторы на севере, у обсерватории. Пара передатчиков в центре города. И ещё один – слабый, учебный».

Зуд в глазах заставил Лира поморщиться – Вейр смотрел его глазами, сканируя данные. Лир зажмурился, пытаясь вытеснить чужое присутствие, но зуд лишь усилился.

«Промышленные слишком далеко, скорости твоих ног не хватит. Центр заманчив, но близко к больнице – слежка нас выловит. Что за учебный?» – голос Вейра звенел в голове, бесцеремонный и властный.

«Коротковолновый, на крыше школы, где я учился», – ответил Лир, подавляя раздражение. Вторжение в зрительный нерв без спроса бесило, но логика пришельца была неоспоримой.

«Сойдёт. Нам нужен один импульс. Отправим кодированный сигнал – если оборудование сгорит, 80% вероятности, что сочтут его старьём».

Внезапно руки Лира задвигались сами, ловко разбирая терминал, выкручивая платы и провода. «Ты что творишь?! Какого чёрта?» – зашипел он, чувствуя, как кровь закипает. – «Предупреждай!»

«Не будь таким нежным, человек», – хмыкнул Вейр. – «Что-то делать – быстрее, чем все мои объяснения. Я изучаю ваши примитивные технологии».

Крон бормотал что-то о «несовершенстве проводов», пока его пальцы (Лира!) выдирали питающую батарею. В тот же миг палату огласил пронзительный вой сирены. Лир скривился, а руки под управлением Вейра запорхали быстрее, лихорадочно собирая терминал обратно. Дверь распахнулась – в палату влетела медсестра с вытаращенными глазами и двое охранников с плазменными винтовками. Лир замер посреди комнаты, сигнал тревоги уже затих. Глупо улыбнувшись, он выпалил:

«Э… хотел попить. Не нашёл кнопку вызова».

Улыбка вышла кривой, нервной, но, похоже, сработала. Охранники опустили оружие, а медсестра, пробормотав что-то о репутации клиники, притащила тележку с водой. «Идиот», – донеслось от Вейра, но Лир только стиснул зубы.

Когда ночь накрыла городской пейзаж своим чёрным куполом, Лир выскользнул из палаты. В прачечной он стащил тёмно-серую одежду – мешковатую, неудобную для бега, но сливающуюся с тенями. Следуя шепоту Вейра, он петлял между яркими фонарями, избегая камер. Наконец, они добрались до обветшалой двери чёрного хода в старую школу. Лир поддел дверь снизу, поднажал плечом – замок хрустнул, пропуская их внутрь.

«Самое сложное позади», – шепнул Вейр. – «Осталось отправить сигнал и вернуться».

Но удача, как капризная девица, отвернулась. На орбитальном спутнике, в тени пояса астероидов, скучал Гелиос, известный в миру как Гарр, старший помощник капитана Селестиалов.

– «Вынужденная инспекция», – фыркал он, лениво просматривая голографические экраны. Красивое слово для наказания за разнесённый тягач с Эфиром. Гарр, чей нрав был взрывным, как плазменная буря, а эго – раздутым от славы, своего прикрытия на земле популярного певца по прозвищу – «повелитель звёзд», не выносил скуку. Его парадный доспех, с поляризованным забралом, поблёскивал в свете приборов, пока он листал съёмку города.

«Ну, разнёс один тягач. И что? Их тысячи снуют от «Бетельгейзе» к поясу Ориона», – ворчал он, вспоминая гневное лицо агента Маршалла. И вот он здесь, на спутнике, с взысканием, в ссылке.

Внезапно его взгляд зацепился за движение на экране. Фигура в нелепых тряпках копошилась на крыше школы. Эфирного следа нет – изгой. Гарр хищно сощурился, предвкушая развлечение. «У меня был дерьмовый день, парень. Ты станешь моей грушей для битья».

Он щёлкнул по консоли, вызывая отряд дронов. Их сенсоры зажглись красным, устремляясь к цели.

Лир возился с ретранслятором, вслушиваясь в шёпот Вейра, чьи инструкции звенели в голове, как сигналы эфирной сети. Спустя несколько минут напряжённой работы устройство загудело, выплюнув кодированный импульс в ночное небо «Мависа». Сноп искр ослепил Лира, заставив его закрыть лицо руками, – старый передатчик, не выдержав нагрузки, сгорел, но сигнал ушёл. Дело сделано. 72-часовой дедлайн, висевший над головой, растворился в темноте.

Лир выдохнул, но встревоженный голос Вейра оборвал его облегчение: «Приближаются. Восемь целей».

