Нора Ольвич – Лабиринты моей Души. Книга первая (страница 10)

— Ты ведь понимаешь о чём я?

— Да. А если точнее, то не очень. То состояние, это не обморок? Ты называешь это переход? Не моё сумасшествие? Это поэтому мы в древности оказались?

— Ты совсем юная, и это с тобой впервые, но та другая в тебе, она уже много перерождений не чужая мне.

Запутавшись окончательно, я осоловело сыто смотрела на губы говорящей Даши. Молоко в кружке было просто бальзамом.

— Ты ешь, ешь. На вечер тыквенную кашу приготовим.

— Давай заберём бабушку и «уйдём» в другое время, без войны.

— Не время, наше место здесь. Я высчитывала. Отчего ты была в бегах и сказала об этом Надежде Ивановне?

Мой дальнейший рассказ потряс её.

— Вот гад. Значит, этот кулон с гербом старинного рода?

— Он не дарил мне его, только серьги. А кулон я просто нашла и не захотела возвращать обратно. Только до сих пор не пойму, правильно ли сделала. Чем или кем я была тогда? Начался действительно бег и сущее безумие, а ещё жуткое напряжение, я просто физически ощущала, что времени у меня совсем мало. Мне кажется, я не должна была доехать до нашего посёлка. Машина…, мастер говорил, говорил о ней. И смотрел испытующе. Про масло и ещё о чём-то, а затем вновь про тормоза. Ещё немного и, мне кажется, он смог бы произнести, что тормозной шланг специально подрезали.

Я смотрела на кувшин с молоком и глиняную кружку, крошила пальцами маленький кусочек шарлотки в блюдечко. Только сейчас осознавая, что пережила.

— Тот чердак, зачем ты передала мне ключ от старой квартиры в доме, что должен пойти под снос? Путь в никуда. Страшно осознавать себя отрезанной от всего мира и запертой вместе с выброшенным за ненадобностью хламом.

— Я знала, что ты найдёшь картину, они притягивают тебя, творческую и живущую только восприятием прекрасного. Ну а после, в случае опасности, ты должна была найти меня в океане миров и параллелей. Мы всегда были рядом…, это старо как сама легенда о покинутом мире. Мы помним сюжеты из своих прошлых воплощений.

— Сны, мне постоянно снятся сны. Даша, это кошмары.

— О прежних жизнях?

— Только об одной, в которой у меня до последней капли выпивает кровь и энергию какой-то безумец.

— Теперь не будут сниться. И ты скоро про них забудешь. Но как только ты вновь встретишь проклятую тобой когда-то душу, они придут в твоё сознание вновь. Не спеши в этой жизни выходить замуж, не спеши отдавать своё сердце и часть души кому-либо. Если его сердце трепетно полюбит тебя, то ты не поймёшь сразу, что за сущность перед тобой. Нужно время. Но не строй иллюзий, он обманет и будет больно вновь. Так было всегда.

— Георг, он будет и в этом времени?

— Надеюсь, что нет.

***

Как быстро стемнело. Одно из главных достоинств заката — его спокойствие и загадочность. Кажется, что время замедляется, а окружающий мир замирает в предвкушении нечто большего и неизведанного. С каждой минутой граница между реальностью и мечтой становится всё тоньше, притягивая нас в мир сновидений.

— Здесь будет твоя спальня. Она похожа на мою.

— Эту ночь буду с тобой. Хорошо?

— Оля, в этом доме тебе нечего бояться, дверь заперта, во дворе приказчик Сергей Фомич вон ходит, вернулся с поля. Шорох, из будки глазами сверкает, он не подпустит чужого, его спускают с цепи на ночь.

— Я понимаю, и всё же давай ещё немного побудем вместе, пойдём в твою спальню. Расскажи, как ты высчитала наше прибытие сюда, как этим управлять? А если появятся настоящая миледи Майерс, из Монкстауна, она же баронесса Ольга Андреевна, у которой муж погиб в сражениях с французами и княжна Соколинская Дарья Александровна — дочь отставного гвардии капитана князя Александра Степановича и княгини Веры Ивановны? Что мы будем делать в этой ужасной ситуации?

Улыбнувшись Даша, понимая мой хитрый манёвр, видя, как я снимаю домашнее платье, а затем за ширмой одеваю ночную рубашку, начала разговор с того, что посоветовала снять мне бандаж с живота.

— Ни к чему он тебе сейчас. Ребёнок ещё совсем кроха, величиной с фасольку. Не будет растяжек, я научу, что делать. Снимай, пусть тело отдыхает.

— Даша…

Выйдя из-за ширмы подойдя к ней совсем близко ещё раз, тронула её за руку. Я опять была настороженной, в глазах плескался страх и надежда одновременно. Горло сдавила будто чужая, морщинистая рука.

— Ты ведь действительно она, ты не оставишь меня одну в чужом мире? Я могу тебе довериться? Мы ведь вместе, навсегда? Ты моя Даша?

— Оля, ты о чём? Это всё заботы о хозяйстве и твоя беременность. Ты прости, я не учла твой стресс …, прости меня, я так растерялась.

