Ноа Хоуп – Две жизни – одно сердце (страница 3)

– Л…Лиана. – выдохнула она, не отрывая взгляда от своих туфель.

– Подойдите, – коротко бросил я.

Девушка сделала несколько неуверенных шагов и подняла голову. Глаза пустые. Ни надежды, ни даже отчаяния. Только страх и усталость. Бледная, почти прозрачная кожа, мелко дрожащие пальцы… Доктор не врал.

– Сколько тебе лет?

– Двадцать пять…

Я молча кивнул, переваривая услышанное.

Отдать сердце Евы незнакомке?

Сама мысль ощущалась как предательство, как физическое осквернение. Я никогда не думал, что сестра согласилась бы на такое.

Но Еве оно больше не нужно.

А девушка передо мной… ещё дышит.

– Что с тобой? Ты правда умираешь?

– Да, – её голос дрогнул. – Сердечная недостаточность, которую нельзя вылечить. Поможет лишь трансплантация.

– Группа крови? – бросил я, уже зная ответ. Просто хотел услышать его, чтобы окончательно убедиться, что всё это – чей-то больной, извращённый фарс.

– Первая отрицательная… – едва слышно прошептала Лиана, снова опустив голову.

На мгновение я замер.

Ну, конечно. Блядское совпадение. Вселенная решила не просто убить мою сестру, а ещё и сплясать на её костях.

Я шагнул к врачу, принимая решение на ходу.

– Слушай внимательно, Робинс. Ты можешь взять сердце Евы. Но если исчезнет что-то ещё… пожалеешь. И никто тебя не спасёт. Ни твоя белая мантия, ни клятвы, ни связи. Я. Понятно. Выражаюсь?

Доктор судорожно сглотнул и поспешно закивал.

Не дожидаясь ответа, я резко развернулся и двинулся к машине. Каждый шаг отдавался тяжестью в груди. В висках пульсировала тупая боль.

Нужно свалить отсюда, побыть одному. Справиться с эмоциями. Перестать чувствовать хоть на час. А потом заняться делом.

Найти снайпера. Ублюдка, который целился в меня, а попал в Еву.

Двадцать минут спустя я переступил порог своего пентхауса. Напряжение последних часов сдавливало череп изнутри, а в душе образовался вакуум. Ступил на ворсистый ковер и замер. Знакомая обстановка не принесла утешения. Каждая вещь, каждая чертова ваза на полке – молчаливое напоминание о Еве. И от этого всё к чёртовой матери.

Я прошёл в кабинет и тяжело опустился в кожаное кресло. Внутри что-то треснуло. Горе, которое я держал в себе всю дорогу, навалилось разом. Тело отключилось, отказываясь подчиняться. Мышцы больше не слушались, превратившись в бесполезный кусок мяса.

Феликс, мой лучший друг, молча материализовался напротив стола. Всегда рядом, как тень. Но сейчас его присутствие было необходимо как кислород.

– Выпьешь? – тихо спросил он, шагнув к бару.

Феликс старался говорить ровно, но я слышал в голосе сочувствие, которое вывело из себя. Хотелось вскочить и вытрясти из него душу.

Почему он так спокоен? Почему ведет себя, как будто ничего не случилось?

– Давай что-нибудь покрепче, – ответил я, откинувшись на спинку и прикрыв веки.

Нужно заглушить жгучую боль в груди. Хоть на минуту забыть стеклянные глаза сестры. Иначе не выдержу. Уничтожу собственный город, лишь бы почувствовать каплю облегчения.

Феликс понял без слов, и вскоре передо мной стояла рюмка с водкой.

Я залпом осушил её, чувствуя, как огонь жжет пищевод и растекается по венам.

Но боль никуда не ушла.

Ожидаемо? Да.

Но разве меня можно винить за попытку?

– Интересный выбор, – пробормотал я, ощущая, как алкоголь начинает медленно расслаблять мышцы. Лишь временное, фальшивое затишье.

– Сейчас только это тебе поможет обуздать гнев внутри, – ответил Феликс, опустошив свою рюмку.