«Что? Где?» – Лир замер, и тут же уловил мерный гул двигателей, разрывающий тишину.

«Чёрт побери…» – выругался он, метнувшись к люку на крыше. Но не успел. Один из дронов, управляемых со спутника, пронёсся над люком, захлопнув его манипулятором, и с издевательской точностью приземлился сверху, отрезав путь к отступлению. Летающие машины «Corvax Dynamix», дочерней фирмы «Энра-корп», были хищниками ночи: обтекаемые, сплюснутые сферы с визорами, сканирующими всё вокруг, и манипуляторами, готовыми скрутить нарушителя вмиг.

На орбитальном спутнике Гелиос, он же Гарр, «повелитель звёзд», хищно ухмыльнулся под поляризованным забралом. Обычный оператор просто схватил бы изгоя, но Гарр, сосланный за разбитый тягач с Эфиром, жаждал развлечений. «Пара сломанных костей? Пустяки», – подумал он, видя, как фигура в нелепых тряпках не падает ниц от страха. Его пальцы сжали рукоятки управления, и дроны ринулись в атаку.

«Сзади!» – рявкнул Вейр. Лир пригнулся, пропуская машину над головой, нацеленную в затылок. Дроны закружили, как рой, выписывая в воздухе фигуры высшего пилотажа, атакуя с разных сторон. Лир уворачивался, но его движения, полные паники, тратили силы. «Не сопротивляйся! Расслабь мышцы!» – приказал Вейр.

«Расслабиться?! Этот псих хочет нас покалечить!» – огрызнулся Лир, уклоняясь от очередного удара, сердце колотилось, а в голове мелькала мысль: «Чёрт бы тебя побрал, Вейр!»

«Доверяешь мне?» – неожиданно спросил Крон. Как бы ни неприятен был ему человек, пришелец прекрасно осознавал, что переоценил свои силы: оживление трупа мыши для устрашения и взятие под контроль рук истощили его. Если Лир сильно пострадает в бою, Вейр вряд ли восстановит его в ближайшие дни. «Если ты упадёшь, мы оба проиграем».

«Тебе?! Нет! Но и выбора нет!» – Лир увернулся от дрона, едва не врезавшегося в плечо. Ноги дрожали от усталости, а руки, ослабевшие после дней на свалке, едва держали равновесие. Боль в мышцах пульсировала, вынуждая его сдаться. Вспомнив, как отключал сознание, становясь машиной, он стиснул зубы и отдал тело Вейру. Мир стал фильмом: Лир наблюдал, как его руки и ноги, под управлением крона, двигались с нечеловеческой точностью, отбивая дронов.

Гарр на спутнике напрягся. Движения изгоя изменились – сдержанные, экономные, будто у бойца с опытом. «Да кто ты такой?!» – прорычал он, не замечая, как напевает старую песню из своего шоу-бизнеса. Развлечение стало охотой. Лир, под контролем Вейра, ускользал от атак, пинал дроны, отправляя их в стены или на крышу с глухим треском.

Вейр, подключённый к органам чувств Лира, чувствовал, как время тает. Он выжимал из тела носителя всё, разгоняя адреналин и дофамин, но слабое тело Лира не выдерживало: ноги тяжелели от молочной кислоты, дыхание сбивалось. Вейр начал выводить дронов из строя одного за другим. Осталось трое. Но Гарр, приноровившись, запустил отвлекающую атаку, пожертвовав одним дроном, и направил двух других в слепую зону – прямо в спину Лира.

Усталость сковала тело. Лир, напряг все мышцы, вернул контроль, вместо уклонения развернулся и ударил по дронам обеими руками. Кость хрустнула, запястье повисло, боль пронзила руку, заставив его заскрипеть зубами. Но удар снёс дронов, спасая Вейра, чьё «тело» пряталось за сердцем Лира – в точке, куда целились машины. Путь открыт. Лир растворился в темноте, не оставив эфирного следа.

Гарр ударил кулаком по колену. «Чёрт, надо было ставить маячок!» – прорычал он. Но охота развлекла его. «Найду тебя позже, парень», – усмехнулся он, откидываясь в кресле.

«Зачем подставился под удар?» – ворчал Вейр, пока Лир, баюкая сломанную руку, искал, куда бежать. Возвращение в больницу с переломом сулило допросы.

«Ты спас нас первым, заметив дронов», – выдохнул Лир, морщась от боли. – «Я лишь вернул должок.»

«Отпусти руку», – буркнул Вейр. – «Не держись, будто она отвалится. Помогу».

Лир вскрикнул, когда кость с хрустом встала на место. Сжав и разжав пальцы, он недоверчиво уставился на руку. «Как?»