Она обнимала, целуя в висок. Её дыхание согревало.

— Я всё та же, девочка моя. Ну помнишь, как ты в детстве свою драную коленку с множеством ран, снова обожгла о горячую печь на кухне в доме и орала как дикая?

Заворожено кивала головой в полном согласии и тянула её за руку:

— Пойдём, я не всё тебе показала. Помоги мне.

Увидев же содержимое бандажа и тот факт, что срок у меня совсем ещё маленький она, онемев, завернув всё в старую наволочку, сидела на кровати.

— Ты обезумела, верно, когда сотворила такое. Тебе просто повезло, что он на зоне и что всё так сложилось, что было место где смогла укрыться.

— Нет. Я была очень уверена, что поступаю правильно, безумие пришло позже, и осознание, того, что я по сути стала воровкой. Там на чердаке, отчаяние меня просто оглушило.

— На одну эту монету можно скромно жить несколько месяцев, имея своё хозяйство как мы сейчас. А всё остальное добро, его нельзя показывать в Муроме, только в Москве возможно продать хотя бы один бриллиант, и то только тогда, когда она ещё существует в своём первозданном виде. После пожара и нашествия французов — это будет совсем уже другой город. Про эти вещи никто не должен знать, возможно, один или два золотых с Наполеоном мы обменяем по дороге во Владимире. Будешь носить всё на себе, хорошо?

Итак, если подсчитать наскоро, французская золотая монета девятисотой пробы — наполеондор, вот эта — она равна сорока золотым франкам. Понимаешь? В ней содержания чистого золота практически девяносто процентов. В твоём обручальном кольце его меньше.

Я изумлённо слушала её, пытаясь вникнуть в арифметику.

— Курс сейчас, примерно пять целых семь десятых, обмен нужно сделать обязательно до начала войны с Россией, сейчас Франция — супердержава, что потом будет с курсом, я не знаю. Мм — это примерно двести двадцать восемь рублей серебром нашими. Учитывая, что годовое жалование простого солдата около десяти рублей, вот и считай.

В банке хранить денежный запас семьи нельзя, ни в коем случае не бери в руки при расчётах в лавках денежные ассигнации в обмен на серебро. Они на самом деле дешевле, чем на них написано. В стране двойная денежная система.

Глава 8

Той ночью мы уснули только под утро, крепко прижавшись к друг другу. В глубине наших сердец таились надежда на лучшее. Мир замер, словно задерживая дыхание вместе со мной пока, я долго слушала шёпот Даши о наших судьбах.

— Не бойся смерти. Конец, это всегда начало чего-то нового. Мне кажется, это так волшебно начинать всё, заново не помня о прошлом.

— А мы?

- Мы другие, Оля, мы всегда будем знать истину о тех, кто нас предал. Просто, когда твоя душа как птица встрепенётся и поймёт, что пора; когда желание своим уходом причинить боль тому, кто когда-то поступил подло, будет непреодолимо; настраиваясь на будущее; видя это, будущее мысленно; ты должна понимать, что это будет новое время с тобой в том возрасте, в котором ты уходишь, и оно совсем для тебя будет неизведанное.

Представь свою бабушку Алекс в нашем двадцать первом веке. Адаптироваться будет очень сложно. Вклиниться же в энергетические потоки Вселенной будет ещё сложнее, обычно эти души после часто болеют. Но отчего-то у них нет выбора, и они уходят туда, где им кажется, что лучше.

Всё проще с прошлым, мы знаем его историю. Причина в том, что когда мы скользим в него, то как бы отгоняем время вспять в отношении себя для миллиардов граней Вселенной, то есть возвращаемся в то её состояние, в котором она каким-то невероятным образом может дублировать реальности, оставляя при этом причинно-следственные связи тех или иных событий и различая эти ветки по разным случайностям.

Например, твой супруг из этого времени, лорд Ричард Майерс, отправившись в сражение, предположительно затонул на военном судне Объединённого Королевства. Пред нами причинно-следственная связь: грубо говоря, отправился в сражение — погиб. Не отправился, не погиб бы.

А случайность — это затонул он или всё же нет. Вот именно такие случайности отличают одну ветку реальности от другой. Получается, чем больше случайностей, тем больше отличий. И вот именно эта параллель приняла нас, так как вероятно в связи с какими-то случайностями в этом мире мы смогли заменить наших двойников. В этом и есть суть параллельных миров — реальностей Вселенной: каждый раз реализуется новая ветка событийности.

Понимаешь, это ещё круче, чем «эффект бабочки»,сам факт нашего перемещения в прошлое уже вносит изменение в него, обеспечивая другое будущее.

— То есть своим перемещением мы как бы открыли новую ветвь событий?

— Так и есть душа моя, так и есть. Но об этом знаем только мы. Вроде как сторонние наблюдатели, но никак ни те, кто находится внутри всей этой системы. Как ни странно, приживаясь, мы тоже становимся частью этой системы и перестаём быть наблюдателями. Это становление, очень сложная часть нашего бытия.