– Сомневаюсь, что меня хоть что-нибудь спасет… – голос дрогнул. – …после того, как я не смог защитить Еву. И потерял её.

Образ безжизненного тела сестры снова встал перед глазами. Я сжал руки, впиваясь ногтями в кожу. Глубже. Только острая боль могла сейчас хоть немного привести меня в чувство.

Феликс тяжело вздохнул и рухнул на диван. Но это была иллюзия. Ссутулившиеся плечи, и напряженная линия челюсти выдавали боль, которую пытался замуровать внутри. Он любил Еву, хоть и признавался никому. Но я видел. Как его взгляд задерживался на ней, как он заботился, как раз в неделю дарил ей дурацкие полевые ромашки, которые она так любила. Поэтому его внешнее спокойствие так бесило.

Я знал: позже, оставшись один, он будет глушить горе, разбивая костяшки о боксёрскую грушу, пока не сотрёт их в кровь. Что ж, по крайней мере, мне не придётся разбираться с горой трупов. Хотя сама идея… ворваться в какой-нибудь притон и проломить несколько черепов, чтобы выпустить пар… зудела под кожей, обещая сладкое, кровавое облегчение.

– Я найду виновника, – мрачно поклялся Феликс.

– Мы, – поправил я. – Мы разберёмся с этим вместе.

Он промолчал, а потом резко сменил тему:

– Кстати, почему ты решил помочь той девушке? Понравилась или жалко стало?

Я знал, что он рано или поздно спросит. Феликс сидел в машине, но всё видел. Только вот я сам не до конца понимал, что мною двигало.

Стоило прикрыть веки, как перед глазами встала Лиана. Пшеничные пряди, прилипшие к влажному лбу. Острые ключицы, проступающие под тонкой кожей.

И тут же, внизу живота, предательски потеплело.

Неуместная, отвратительная реакция на фоне смерти вызвала приступ тошноты от омерзения к самому себе. Я резко открыл глаза, стиснув зубы.

Чёрт! Сосредоточься!

– Я не собирался, – произнёс наконец, встречаясь взглядом с другом. – Но, когда Лиана посмотрела на меня… Феликс, у неё был такой вид, будто она уже сдалась. Но в то же время… что-то в её взгляде отчаянно цеплялось за жизнь. Не знаю. Это было… по-настоящему. И она напомнила мне Еву

Голос дрогнул на её имени. Но одновременно, где-то в глубине души, промелькнула мысль, что это шанс искупить вину – спасти одну жизнь, раз уж не смог защитить другую.

– Они похожи, – продолжил я. – Но только внешне. Ева могла казаться ангелом, но ты же знаешь её сложный, взрывной характер. А Лиана… как испуганная лань.

– На её месте я бы тебя тоже шарахался, – усмехнулся друг, пытаясь разрядить обстановку. – Ты себя в зеркало видел? С таким лицом обычно приходят забирать долги. Или жизнь.

– Очень смешно, – фыркнул, но не смог сдержать кривой усмешки. – Девушкам, между прочим, нравится моя… брутальность.

– Ага, как же, – хмыкнул Феликс. – Судя по тому, что мне иногда приходилось слышать сквозь стены, дело не только в этом. Ну и про безлимитную кредитку не забываем.

Мы оба тихо засмеялись, и напряжение, казалось, немного отступило. Но смех быстро стих, и каждый погрузился в свои мысли.

К счастью, Феликс нарушил паузу спустя пару минут.

– Брат, я бы на твоем месте присмотрелся к ней повнимательнее.

Его слова заставили меня поднять голову.

– Почему?

Друг сделал медленный глоток водки, прежде чем ответить:

– Лиана ведь совсем не твой тип. Тебя всегда тянуло на стерв, на тех, кто с огнём в глазах, кто может за себя постоять. А она… тихая мышка. Тем не менее ты решил ей помочь.

– Туше, – я горько усмехнулся.

Он попал в точку. Но мне не нужна ещё одна слабость. Девушка слишком чиста для моего мира. А мои руки по локоть в грязи и крови, чтобы к ней прикасаться. Всё это отвлекает от главного…